Лебедев Сергей предлагает Вам запомнить сайт «Российские тенденции»
Вы хотите запомнить сайт «Российские тенденции»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Поиск по блогу

Основная статья: Природный газ

Иллюзия правосудия: о работе международных арбитражей

Независимость международных арбитров под сомнением

Как известно, за последние полтора года нефть значительно подешевела. По данным Bloomberg, в 2010–2014 гг. средняя цена барреля Brent составляла около $100, в этом году цена опустилась на уровень 30-35 долларов[1]. В таких условиях для обеспечения рентабельности долгого и сложного цикла добычи ресурсов нефтегазодобывающей отрасли требуется дополнительные гарантии стабильности. Одним из важнейших таких гарантий – когда речь заходит о поставках нефти и газа – является международно-правовой принцип pacta sunt servanda (от лат. «договоры должны соблюдаться»), обеспечивающий исполнение условий договора о нефте- и газопоставках.



Однако в последнее время правила игры все чаще нарушаются. Так, в феврале 2016 г. арбитраж Международной торговой палаты (ICC), в котором разбирался спор Тегерана и Анкары о стоимости поставляемого в Турцию иранского газа, принял решение о том, что Иран должен будет выплатить Турции значительную компенсацию. Суд постановил снизить определенную контрактом цену иранского газа на 10–15% и обязал Иран выплатить Турции компенсацию за поставленный с 2011 года газ, общая сумма которой может составить около $1 млрд[2]. Вполне справедливо возникает вопрос: на каком основании лицо, не являющееся стороной договора, может менять такие его существенные условия, как цена?

Для российских компаний этот вопрос не новый. Если вспомнить споры государств-потребителей энергоресурсов с «Газпромом», то можно увидеть, что во многих случаях ситуация решались не в пользу российской компании: либо «Газпром» шел на уступки и дела решались мировым соглашением, либо суды выносили решения в пользу получателей газа, обязывая «Газпром» уплатить компенсацию за завышенную цену.

Так было в 2010 г., когда в Арбитражный суд Стокгольма обратилась итальянская Edison и «Газпром» предпочел урегулировать ситуацию с компанией в досудебном порядке. Так же было и в других спорах: немецким E.ON и RWE, греческой DEPA и польской PGNiG российскому концерну пришлось предоставить скидки. Только за первую половину 2012 года «Газпром» выплатил европейским компаниям около $4,25 млрд.[3] На фоне глубокого политического кризиса между Россией и Западом и в силу того, что бенефициариями решений арбитражей становятся являются государства-члены ЕС, тенденция получает дополнительный окрас.

Необходимо отметить, что современная общемировая тенденция в нефтегазовой отрасли заключается в том, что добывают ресурсы, как правило, в развивающихся странах, а потребляют – в развитых. Исходя из решений арбитражей в последнее время может сложиться ощущение, что международные арбитры склонны вставать на сторону последних.

Однако в чем заключаются корни этой склонности? Ведь институт арбитров как раз разработан с целью в максимальной степени исключить элемент предвзятости при решении споров. Арбитры вступают в спор между двумя сторонами договора при наличии т.н. арбитражной оговорки – положения в договоре о том, что в случае, если сторонам не удастся уладить спор по договору между собой, он рассматривается в международном арбитраже. Вид арбитража, количество арбитров, вопрос о применимом праве – эти и другие положения прописываются в договоре. Специфика арбитража заключается в добровольности обращения и одновременно — в обязательности арбитражного соглашения и вынесенного решения. Каждая из сторон может назначить одного арбитра, обеспечивая себе, казалось бы, независимость и объективность рассмотрения спора. На деле же к международным арбитражам предъявляется множество претензий.

Так, в 2015 г. в ООН опубликован «Доклад Независимого эксперта по вопросу о поощрении демократического и справедливого международного порядка Альфреда Мориса де Зайаса». Автор доклада критично описывает сложившуюся в мире систему работы международных арбитражей при рассмотрении ими споров между компаниями, с одной стороны, и государствами – с другой. В докладе ставится под сомнение беспристрастность и независимость арбитражных судов, говорится о непрозрачности процедуры принятия ими решений, а также о том, что при рассмотрении спора арбитры руководствуются интересами бизнеса[4]. Утверждается, что «пороки» системы не зависят от того, где проходит разбирательство, и упоминаются Лондонский международный арбитражный суд, Стокгольмская торговая палата, Гонконгский международный арбитражный центр – т.е. наиболее известные и крупные арбитражи.

В другом докладе «Profiting from injustice: How law firms, arbitrators and financiers are fuelling an investment arbitration boom» («Наживаясь на несправедливости: как юрфирмы, арбитры и финансисты раздувают пузырь арбитража»), опубликованном организацией «Corporate Europe Observatory» совместно с аналитическим институтом «Transnational Institute», описывается, в частности, узкий и закрытый «клуб» международных арбитров. Основная их масса состоит из знающих друг друга юристов элитных западных юридических компаний или известных представителей академической среды, каждый из которых имеет тесную личную и коммерческую связь с крупным бизнесом и транснациональными корпорациями Западной Европы или Северной Америки. В этой связи их объективность и независимость также подвергаются большому сомнению. Хотя речь идет в большей степени об инвестиционных спорах, представляется, что предмет спора в данном случае малозначителен.

Возникает вопрос: что делать в таком случае российским компаниям?

Один из вариантов, к которому уже прибегают предприниматели из России, это переориентирование на азиатские арбитражи. По словам председателя правления Российской Арбитражной Ассоциации В.Хвалея, российские юрлица беспокоит вопрос объективности и беспристрастности рассмотрения их споров в европейских международных арбитражах в связи с введением санкций и складывающейся геополитической обстановкой. В этих условиях «очень многие компании, особенно государственные, обращаются сейчас на Восток, поскольку до настоящего времени арбитражные центры Азии не присоединились к санкциям»[5].

Однако азиатские арбитражи не должны рассматриваться как панацея: самые популярные из них находятся в бывших английских колониях – Гонконг, Сингапур и др. Применимое право в этих арбитражах – та же самая англосаксонская правовая система, основанная на прецедентах. Очевидно, что многие арбитры таких судов в той или иной степени связаны со своими западными коллегами, для которых англосаксонское право – родная стихия.

В этой связи, с учетом развивающегося сотрудничества стран БРИКС, России целесообразно рассмотреть вариант создания нового независимого арбитража в рамках этой организации.

Параллельно с этим необходимо учитывать те юридические возможности, которые есть у сторон договора изначально – возможность четко составлять арбитражную оговорку. Ведь компетенция арбитража формируется именно договором между сторонами, поэтому юристам компаний следует очень осторожно подходить к его формулировкам. Вполне возможно подумать об ограничении права арбитров изменять существенные условия договора, в том числе ценовую формулу.

В любом случае, рассуждая о международных арбитражах, взвешивая их плюсы и минусы, стоит задуматься над словами арбитра из Испании Фернандес-Арместо: «Даже ночью, просыпаясь и думая об арбитражных делах, я не перестаю удивляться тому, что суверенные государства вообще согласились на проведение <…> арбитража. …Трем частным лицам даются полномочия пересматривать, при отсутствии всяких ограничений и процедуры обжалования, любые действия правительства, любые решения судов и любые законы и нормы, принятые парламентом»[6].

Андрей Андреевич Тодоров - старший научный сотрудник РИСИ, кандидат юридических наук.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
[1] http://www.vedomosti.ru/business/characters/2016/01/25/625283-nizkih-tsen-neft

[2] http://www.rbc.ru/economics/02/02/2016/56b0af019a79475f31640524

[3] http://m.forbes.ru/article.php?id=261721

[4] http://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/RegularSessions/Session30/Documents/A_HRC_30_44_RUS.docx

[5] http://arbitrations.ru/press-centr/news/mezhdunarodnyy-arbitrazh-stagniruet/

[6] http://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/RegularSessions/Session30/Documents/A_HRC_30_44_RUS.docx

А. А. Тодоров
16 февраля 2016 г.
http://riss.ru



Лебедев Сергей 24 фев 16, 20:08
+2 0

Иллюзия правосудия: о работе международных арбитражей

Независимость международных арбитров под сомнением

Как известно, за последние полтора года нефть значительно подешевела. По данным Bloomberg, в 2010–2014 гг. средняя цена барреля Brent составляла около $100, в этом году цена опустилась на уровень 30-35 долларов[1]. В таких условиях для обеспечения рентабельности долгого и сложного цикла добычи ресурсов нефтегазодобывающей отрасли требуется дополнительные гарантии стабильности. Одним из важнейших таких гарантий – когда речь заходит о поставках нефти и газа – является международно-правовой принцип pacta sunt servanda (от лат. «договоры должны соблюдаться»), обеспечивающий исполнение условий договора о нефте- и газопоставках.



Однако в последнее время правила игры все чаще нарушаются. Так, в феврале 2016 г. арбитраж Международной торговой палаты (ICC), в котором разбирался спор Тегерана и Анкары о стоимости поставляемого в Турцию иранского газа, принял решение о том, что Иран должен будет выплатить Турции значительную компенсацию. Суд постановил снизить определенную контрактом цену иранского газа на 10–15% и обязал Иран выплатить Турции компенсацию за поставленный с 2011 года газ, общая сумма которой может составить около $1 млрд[2]. Вполне справедливо возникает вопрос: на каком основании лицо, не являющееся стороной договора, может менять такие его существенные условия, как цена?

Для российских компаний этот вопрос не новый. Если вспомнить споры государств-потребителей энергоресурсов с «Газпромом», то можно увидеть, что во многих случаях ситуация решались не в пользу российской компании: либо «Газпром» шел на уступки и дела решались мировым соглашением, либо суды выносили решения в пользу получателей газа, обязывая «Газпром» уплатить компенсацию за завышенную цену.

Так было в 2010 г., когда в Арбитражный суд Стокгольма обратилась итальянская Edison и «Газпром» предпочел урегулировать ситуацию с компанией в досудебном порядке. Так же было и в других спорах: немецким E.ON и RWE, греческой DEPA и польской PGNiG российскому концерну пришлось предоставить скидки. Только за первую половину 2012 года «Газпром» выплатил европейским компаниям около $4,25 млрд.[3] На фоне глубокого политического кризиса между Россией и Западом и в силу того, что бенефициариями решений арбитражей становятся являются государства-члены ЕС, тенденция получает дополнительный окрас.

Необходимо отметить, что современная общемировая тенденция в нефтегазовой отрасли заключается в том, что добывают ресурсы, как правило, в развивающихся странах, а потребляют – в развитых. Исходя из решений арбитражей в последнее время может сложиться ощущение, что международные арбитры склонны вставать на сторону последних.

Однако в чем заключаются корни этой склонности? Ведь институт арбитров как раз разработан с целью в максимальной степени исключить элемент предвзятости при решении споров. Арбитры вступают в спор между двумя сторонами договора при наличии т.н. арбитражной оговорки – положения в договоре о том, что в случае, если сторонам не удастся уладить спор по договору между собой, он рассматривается в международном арбитраже. Вид арбитража, количество арбитров, вопрос о применимом праве – эти и другие положения прописываются в договоре. Специфика арбитража заключается в добровольности обращения и одновременно — в обязательности арбитражного соглашения и вынесенного решения. Каждая из сторон может назначить одного арбитра, обеспечивая себе, казалось бы, независимость и объективность рассмотрения спора. На деле же к международным арбитражам предъявляется множество претензий.

Так, в 2015 г. в ООН опубликован «Доклад Независимого эксперта по вопросу о поощрении демократического и справедливого международного порядка Альфреда Мориса де Зайаса». Автор доклада критично описывает сложившуюся в мире систему работы международных арбитражей при рассмотрении ими споров между компаниями, с одной стороны, и государствами – с другой. В докладе ставится под сомнение беспристрастность и независимость арбитражных судов, говорится о непрозрачности процедуры принятия ими решений, а также о том, что при рассмотрении спора арбитры руководствуются интересами бизнеса[4]. Утверждается, что «пороки» системы не зависят от того, где проходит разбирательство, и упоминаются Лондонский международный арбитражный суд, Стокгольмская торговая палата, Гонконгский международный арбитражный центр – т.е. наиболее известные и крупные арбитражи.

В другом докладе «Profiting from injustice: How law firms, arbitrators and financiers are fuelling an investment arbitration boom» («Наживаясь на несправедливости: как юрфирмы, арбитры и финансисты раздувают пузырь арбитража»), опубликованном организацией «Corporate Europe Observatory» совместно с аналитическим институтом «Transnational Institute», описывается, в частности, узкий и закрытый «клуб» международных арбитров. Основная их масса состоит из знающих друг друга юристов элитных западных юридических компаний или известных представителей академической среды, каждый из которых имеет тесную личную и коммерческую связь с крупным бизнесом и транснациональными корпорациями Западной Европы или Северной Америки. В этой связи их объективность и независимость также подвергаются большому сомнению. Хотя речь идет в большей степени об инвестиционных спорах, представляется, что предмет спора в данном случае малозначителен.

Возникает вопрос: что делать в таком случае российским компаниям?

Один из вариантов, к которому уже прибегают предприниматели из России, это переориентирование на азиатские арбитражи. По словам председателя правления Российской Арбитражной Ассоциации В.Хвалея, российские юрлица беспокоит вопрос объективности и беспристрастности рассмотрения их споров в европейских международных арбитражах в связи с введением санкций и складывающейся геополитической обстановкой. В этих условиях «очень многие компании, особенно государственные, обращаются сейчас на Восток, поскольку до настоящего времени арбитражные центры Азии не присоединились к санкциям»[5].

Однако азиатские арбитражи не должны рассматриваться как панацея: самые популярные из них находятся в бывших английских колониях – Гонконг, Сингапур и др. Применимое право в этих арбитражах – та же самая англосаксонская правовая система, основанная на прецедентах. Очевидно, что многие арбитры таких судов в той или иной степени связаны со своими западными коллегами, для которых англосаксонское право – родная стихия.

В этой связи, с учетом развивающегося сотрудничества стран БРИКС, России целесообразно рассмотреть вариант создания нового независимого арбитража в рамках этой организации.

Параллельно с этим необходимо учитывать те юридические возможности, которые есть у сторон договора изначально – возможность четко составлять арбитражную оговорку. Ведь компетенция арбитража формируется именно договором между сторонами, поэтому юристам компаний следует очень осторожно подходить к его формулировкам. Вполне возможно подумать об ограничении права арбитров изменять существенные условия договора, в том числе ценовую формулу.

В любом случае, рассуждая о международных арбитражах, взвешивая их плюсы и минусы, стоит задуматься над словами арбитра из Испании Фернандес-Арместо: «Даже ночью, просыпаясь и думая об арбитражных делах, я не перестаю удивляться тому, что суверенные государства вообще согласились на проведение <…> арбитража. …Трем частным лицам даются полномочия пересматривать, при отсутствии всяких ограничений и процедуры обжалования, любые действия правительства, любые решения судов и любые законы и нормы, принятые парламентом»[6].

Андрей Андреевич Тодоров - старший научный сотрудник РИСИ, кандидат юридических наук.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
[1] http://www.vedomosti.ru/business/characters/2016/01/25/625283-nizkih-tsen-neft

[2] http://www.rbc.ru/economics/02/02/2016/56b0af019a79475f31640524

[3] http://m.forbes.ru/article.php?id=261721

[4] http://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/RegularSessions/Session30/Documents/A_HRC_30_44_RUS.docx

[5] http://arbitrations.ru/press-centr/news/mezhdunarodnyy-arbitrazh-stagniruet/

[6] http://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/RegularSessions/Session30/Documents/A_HRC_30_44_RUS.docx

А. А. Тодоров
16 февраля 2016 г.
http://riss.ru



Лебедев Сергей 24 фев 16, 20:08
+4 1

Иран: стратегия «экономики сопротивления»

Международные санкции в отношении Ирана сняты. Как считает президент Хасан Роухани, Иран открывает новую главу в отношениях с миром. Приняв Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), который обеспечит исключительно мирный характер ядерной программы Ирана, Тегеран вновь стал полноправным участником международной жизни, сохранив за собой право на мирный атом. Президент Роухани назвал ядерную сделку «золотой страницей» в истории Ирана. Вместе с тем эйфории от отмены санкций в Тегеране незаметно.



Духовный лидер Ирана аятолла Хаменеи выразил удовлетворение в связи со снятием с ИРИ «несправедливых санкций», но потребовал «проявлять осторожность». У верховного руководителя ИРИ остаются сомнения в том, что «противоположная сторона будет выполнять свои обязательства в полном объеме». Действительно, ядерное досье Ирана вроде бы закрывается, но Вашингтон сразу же объявил о введении новых санкций против исламской республики. На этот раз претензии перенесены с ядерной тематики на ракетные программы Ирана.

Аятолла Хаменеи в своем письме президенту Роухани пишет, что отмена санкций сама по себе не улучшает экономическое положение Ирана, за ядерную сделку он заплатил «дорогую цену, общественное мнение иранцев не должно воспринимать отмену санкций как "одолжение"». Хаменеи считает, что Ирану и после отмены санкций придётся жить в условиях «экономики сопротивления». Он предупреждает о возможном предательстве, в частности со стороны США, призывает к «сопротивлению и стойкости». Санкции для Ирана стали «великим уроком», который, как подчеркивает глава Ирана, будет учитываться в будущем.

Напомним, что антииранские санкции – многослойный пирог. В отношении Ирана действуют санкции ООН и санкции, наложенные в одностороннем порядке Соединёнными Штатами и Евросоюзом. Санкции ООН в основном касаются запретов на поставки в Иран современных видов вооружений, в том числе ракетных технологий. Кроме того, Совет Безопасности ООН ввел визовые ограничения и заморозил активы некоторых высокопоставленных чиновников и военных. В отличие от точечных санкций ООН, ограничения, наложенные на Иран со стороны США и ЕС, гораздо шире.

Экономические санкции США и ЕС были нацелены на основные статьи экспорта Ирана - нефть и газ. Параллельно Центральный банк Ирана был отключен от международной платёжной системы SWIFT, а иранский бизнес лишен возможности участия в крупномасштабных долларовых международных сделках. Последние три года во внешней торговле деловые круги Ирана вынуждены были полагаться на ненадежные, зачастую сторонние финансовые учреждения, прибегать к услугам посредников, чтобы осуществлять крупные торговые сделки. Финансовая изоляция и запрет на сотрудничество с Ираном в нефтегазовом секторе экономики привели к выводу из страны иностранных инвестиций. Достигнутые ранее соглашения с иностранными компаниями фактически оказались разорванными. Антииранские санкции считаются самыми жесткими в истории из тех, которые вводились Соединёнными Штатами и их союзниками.

Суть «экономики сопротивления» - выработка оптимальной реакции государства на дискриминационные меры с целью минимизировать ущерб, наносимый отечественной экономике. Острием американских санкций стала блокада нефтяной промышленности, финансовых и денежных институтов ИРИ. И нужно признать, что «превратить ограничения в новые возможности» Ирану в достаточной степени не удалось. Санкции повредили экономике Ирана, хотя не могли её развалить. По объёму ВВП среди стран Среднего и Ближнего Востока Иран остается на 2-м, а в Азии – на 7-м месте.

Больше того: за годы санкций иранцы много сумели сделать на перспективу. И прежде всего снизить зависимость страны от экспорта сырой нефти. Так, Иран нарастил собственное производство бензина в условиях западного эмбарго на его поставки в страну. В конце 2014 года иранские заводы перерабатывали 1,85 млн. баррелей нефти в день, увеличив производство бензина до 61 млн. литров в день. В стране реализуется 67 нефтехимических проектов, в том числе ведется строительство НПЗ «Звезда Персидского залива» мощностью 36 млн. литров бензина в день, завершение которого позволит Ирану не только полностью себя обеспечить бензином, но и экспортировать его. В бюджете ИРИ на следующий год доля доходов от экспорта сырой нефти составляет не более 25 %. А теперь сравним: до введения нефтяного эмбарго в 2012 году иранский бюджет получал от продажи сырой нефти почти 80% доходной части.

Санкции дали мощный импульс развитию в Иране промышленной инфраструктуры, что позволило расширить самостоятельное производство продукции с высокой добавленной стоимостью. В 1997 году Иран производил продуктов нефтехимии на 1 млрд. долл., а в настоящее время производит уже на 25 млрд. долл. и занимает 1-е место среди стран Ближнего и Среднего Востока по объемам производства нефтехимической продукции. Перед отраслью поставлена задача - довести объем производства продукции нефтехимии до 80 млрд. долл. в год. Для этого потребуется от 70 до 80 млрд. долл. дополнительных капиталовложений.

Снятие санкций не означает, что Иран готов вернуться к экономическим отношениям с европейскими союзниками США в полном объеме. Компаниям из Европы придется сделать многое, чтобы вернуть доверие иранцев и возобновить деловой диалог. По крайней мере, крупных поставок иранской нефти в Европу в ближайшее время не планируется. Европейским импортерам вначале нужно добиться новых контрактов, а иранской стороне – восстановить уровень добычи нефти. На это потребуются и деньги, и время. Сейчас Иран занят поиском иностранных инвестиций в свою экономику. Как говорит президент ИРИ Роухани, правительство будет сосредоточено на привлечении инвестиций из-за рубежа, увеличении экспорта ненефтяной продукции и оптимальном использовании валютных резервов, замороженных из-за санкций.

Подтверждений тому, что Европа готова инвестировать в иранскую экономику, пока нет. Заметна другая тенденция. Тегеран из соображений безопасности, похоже, решил предоставить преференции более надежным зарубежным партнерам. С Россией у Ирана определены 35 первоочередных проектов в отраслях энергетики, строительства, возведения морских терминалов, прокладки железных дорог и др. Помимо государственного кредита в 5 млрд. долларов, российский ВЭБ и Центральный банк Ирана готовят соглашение о предоставлении Ирану кредита в размере 2 млрд. евро. Иран дал добро на развитие консорциумом индийских компаний газового месторождения Farzad-B в Персидском заливе. Индия готова инвестировать в Иран более 15 млрд. долларов, в том числе на строительство иранского порта Чахбахар в Оманском заливе.

Николай Бобкин
20 января 2016 г.
http://www.fondsk.ru



Лебедев Сергей 17 фев 16, 21:39
+1 3

Путин в Тегеране: укрепление российско-иранского альянса

Владимир Путин впервые за восемь лет посетил Иран. Российский президент выступил 23 ноября в Тегеране на Форуме стран-экспортеров газа (ФСЭГ). В своё время идея создания ФСЭГ исходила от аятоллы Хаменеи, предложившего Москве в 2001 году создать «организацию сотрудничества в газовой сфере, как ОПЕК». Юридически Форум был учрежден в Москве 23 декабря 2008 года, когда министры энергетики стран-участниц приняли устав международного объединения и подписали межправительственное соглашение.


В Тегеране состоялись переговоры В. В. Путина с Президентом Ирана Хасаном Рухани
Фото: http://kremlin.ru


Главной темой для ФСЭГ остается развитие глобального рынка газа. По поводу того, что такие производители газа, как США, Канада и Австралия не участвуют в этом процессе, государства-члены газового форума не переживают. Сегодня в объединении 14 стран-членов в статусе наблюдателей – ещё 5 государств. 42 % производства газа в мире, 67 % газовых ресурсов, 38 % перекачки природного газа по газопроводам и 85 % торговли сжиженным природным газом находятся в распоряжении членов ФСЭГ. Важность обсуждаемых Форумом тем доказывают прогнозы экспертов, по мнению которых мировой спрос на голубое топливо к 2040 году вырастет на 32% - до 4,9 трлн. кубометров с 3,7 трлн. кубометров в 2014 году. Для России важно не терять свою долю на рынке, и Москва действует в этом направлении, цивилизованно договариваясь с конкурентами за столом переговоров.

Президент РФ в своем выступлении перед участниками ФСЭГ отметил, что ведется позитивная работа с партнерами из азиатских стран, в том числе китайскими и индийскими. «Планируем на азиатском направлении увеличить наши поставки с 6 до 30 процентов — до 128 миллиардов кубометров», — заявил глава Российского государства. Путин отметил, что в готовящийся проект национальной энергетической стратегии до 2035 года закладывается существенный прирост добычи природного газа — на 40 процентов. Если в 2014 году в стране было добыто 578 миллиардов кубометров, то к 2035 году планируется добыть 885 миллиардов кубометров.

Сегодня Иран признаёт, что не сможет конкурировать с Россией в газовой сфере. Москве не нужно переживать по поводу того, что её нишу в области газовых поставок может занять Иран, заявил глава иранского Министерства нефти Бижан Намдар Зангане. Комментируя планы Тегерана относительно газового экспорта, министр уточнил, что страна не располагает магистральным трубопроводом для поставок голубого топлива в страны Европы. При этом Иран готов к переговорам с другими государствами с целью налаживания схемы поставок иранского газа европейским потребителям. Пока же Зангане надеется, что на иранских нефтяных месторождениях будет работать большое количество компаний из России. Аналогичные пожелания были у министра и в отношении газового сегмента. Сотрудничество с Россией будет осуществляться в сфере обмена технологическими достижениями в области нефтегазовой добычи.

Еще до заседания глав государств, прибывших на Форум, Владимир Путин встретился с верховным руководителем Ирана аятоллой Али Хаменеи и президентом ИРИ Хасаном Роухани. Перспективы отношений Москвы и Тегерана волнуют многих. Одни страны с одобрением смотрят на российско-иранское стратегическое взаимодействие по региональным проблемам, другие видят в этом опасность своим интересам.

С отменой санкций внутренний иранский рынок (население страны – почти 80 миллионов человек) интересен практически всем ведущим странам мира. К тому же Иран объявил о грандиозных планах во многих отраслях своей индустрии, общая стоимость первоочередных инвестиционных проектов превышает 90 млрд. долларов. Это не означает готовность Исламской Республики открыть двери для всех желающих. К примеру, для США, как и прежде, все дороги в Иран остаются закрытыми. Власти Ирана не проводили никаких переговоров с Вашингтоном по вопросам, не касающимся сделки по иранскому атому, и не собираются делать этого и в будущем, заявил в сентябре аятолла Хаменеи. В отношениях с Ираном Америка продолжает жить в условиях «чрезвычайного положения», президент Обама и в этом году был вынужден продлить на очередной год действие соответствующего закона США, принятого более 30 лет назад. Обе стороны остаются на своих позициях.

Иные планы у иранского руководства в отношении России. Об этом говорит сама встреча Путина с аятоллой Хаменеи. Верховный лидер Ирана редко принимает глав иностранных государств, а когда это происходит, то становится знаком дружественных двусторонних отношений. Беседа двух лидеров продолжалась дольше запланированного, свыше полутора часов. Разговор носил весьма конструктивный характер, отметил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. Особое внимание было уделено развитию торгово-экономического сотрудничества, которое пока заметно отстаёт от уровня политического партнерства.

В 2014 году товарооборот между Россией и Ираном составил всего 1,68 млрд. долларов. Доля Ирана во внешнеторговом обороте России в 2014 году достигала лишь 0,21%. Объем накопленных российских инвестиций в Иране составляет не более 12 млн. долларов, а иранских в Россию - 5,5 млн. долларов. По итогам 2015 года рост товарооборота, увы, опять не ожидается. И это притом, что осенью прошлого года стороны согласовали совместные проекты стоимостью около 70 млрд. долларов. Тегеран обращается с просьбой предоставить Ирану кредитные линии для оплаты российских товаров и услуг. Возможно, что на встрече двух лидеров этот вопрос был решён. Речь идет в первую очередь о финансировании строительства 3-го и 4-го блоков атомной электростанции в Бушере. Нужны кредиты и для строительства Россией на территории Ирана нескольких теплоэлектростанций, а также для электрификации иранской железной дороги на севере Ирана в районе Горган.

Как и ожидалось, особое внимание лидеры Ирана и России уделили урегулированию конфликта в Сирии, совместной борьбе с терроризмом, а также военно-техническому сотрудничеству. С главой какого государства иранское руководство могло бы обсуждать такие вопросы в доверительном тоне? В этом перечне каждая проблема имеет прямое отношение к стратегическому партнерству, к готовности двух стран сотрудничать в наиболее значимых для их национальной безопасности областях.

В Сирии воздушная операция России, поддержанная Ираном на земле, уже достигла своей первой цели. Ещё в сентябре падение правительства Башара Асада казалось неминуемым, но Дамаск стабилизировал свое положение и укрепил контроль над значительной частью территории страны. Начат процесс поисков политического решения, полноценным участником которого является Иран. То, что США уже не играют в урегулировании сирийского кризиса доминирующей роли, а Россия возвращается на Ближний Восток, всецело соответствует самостоятельной внешней политике Ирана.



В борьбе с терроризмом у России и Ирана есть общие интересы не только на ближайшее время, но и на перспективу. Обе страны имеют цель убрать с ближневосточной сцены «Исламское государство» (ИГ). Военное сотрудничество Москвы и Тегерана в интересах достижения этой цели стало новым важным фактором международных отношений. Ещё несколько месяцев назад трудно было представить, что иранские истребители будут эскортировать в своём небе российские стратегические бомбардировщики, направляющиеся через Иран для нанесения ракетных ударов по объектам ИГ в Сирии…

Москву и Тегеран объединяет не одна Сирия. Напрасно США и их союзники надеются, что им удастся расколоть российско-иранский альянс. Вряд ли и Тегеран даже в долгосрочной перспективе может выбрать курс на политическое сближение с Западом в ущерб своим отношениям с Москвой.

Николай Николаевич Бобкин, старший научный сотрудник Центра военно-политических исследований Института США и Канады РАН. Главный редактор журнала "Деловой Иран".

Николай Бобкин
24 ноября 2015 г.
http://www.fondsk.ru

Лебедев Сергей 25 ноя 15, 07:58
+7 1

На Северном полюсе растет температура

По подсчетам экспертов, в Арктике сосредоточены богатейшие запасы углеводородов и других полезных ископаемых: до 13 процентов общемировых запасов нефти и треть запасов природного газа. Именно поэтому регион привлекает внимание не только исследователей-энтузиастов, но и целые государства, которые зачастую находятся за тридевять земель от этой зоны снегов и льдов.



Особое стратегическое значение Арктика имеет для России и Соединенных Штатов. Но в последние годы вызывает также повышенный интерес со стороны других региональных и внерегиональных государств: они видят в ней значительный источник биоресурсов, а также кладовую нефти и природного газа.

У нашей страны самая протяженная территория, непосредственно выходящая к арктическим морям. Россия имеет гораздо более значимые торгово-экономические, топливно-энергетические и военно-политические интересы в Арктике по сравнению с четырьмя другими государствами, относящимися к данному региону - Данией, Канадой, Норвегией и США.

Однако в силу объективных и субъективных причин Москва сократила свое военное присутствие в регионе, а вот арктические государства Североатлантического альянса постепенно его нарастили.

Вашингтон и его арктические союзники по НАТО не скрывают своих планов. В Брюсселе считают, что суммарная военная мощь блока должна гарантированно обеспечить ему военно-стратегические и торгово-экономические интересы в этой части земного шара - для этого следует превзойти региональный военный потенциал России. Остается в силе директива президента Джорджа Буша-младшего от 9 января 2009 года. В ней записано: «США имеют широкие и фундаментальные интересы безопасности в Арктическом регионе и готовы действовать там либо индивидуально, либо во взаимодействии с другими государствами с целью защиты указанных интересов». В директиве подробно названы меры по защите этих самых интересов: противоракетная оборона и средства раннего предупреждения, развертывание средств ВМС и ВВС для обеспечения стратегических морских перевозок, стратегическое ядерное сдерживание и военно-морское присутствие. Барак Обама, заметим, этой директивы не отменял.

Документы Пентагона свидетельствуют: Вашингтон рассматривает Арктику в качестве «нового стратегического поля сражений». Здесь, как указывается, по мере таяния арктических льдов, должна усиливаться военно-морская активность стран-членов НАТО, а также сохраняться высокий уровень присутствия вооруженных сил, от обычных до ядерных. Масштабы военных учений и маневров, проводимых государствами альянса в этом регионе, все время растут.

В ходе проведенных в 2012 году учений «Холодный ответ» было задействовано свыше 16 тысяч военнослужащих из 15 стран блока.

К военным играм все чаще стали привлекать вооруженные силы государств севера Европы, не входящих в НАТО, например, Швеции и Финляндии - последняя в натовских документах фигурирует как «привилегированный партнер». С 2007 года регулярными в регионе стали комбинированные военные учения под кодовым названием «Операция Нанук» с участием Дании, Канады и США. В 2009 году были проведены масштабные многонациональные учения «Верная стрела», в которых приняли десять государств НАТО и не входящих в него стран. В конце нынешнего лета запланированы очередные большие учения.

У всех этих «экзерциций» есть два общих знаменателя. Во-первых, они проходят в непосредственной близости от российских рубежей. Во-вторых, организуются под предлогом проведения разного рода «гуманитарных миссий», например, поисково-спасательных операций и операций по ликвидации последствий природных катаклизмов. Но в действительности решаются совершенно иные задачи: по минированию морских акваторий, контролированию воздушного пространства и высадке морских десантов на побережье. В регионе также укрепляются средства противолодочной обороны натовских государств и отрабатывается проведение воздушно-десантных операций.

Есть и другие факторы, оказывающие негативное воздействие на региональную военно-политическую ситуацию.

На постоянную основу переведена коллективная операция ВВС НАТО «Балтийское воздушное патрулирование», проводимая в воздушном пространстве Латвии, Литвы и Эстонии с марта 2004 года.

Самолеты блока, участвующие в ней, в частности, могут достигать российские военные объекты на Кольском полуострове. «Обкатку» в этой операции прошли самолеты из 16 стран-членов блока, то есть более половины его состава. Прошли модернизацию две радиолокационные станции средств предупреждения о ракетном нападении, размещенные в Гренландии под городом Туле и на севере Норвегии, обе они давно включены в глобальную американскую систему противоракетной обороны. Эти средства глубокого радиолокационного контроля позволяют «просматривать» почти полностью все приарктические районы Российской Федерации. К 2015 году должны быть завершены работы по повышению эффективности радара «Клиер» на территории Аляски. К тому же в пяти государствах Европы размещено тактическое ядерное оружие США: в общей сложности около 500 авиабомб. Это тоже нельзя сбрасывать со счетов при оценке ситуации в регионах северной Европы и Арктики.

Продолжается практика патрулирования арктических морей американскими атомными ракетными подводными лодками стратегического назначения с ядерным и обычным высокоточным оружием на борту, а также ударными атомными подводными лодками. Атомные субмарины США начали осваивать регион еще в пятидесятые годы прошлого столетия: первый подводный ракетоносец «Наутилус» прошел подо льдами Арктики в 1957 году. Американские ВВС и подлодки, выполняющие боевое патрулирование в зоне Северного Ледовитого океана, кроме ядерного обладают еще и высокоточным оружием в обычном снаряжении. Они, в случае развязывания военного конфликта, могли бы создать угрозу российским межконтинентальным баллистическим ракетам наземного и морского базирования, а также центрам управления и связи. Четыре такие субмарины были переоборудованы под доставку 154 крылатых ракет каждая. Судя по документам конгресса США, две из них находятся на постоянном патрулировании на ротационной основе и, вероятно, в арктических морях.

Россия знает, что ей следует делать в сложившихся условиях. Совершенствовать в регионе мощную группировку ядерных и обычных сил и средств, продолжать развивать морскую составляющую стратегических ядерных сил и полеты стратегической авиации в воздушном пространстве Арктики, возобновленные в августе 2007 года. Нужно создавать многоцелевые военно-морские группировки общего назначения, оснащенные высокоточным оружием большой дальности, обеспечивать надежность транспортных коммуникаций и охрану торговых и промысловых судов. Генеральный план развития российских Вооруженных сил до 2020 года позволяет добиться выполнения поставленных целей.

Есть и еще одна задача: парировать попытки стран-членов НАТО оказывать на Россию информационное давление в связи с ее деятельностью в Евроарктическом регионе. Не подлежат никакому обсуждению со странами Североатлантического блока вопросы размещения российских ядерных и иных вооружений на Кольском полуострове и в других регионах, прилегающих к Арктике и к зоне Балтийского моря.

Регион остается местом повышенной военной активности ведущих государств Североатлантического блока, в Вашингтоне все настойчивее предлагают «сделать Арктику высшим приоритетом НАТО».

Москва же считает, что Арктика и прилегающие к ней районы должны стать не «новым стратегическим полем сражений», а зоной делового сотрудничества.

Пока, как видим, точки зрения диаметрально противоположны.

Владимир Козин
– консультант директора
Российского института стратегических исследований
Специально для Столетия
11 июня 2013 г.
http://www.stoletie.ru



Лебедев Сергей 16 июн 13, 12:51
+38 14

Независимость от Союза как она есть. О поглощении украинской энергетики западными корпорациями

Сознательное игнорирование Украиной Евразийской интеграционной повестки, затянувшиеся газовые переговоры с Россией вынуждают украинское руководство искать пути обеспечения энергетической независимости Украины. Поиск путей постепенно выражается в заключенных договорах с транснациональными корпорациями. Активность украинских властей ставит вполне очевидный вопрос: «Какой ценой достанется Украине ее энергетическая независимость и реально ли её достижение?».



207 млрд. $ на алтарь энергетической независимости


Экспертами Международного экономического агентства была подсчитана стоимость обеспечения Украиной своей энергетической независимости. Сумма для украинского бюджета фантастична - 207 млрд. $.

В нее входят: модернизация действующих промышленных предприятий, наращивание объемов добычи украинского природного газа и каменного угля, освоение месторождений природного газа на Черноморском шельфе, а также начало добычи сланцевого газа. Профинансировать все вышеперечисленные мероприятия Украина не в состоянии – денег не хватает даже на финансирование социальных выплат, а уж о программах какого-либо развития и вовсе говорить не приходится.

Поэтому выход у украинской элиты один – впасть в окончательную экономическую и геополитическую зависимость от стран Запада, обратившись с предложением о сотрудничестве между Украиной и транснациональными корпорациями (ТНК). Уже сейчас на украинский энергетический рынок вошли три транснациональных энергетических монстра – ExxonMobil, Royal Dutch Shell и Chevron.

Доля Exxon Mobil


Право добычи газа по соглашению о разделе продукции на Скифским участке Черноморского шельфа получили ТНК ExxonMobil, Shell и Petron, участие государственной НАК «Надра Украины» сводится лишь к предоставлению документации. На Скифском участке шельфа продукция будет распределяться следующим образом: 70% - иностранному инвестору, 20% - государству, а 10% отойдет посредникам - в данном случае в истории фигурирует загадочная контора “Геосервис Чауда”, которую власть взяла в долю. В итоге, отдав свой шельф ТНК, взамен Украина практически ничего не получает.

Пришествие Royal Dutch Shell


10 января 2013 г. состоялась встреча между послом США в Украине и министром энергетики и угольной промышленности Украины Эдуардом Ставицким. Во время встречи были достигнуты определенные договоренности о сроках подписания соглашений о разделе продукции между Украиной и Royal Dutch Shell, а также Chevron.

С подписанием не затягивали - так, соглашение с Royal Dutch Shell уже подписано, но засекречено как украинскими властями, так и самой корпорацией. Однако произошла утечка, в результате которой предварительный текст соглашения стал доступен общественности в интернете.

Чем же завлекали Shell на Украину?

ТНК Shell заинтересовалась добычей сланцевых углеводородов на территории Украины. Украинский закон «О соглашениях о разделе продукции» предусматривает, что добытая продукция делится между государством и инвестором в пропорции 70:30. Но вот в самом тексте соглашения, в ст. 14.5 указано, что часть продукции корпорации будет составлять от 69 до 31% в зависимости от ряда факторов. Таким образом, доля государства в добываемых углеводородах поставлена в прямопропорциональную зависимость от уровня затрат Shell, объемов добычи и уплаченных налогов в казну. А объем затрат корпорация сможет без особых проблем постоянно увеличивать, что даст ей потенциальную возможность максимально отстрочить наступление момента, когда Украина сможет получить причитающиеся ей 60% газа.

Текстом соглашения предусмотрено право Shell экспортировать добытые углеводороды в неограниченных объемах и также свободно распоряжаться полученной прибылью, в том числе, и выводить ее за пределы территории Украины без каких-либо ограничений и контроля со стороны государства.

Немаловажным фактором, способствовавшим привлечению ТНК на Украину, стало освобождение корпораций от уплаты налогов.

Утолить аппетиты Chevron


На территории Украины остается еще одна неосвоенная сланцевая площадь – Олесская (территория Ивано-Франковской и Львовской областей). Её-то и планируется отдать Chevron. Ведь если интересы голландской Shell учли, то экономические интересы США пока остались без внимания.

После разрешения на освоение Олесского сланцевого участка, а это непременно произойдет, геополитические и геоэкономические интересы Запада на территории Украины будут полностью удовлетворены.

После того, как Западные корпорации окончательно войдут на украинский энергетический рынок, Украина, цитируя слова специального посланника и координатора Госдепа США по вопросам международной энергетики, Карлоса Паскуаля, «превратится в мощный энергетический центр Восточной Европы», естественно, как противовес России.

Выводы


Не желая участвовать в Евразийской интеграции, украинские политики выбрали путь полной сдачи остатков своего суверенитета транснациональным корпорациям Запада, допустив их к разработке углеводородов на территории Украины. Заключив соглашения с ExxonMobil, Royal Dutch Shell и Chevron, Украина утратила контроль над своими запасами углеводородов на Черноморском шельфе и сланцевых площадях, так и не добившись энергетической независимости. Более того, результатом начала добычи сланцевого газа после 2015 г. может стать непригодность территорий четырех украинских областей для ведения сельского хозяйства, вероятны проблемы с обеспечением 10 млн. человек питьевой водой. И это происходит на фоне украинской жизни “от выборов до выборов”, между которыми политическая элита, занятая удержанием власти любой ценой, всерьез обсуждать участие Украины в Евразийской интеграции не собирается.

А ведь именно такая рамка обсуждения позволяет задать вопрос по существу - а так ли нужна энергетическая независимость Украине, ведь газ по 185$ при любых условиях будет куда уж выгоднее своих углеводородов, добываемых по кабальным соглашениям транснациональными корпорациями.

Иван Лизан
26 февраля 2013 г.
http://www.odnako.org

Лебедев Сергей 27 фев 13, 09:45
+15 9
Показаны все темы: 6
Запомнить

Последние комментарии

Леонид Губанов
Сергей Дмитриев
Гарий Щерба
Пора давно уж надо братьса ПУТИНУ за Татарстан......!!!!!!!!
Гарий Щерба Раис Сулейманов: влияние Турции в Татарстане
Андрей Борсаков
andre
виталий полиэктов
Виктор ! Куда уж циничнее ! Все может изменится !
виталий полиэктов Иран: стратегия «экономики сопротивления»
Виктор Онегин
виталий полиэктов
Эдуард Филиппов
Игорь Костоглод