Лебедев Сергей предлагает Вам запомнить сайт «Российские тенденции»
Вы хотите запомнить сайт «Российские тенденции»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Поиск по блогу

Основная статья: Азия

Иран: стратегия «экономики сопротивления»

Международные санкции в отношении Ирана сняты. Как считает президент Хасан Роухани, Иран открывает новую главу в отношениях с миром. Приняв Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), который обеспечит исключительно мирный характер ядерной программы Ирана, Тегеран вновь стал полноправным участником международной жизни, сохранив за собой право на мирный атом. Президент Роухани назвал ядерную сделку «золотой страницей» в истории Ирана. Вместе с тем эйфории от отмены санкций в Тегеране незаметно.



Духовный лидер Ирана аятолла Хаменеи выразил удовлетворение в связи со снятием с ИРИ «несправедливых санкций», но потребовал «проявлять осторожность». У верховного руководителя ИРИ остаются сомнения в том, что «противоположная сторона будет выполнять свои обязательства в полном объеме». Действительно, ядерное досье Ирана вроде бы закрывается, но Вашингтон сразу же объявил о введении новых санкций против исламской республики. На этот раз претензии перенесены с ядерной тематики на ракетные программы Ирана.

Аятолла Хаменеи в своем письме президенту Роухани пишет, что отмена санкций сама по себе не улучшает экономическое положение Ирана, за ядерную сделку он заплатил «дорогую цену, общественное мнение иранцев не должно воспринимать отмену санкций как "одолжение"». Хаменеи считает, что Ирану и после отмены санкций придётся жить в условиях «экономики сопротивления». Он предупреждает о возможном предательстве, в частности со стороны США, призывает к «сопротивлению и стойкости». Санкции для Ирана стали «великим уроком», который, как подчеркивает глава Ирана, будет учитываться в будущем.

Напомним, что антииранские санкции – многослойный пирог. В отношении Ирана действуют санкции ООН и санкции, наложенные в одностороннем порядке Соединёнными Штатами и Евросоюзом. Санкции ООН в основном касаются запретов на поставки в Иран современных видов вооружений, в том числе ракетных технологий. Кроме того, Совет Безопасности ООН ввел визовые ограничения и заморозил активы некоторых высокопоставленных чиновников и военных. В отличие от точечных санкций ООН, ограничения, наложенные на Иран со стороны США и ЕС, гораздо шире.

Экономические санкции США и ЕС были нацелены на основные статьи экспорта Ирана - нефть и газ. Параллельно Центральный банк Ирана был отключен от международной платёжной системы SWIFT, а иранский бизнес лишен возможности участия в крупномасштабных долларовых международных сделках. Последние три года во внешней торговле деловые круги Ирана вынуждены были полагаться на ненадежные, зачастую сторонние финансовые учреждения, прибегать к услугам посредников, чтобы осуществлять крупные торговые сделки. Финансовая изоляция и запрет на сотрудничество с Ираном в нефтегазовом секторе экономики привели к выводу из страны иностранных инвестиций. Достигнутые ранее соглашения с иностранными компаниями фактически оказались разорванными. Антииранские санкции считаются самыми жесткими в истории из тех, которые вводились Соединёнными Штатами и их союзниками.

Суть «экономики сопротивления» - выработка оптимальной реакции государства на дискриминационные меры с целью минимизировать ущерб, наносимый отечественной экономике. Острием американских санкций стала блокада нефтяной промышленности, финансовых и денежных институтов ИРИ. И нужно признать, что «превратить ограничения в новые возможности» Ирану в достаточной степени не удалось. Санкции повредили экономике Ирана, хотя не могли её развалить. По объёму ВВП среди стран Среднего и Ближнего Востока Иран остается на 2-м, а в Азии – на 7-м месте.

Больше того: за годы санкций иранцы много сумели сделать на перспективу. И прежде всего снизить зависимость страны от экспорта сырой нефти. Так, Иран нарастил собственное производство бензина в условиях западного эмбарго на его поставки в страну. В конце 2014 года иранские заводы перерабатывали 1,85 млн. баррелей нефти в день, увеличив производство бензина до 61 млн. литров в день. В стране реализуется 67 нефтехимических проектов, в том числе ведется строительство НПЗ «Звезда Персидского залива» мощностью 36 млн. литров бензина в день, завершение которого позволит Ирану не только полностью себя обеспечить бензином, но и экспортировать его. В бюджете ИРИ на следующий год доля доходов от экспорта сырой нефти составляет не более 25 %. А теперь сравним: до введения нефтяного эмбарго в 2012 году иранский бюджет получал от продажи сырой нефти почти 80% доходной части.

Санкции дали мощный импульс развитию в Иране промышленной инфраструктуры, что позволило расширить самостоятельное производство продукции с высокой добавленной стоимостью. В 1997 году Иран производил продуктов нефтехимии на 1 млрд. долл., а в настоящее время производит уже на 25 млрд. долл. и занимает 1-е место среди стран Ближнего и Среднего Востока по объемам производства нефтехимической продукции. Перед отраслью поставлена задача - довести объем производства продукции нефтехимии до 80 млрд. долл. в год. Для этого потребуется от 70 до 80 млрд. долл. дополнительных капиталовложений.

Снятие санкций не означает, что Иран готов вернуться к экономическим отношениям с европейскими союзниками США в полном объеме. Компаниям из Европы придется сделать многое, чтобы вернуть доверие иранцев и возобновить деловой диалог. По крайней мере, крупных поставок иранской нефти в Европу в ближайшее время не планируется. Европейским импортерам вначале нужно добиться новых контрактов, а иранской стороне – восстановить уровень добычи нефти. На это потребуются и деньги, и время. Сейчас Иран занят поиском иностранных инвестиций в свою экономику. Как говорит президент ИРИ Роухани, правительство будет сосредоточено на привлечении инвестиций из-за рубежа, увеличении экспорта ненефтяной продукции и оптимальном использовании валютных резервов, замороженных из-за санкций.

Подтверждений тому, что Европа готова инвестировать в иранскую экономику, пока нет. Заметна другая тенденция. Тегеран из соображений безопасности, похоже, решил предоставить преференции более надежным зарубежным партнерам. С Россией у Ирана определены 35 первоочередных проектов в отраслях энергетики, строительства, возведения морских терминалов, прокладки железных дорог и др. Помимо государственного кредита в 5 млрд. долларов, российский ВЭБ и Центральный банк Ирана готовят соглашение о предоставлении Ирану кредита в размере 2 млрд. евро. Иран дал добро на развитие консорциумом индийских компаний газового месторождения Farzad-B в Персидском заливе. Индия готова инвестировать в Иран более 15 млрд. долларов, в том числе на строительство иранского порта Чахбахар в Оманском заливе.

Николай Бобкин
20 января 2016 г.
http://www.fondsk.ru



Лебедев Сергей 17 фев 16, 21:39
+1 3

Мятеж в Таджикистане


В республике вновь реальна угроза гражданской войны

События 4 сентября в Таджикистане, жертвами которых стали несколько десятков военных и сотрудников МВД, вновь напомнили о том, что кровопролитная гражданская война в республике завершилась всего 18 лет назад. И ее возобновление в той или иной форме гораздо более реально, чем ранее считали аналитики.



По информации таджикских СМИ, в прошлую пятницу рано утром (в 4:28 по местному времени) было совершено вооруженное нападение на ОВД города Вахдат, расположенного в 20 километрах к востоку от Душанбе. В тот же день нападению подверглось здание центрального аппарата Министерства обороны республики. Жертвами нападений с обеих сторон стали несколько десятков человек. Причем данные об их количестве, как это нередко бывает, расходятся. По официальным данным, всего в ходе боестолкновений погибли 17 человек, включая 8 сотрудников МВД и 9 нападавших. По максимальной оценке, принадлежащей таджикскому интернет-ресурсу «Азия-Плюс», в ходе пятничных боев в общей сложности погибли 33 сотрудника МВД и министерства обороны Таджикистана.

По официальной версии, озвученной таджикским МВД, нападениями руководил заместитель министра обороны А. Назарзода. «В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий силовыми структурами страны было установлено, что террористическая группа действовала заранее запланированным планом по сговору с подельниками под руководством генерал-майора Назарзоды Абдухалим Мирзо (Ходжи Халим), заместителя Министра обороны Республики Таджикистан, члена Партии Исламского Возрождения Таджикистана, бывшего бойца Объединенной таджикской оппозиции, - говорится в сообщении ведомства, - который в соответствии Общим Соглашением об установлении мира и национального согласия в Таджикистане от 27-го июня 1997 года, был включен в состав Вооруженных Сил Республики Таджикистан». По версии МВД, он не только лично руководил терактами от начала до конца, но и ввел в заблуждение военнослужащих, которые приняли участие в их совершении.

Вся эта ситуация выглядела бы обыкновенным терактом, которым на южной периферии СНГ, да тем более в пережившем гражданскую войну Таджикистане, никого не удивишь, если бы не два обстоятельства: должность лидера мятежников А. Назарзоды, заместителя министра обороны, и переход на его сторону около сотни военнослужащих десантно-штурмового батальона. Учитывая, что сам Абдухалим Назарзода, а также ряд его сторонников действительно являлись бывшими участниками Объединенной таджикской оппозиции (ОТО), ситуация напомнила события гражданской войны, когда правительственные силы были вынуждены долго и безуспешно вести операции против отрядов ОТО в труднодоступной горной местности.

На следующий день после теракта, 5 сентября МВД Таджикистана сообщило о ликвидации 13 и задержании 19 участников мятежа, а 7 сентября - о задержании еще 14 частников группы А. Назарзоды. Всего, по подсчетам «Ферганы.ру», МВД Таджикистана сообщило о задержании 53 и ликвидации еще 17 мятежников. Однако судьба самого А. Назарзоды и остальных членов отряда пока остается неизвестной.

Корни нынешнего конфликта кроются в гражданской войне 1992-1997 гг. – самом кровопролитном на сегодняшний день вооруженном конфликте на территории бывшего СССР после его распада.

Длительное противостояние Народного фронта, возглавляемого нынешним президентом Таджикистана Э. Рахмоном, и Объединенной таджикской оппозиции во главе с уже покойным ныне С.А. Нури завершилось в июне 1997 г. в Москве подписанием «Общего Соглашения об установлении мира и национального согласия в Таджикистане». По его условиям оппозиция получила одну треть мест в силовых структурах республики, благодаря чему в их штате и оказались многие бывшие участники ОТО, включая А. Назарзоду. Кроме того, соглашение легализовало Партию исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), которая стала единственной законно действующей мусульманской политической партией на территории бывшего СССР и по итогам выборов прошла в парламент. Мирные соглашения, заключенные под давлением со стороны внешних игроков (России, Ирана, Узбекистана и лидера афганских таджиков Ахмад Шаха Масуда) позволили прекратить войну, однако «окончательный» мир между бывшими противниками так и не настал.

В последние годы таджикские власти взяли курс на закрытие Партии исламского возрождения, опасаясь, видимо, что в условиях усиливающейся исламизации общества она станет той политической силой, которая реально сможет бросить вызов существующему режиму. Рост влияния ислама в Таджикистане действительно налицо. Растущие социально-экономические проблемы и резкое падение уровня образования (до четверти дипломированных выпускников таджикских вузов не умеют читать) ведет к тому, что ислам становится реальной религиозно-политической силой, способной сплотить вокруг себя общество. «Сейчас в Таджикистане мощная исламизация, - отмечает в интервью интернет-ресурсу «Православие.ru» епископ Душанбинский и Таджикистанский Питирим. - Давно процессы идут, но сейчас они всё больше и больше набирают темп. Причем исламизируется молодежь. Если люди старшего поколения, которые еще помнят Советский Союз, не очень ревностно соблюдают посты или какие-то внешние установления, то молодежь, подростки фанатично это выполняют… В последние годы ураза (мусульманский пост) выпадает на самое жаркое время года. А здесь температура доходит до 60 градусов на солнце – а они на солнце работают, тяжелым физическим трудом занимаются – и им нельзя ни есть, ни, самое страшное, пить. Они фактически сознание теряют, их из шланга поливают, но они не пьют! Нет, они не могут себе позволить выпить воды, потому что для них это позор».

Опасаясь, что рано или поздно исламисты могут стать реальной альтернативой существующему режиму, власти, видимо, решили сыграть на опережение и закрыть ПИВТ. На парламентских выборах 2015 г. партия, которая после мирных соглашений 1997 г. всегда была представлена в парламенте, получила всего 1,6% голосов и не получила ни одного депутатского мандата. Лидер ПИВТ Мухиддин Кабири, опасаясь преследований, был вынужден покинуть Таджикистан, и обосновался в Стамбуле. 28 августа министерство юстиции потребовало от партии прекратить «незаконную деятельность», использовав в качестве формального основания тот факт, что в 58 городах и районах республики ее первичные партийные организации прекратили свою деятельность. Вдобавок многие члены партии не без влияния силовых структур решили покинуть ее ряды. В ответ оппозиция решила провести экстренный съезд и назначила его на 15 сентября. В российском экспертном сообществе планы по закрытию ПИВТ были восприняты отрицательно.

В непростой политической и экономической ситуации партия служила легальным каналом выражения общественного недовольства, что скорее укрепляло стабильность в обществе, чем расшатывало ее. Но таджикские власти руководствовались своей логикой.

В этих условиях примечательно появившееся 6 сентября в сети Facebook «Первое заявление Генерала Абдухалима Назарзода», которое, как утверждается в тексте, было передано по телефону одним из его сторонников, а затем опубликовано на русском языке на «Интернет портале таджикской оппозиции». Подтверждений, что оно подлинное, нет, однако само содержание заявления крайне любопытно. В нем утверждается, что 4 сентября из достоверных источников генералу поступила информация, что в течении суток будут арестованы бывшие командиры ОТО и несколько приближенных к ним людей. Вначале он ей не поверил, так как подобные сообщения поступали и ранее. Однако вскоре стало известно о задержании бывшего бойца ОТО, сотрудника ОВД г. Вахдат Зиёруддина Абдуллоева (именно его власти впоследствии обвинили в нападении на здание ОВД). А. Назарзода сообщил об этом нескольким бывшим полевым командирам ОТО, которые собрались у него дома. Там им стало известно, что все выезды из Душанбе перекрыты, и они решили прорываться с боем, захватив со своими людьми оружие в одной из частей. Ближе к утру они прорвали оцепление на одном из выездов из города и укрылись в Рамитском ущелье.

Попытка властей ликвидировать бывших командиров ОТО, по мнению автора заявления, связана с тем, что не все они подписались под ликвидацией ПИВТ. «Тем самым правительство посчитало их неблагонадежными, так как после ликвидации партии эти командиры могут стать на защиту партии и народа, - говорится в тексте заявления, - хотя они не подписали эту бумагу, аргументируя это тем, что военные не могут быть вовлечены в политику и от их подписи ничего не зависит. Однако, несмотря ни на что, часть командиров, которые не подписали обращение о закрытии ПИВТ, сами подписали себе смертный приговор». Чтобы дискредитировать их, власти планировали осуществить несколько атак на здания РОВД и подбросить туда тела уже убитых бойцов ОТО, обвинив их в нападениях. Но сделать это удалось только в ОВД г. Вахдат, который сами же власти и атаковали, подкинув тело убитого накануне Зиёруддина Абдуллоева. Поскольку же бывшие полевые командиры ОТО успели покинуть город, нападения на другие ОВД были отменены. Никакого плана действий у бывших командиров ОТО не было, действовали они спонтанно, поскольку «никто из них не смог вывезти свои семьи, или оповестить обо всем своих родных».

Заявление А. Назарзоды проясняет целый ряд вопросов, которые до его появления оставались без ответа. Военный мятеж, которым, без сомнения, являлись события 4 сентября, был, судя по всему, действительно спонтанным.

На это указывает весь ход событий, в которых не прослеживается не то что тщательной подготовки, но и какого бы то ни было внятного плана. Если бы бывшие командиры ОТО, прошедшие гражданскую войну, готовились выступить против властей, их семьи давно уже находились бы за пределами Таджикистана. А так буквально на следующий день после мятежа властям сдался родной брат А. Назарзоды Мирзохаёт Назаров, который вначале примкнул к мятежникам. Странно и то, что 6 сентября президент Таджикистана Э. Рахмон едет в тот самый г. Вахдат, где накануне произошло боестолкновение, и, как ни в чем не бывало, участвует в закладке нового здания РОВД. Если бы бывшие боевики действительно стремились развязать военные действия, президенту следовало, по крайней мере, опасаться появления на публике, а тем более покидать столицу и ехать в один из райцентров, накануне атакованных боевиками. Готовили власти провокации против бывших командиров ОТО или нет, но спровоцировать их на мятеж удалось.

Выступление А. Назарзоды очень напоминает июльские события 2012 г. в Горном Бадахшане, когда противостояние между властями и интегрированными в силовые структуры бывшими командирами ОТО во главе с заместителем начальника Ишкашимского пограничного отряда Толибом Айембековым привело к началу полномасштабных боевых действий. Поводом для конфликта стало убийство генерала госбезопасности Таджикистана Абдулло Назарова, которое, как впоследствии заявляли бывшие командиры ОТО, произошло на почве бытовой ссоры. По другой версии, не исключающей, впрочем, первую, причиной конфликта стал контроль над потоками контрабанды и наркотиков. В ответ на убийство А. Назарова власти начали войсковую операцию по поимке преступников, в результате которой, по официальным данным, было убито 12 военнослужащих и 30 боевиков, еще 23 человека получили ранения. По данным же Би-би-си в ходе конфликта в общей сложности было убито около 200 человек. Причем одержать военной победы над памирцами таджикским властям в результате не удалось, и ситуация была урегулирована путем мирных переговоров.

Главная проблема для Таджикистана в связи с вооруженным выступлением группы А. Назарзоды заключается не в самом факте военного мятежа или боестолкновениях, которые не раз случались и ранее. В 1998 г., например, произошел вооруженный мятеж полковника М. Худойбердыева, который был подавлен.

Опасность заключается в расколе элит, который в условиях доминирования кланово-родственных связей влечет за собой раскол всего общества по клановому принципу, который и стал причиной гражданской войны.

На ее начальном этапе гиссарцы, к которым принадлежит по рождению (колхоз Гулистон района Рудаки Гиссарской долины) А. Назарзода, выступали на стороне исламской оппозиции. С противостоянием оппозиционных кланов были связаны и другие случаи усиления военно-политической напряженности, включая бадахшанские события 2012 г. Обостряя отношения с ними, власти рискуют получить в той или иной форме рецидив гражданской войны. Интересам России, связанной крайне тяжелыми конфликтами в Сирии и на Украине, такое развитие событий совершенно не соответствует.

Александр Шустов
Специально для «Столетия»
8 сентября 2015 г.
http://www.stoletie.ru



Лебедев Сергей 16 сен 15, 11:54
+4 1

Что, если Путин говорит правду?

26 апреля главный национальный телеканал Россия 1 показал российскому народу президента Владимира Путина в документальном фильме о событиях недавнего периода, включающего присоединение  Крыма, проамериканский переворот на Украине и общее состояние отношений с США и ЕС.

Его слова были искренними. И в самой середине диалога бывший глава КГБ вбросил ошеломляющую политическую новость, которая была известна российской разведке два десятка лет назад.

Путин напрямик заявил, что с его точки зрения, Запад был бы удовлетворён, оставив Россию слабой, страдающей и просящей у него милостыню, к чему характер россиян явно не расположен. Затем, вкратце уточнив свои замечания, президент России впервые заявил публично, что российская разведка знала почти два десятка лет, но до сих пор молчала, вероятно, в надежде на эру нормализации отношений Россия – США.

Путин заявил, что террор в Чечне и на российском Кавказе в начале 1990-х был активно поддержан ЦРУ и западными разведками, чтобы умышленно ослабить Россию. Он отметил, что СВР России задокументировала скрытую роль США, не раскрыв подробностей.

На что Путин, разведчик-профессионал высшего класса, только намекнул в своих замечаниях, я в деталях задокументировал, взяв из нероссийских источников. Доклад имел огромные последствия, раскрыв миру тайную давнюю программу влиятельных вашингтонских кругов по разрушению России, как действительно независимого государства; в эту программу входил и неонацистский государственный переворот на Украине и беспощадные финансовые санкции против Москвы. Последующее раскрыто в моей книге «Потерянный гегемон», которая скоро выйдет…

Чеченские войны ЦРУ

Вскоре после того, как в конце 1980-х финансируемые ЦРУ и саудовской разведкой моджахеды опустошили Афганистан, вынудив Советскую армию в 1989 году уйти, и после распада самого Советского Союза несколькими месяцами позже, ЦРУ начали искать в рушащемся Советском Союзе места, куда можно было бы переместить подготовленных «афганских арабов», чтобы и далее дестабилизировать российское влияние на постсоветском евразийском пространстве.

Называли их «афганскими арабами» потому, что их набирали из ультраконсервативных суннитов-мусульман ваххабитского толка в Саудовской Аравии, Арабских Эмиратах и повсюду в арабском мире, где практиковался ультра-жесткий ваххабитский ислам. В начале 1980-х их привёз в Афганистан саудовский наемник ЦРУ, которого отправили в Афганистан, и звали его Усама бин Ладен.

Бывший Советский Союз находился в состоянии полного хаоса и неразберихи, и администрация Джорджа Буша решила «пнуть лежачего», – прискорбная ошибка. Вашингтон переместил своих афганских ветеранов-террористов, чтобы они вносили хаос и дестабилизировали Центральную Азию и даже саму Российскую Федерацию, тогда находившуюся в глубоком и болезненном кризисе во время экономического коллапса времён Ельцина.

В начале 1990-х компания Дика Чейни, «Хэллибёртон» исследовала нефтяной потенциал прибрежной зоны Азербайджана, Казахстана и всего бассейна Каспийского моря. Они дали оценку, что регион – «вторая Саудовская Аравия» стоимостью несколько триллионов долларов по ценам сегодняшнего рынка. США и Британия были решительно настроены вывести это нефтяное «золотое дно» из-под контроля России. Первой целью Вашингтона стало устроить переворот в Азербайджане против избранного президента Абулфаза Элчибея, чтобы поставить президентом более дружественного к контролируемому США нефтепроводу Баку-Тбилиси-Джейран человека; этот нефтепровод – «самый политический в мире», предназначенный для поставок бакинской нефти из Азербайджана через Грузию в Турцию и Средиземноморье.

В то время единственным существовавшим нефтепроводом из Баку был российский трубопровод советских времён, который проходил через столицу Чечни, Грозный, и по нему бакинская нефть шла на север, через российский Дагестан и Чечню в российский черноморский порт Новороссийск. Трубопровод был единственным соперником и главным препятствием крайне дорогостоящему альтернативному маршруту Вашингтона, британцев и ведущих нефтяных компаний США.

Президент Буш-старший выдал своим старым приятелям в ЦРУ мандат на разрушение российского чеченского трубопровода и создание такого хаоса на Кавказе, чтобы ни западная, ни российская компании не стали бы даже рассматривать использование российского нефтепровода, проходящего через Грозный.

Грэхем Е. Фуллер, старый коллега Буша и бывший заместитель директора Национального совета по разведке ЦРУ стал главным архитектором  стратегии моджахедов ЦРУ. Фуллер так описал стратегию ЦРУ на Кавказе в начале 1990-х:

«Политика направления эволюции ислама и помощи им против наших соперников прекрасно сработала в Афганистане против Красной армии. Ту же доктрину можно использовать для дестабилизации остатков российской мощи». (6)

Для этой операции ЦРУ использовало ветерана грязных трюков, генерала Ричарда Секорда. Секорд создал компанию-ширму ЦРУ, MEGA Oil. В 1980-х Секорд был осужден за ключевую роль в противозаконных операциях ЦРУ по продаже вооружений и наркотиков Иран-Контрас.

В 1991-м Секорд, бывший заместитель помощника министра обороны, приземлился в Баку и учредил компанию-ширму ЦРУ MEGA Oil. Он был ещё и ветераном тайных опиумных операций ЦРУ во время Вьетнамской войны. В Азербайджане он создал авиатрассу для тайной переброски сотен моджахедов аль-Каиды бин Ладена из Афганистана в Азербайджан. К 1993-му MEGA Oil набрала и вооружила 2000 моджахедов, превратив Баку в базу для операций террористов-моджахедов по всему Кавказу.

В результате тайных операций моджахедов генерала Секорда на Кавказе в том же году инициировали переворот, в ходе которого был свергнут избранный президент Абулфаз Элчибей и президентом стал Гейдар Алиев, более уступчивая американская марионетка. В лондонскую Sunday Times просочились сведения о тайном докладе турецкой разведки, подтверждающем, что «два нефтяных гиганта, ВР и Amoco, соответственно, британская и американская, образовали AIOC (азербайджанский международный нефтяной консорциум), и именно они стояли за переворотом».

Глава саудовской разведки Турки аль-Файзал устроил так, что его агент, Усама бин Ладен, которого он направил в Афганистан на заре афганской войны в начале 1980-х, использовал свою афганскую организацию Мактаб аль-Хидамат для набора «афганских арабов», что быстро превратилось в глобальный джихад. Наёмники бин Ладена были использованы ЦРУ и Пентагоном как ударные силы для поддержки и координации мусульманских нападений не только в Азербайджане, но и в Чечне, и позже, в Боснии.

Бин Ладен поставил командиром ещё одного саудовца, Ибн аль-Хаттаба, он же был эмиром джихадистов-моджахедов в Чечне (sic!) вместе с чеченским полевым командиром Шамилем Басаевым. Не важно, что Ибн аль-Хаттаб был саудовским арабом, и едва ли понимал хоть слово по-чеченски, не говоря уж о русском. Он знал, как выглядят русские солдаты, и знал, как их убивать.

Тогда в Чечне существовало традиционно доминирующее суфитское общество, мягкая, аполитичная ветвь ислама. Но растущее проникновение хорошо финансируемых и подготовленных на американские деньги террористов-моджахедов, проповедовавших джихад или «священную войну» против русских, трансформировало изначально реформистское чеченское движение сопротивления. Они распространяли фанатичную идеологию ислама аль-Каиды по всему Кавказу. Под руководством Секорда операции террористов-моджахедов быстро распространились на соседний Дагестан и Чечню, а Баку превратился в пункт отгрузки афганского героина для чеченской мафии.

С середины 1990-х бин Ладен платил руководителям чеченских боевиков Шамилю Басаеву и Омару ибн аль-Хаттабу неплохие суммы в несколько миллионов долларов ежемесячно, королевское состояние в экономически разрушенной Чечне в 1990-е, что позволило им оттеснить на второй план умеренное чеченское большинство.  Вплоть до конца 1990-х 21 разведка США оставалась глубоко втянута в чеченский конфликт. По словам Йоссефа Бодански, тогдашнего директора комиссии по терроризму и нетрадиционным военным действиям Конгресса США, Вашингтон активно участвовал в «ещё одном анти-русском джихаде, ища способы поддержать и содействовать наиболее озлобленным исламским анти-западным силам».

Бодански раскрыл всю стратегию ЦРУ на Кавказе в подробностях в своем докладе, утверждая, что официальные лица американского правительства в этом принимали участие.

«Официальная встреча в Азербайджане в декабре 1999-го, на которой обсуждались и согласовывались особые программы подготовки и снаряжения моджахедов с Кавказа, Центральной/Южной Азии и арабского мира, завершилась молчаливым поощрением Вашингтоном и мусульманских союзников (главным образом Турции, Иордании и Саудовской Аравии), и американских «частных охранных компаний»… для помощи восстания чеченцев их исламских союзников весной 2000-го и поддержки джихада долгое время… исламский джихад на Кавказе, как способ лишить Россию жизнеспособного маршрута трубопровода путем жестокости и терроризма».

Наиболее интенсивная фаза чеченских войн начала сходить на нет только после крупных военных действий России, что привело к поражению исламистов. Это была пиррова победа, стоившая огромных жертв и разрушений целых городов. Точные цифры погибших в ходе спровоцированного ЦРУ чеченского конфликта неизвестны. Неофициальные оценки варьируются от 25 000 до 50 000 погибших или пропавших без вести, главным образом мирных граждан. Потери России составляли около 11 000 по данным комитета солдатских матерей.

Англо-американские нефтяные гиганты и оперативники ЦРУ были счастливы. Они получили то, чего и добивались: свой нефтепровод Баку-Тбилиси Джейран в обход российского трубопровода через Грозный.

Чеченские джихадисты под командованием исламиста Шамиля Басаева продолжали налеты внутри и за пределами Чечни. ЦРУ изменило положение на Кавказе.

Саудовские связи Басаева

Басаев был ключевой фигурой глобального джихада ЦРУ. В 1992 году он встретился с саудовским террористом Ибн аль-Хаттабом в Азербайджане. Из Азербайджана Ибн аль-Хаттаб переправил Басаева в Афганистан на встречу с союзником аль-Хаттаба, приятелем-саудовцем бин Ладеном. План Ибн аль-Хаттаба состоял в том, чтобы набрать чеченских мусульман, желающих вести джихад против российских сил в Чечне, проводя тайную стратегию ЦРУ дестабилизации пост-советской России и обеспечения британско-американского контроля над каспийскими энергоносителями.

Вернувшись в Чечню, Басаев и аль-Хаттаб на деньги Саудовской Аравии создали международную Исламскую бригаду, что было одобрено ЦРУ и координировалось саудовским послом в Вашингтоне и близким другом семьи Бушей принцем Бандаром бин Султаном. Бандар, более двух десятков лет бывший послом Саудовской Аравии в Вашингтоне, был настолько близок к семье Бушей, что Джордж Буш обращался к нему, как «Бандару Бушу», своего рода почётному члену семьи.

Басаев и аль-Хаттаб привозили бойцов фанатичного суннитского ислама саудовского ваххабитского толка в Чечню. Ибн аль–Хаттаб командовал так называемыми «арабскими моджахедами в Чечне», собственной армией, состоящей из арабов, турок и других боевиков-иностранцев. Он был уполномочен основывать тренировочные лагеря ополчения в Кавказских горах Чечни, где тренировались чеченцы и мусульмане из северо-кавказских республик России и из Центральной Азии.

Саудовцы и финансируемая ЦРУ Исламская международная бригада несут ответственность не только за террор в Чечне. В октябре 2002-го в Москве они провели захват заложников в театре на Дубровке, а в сентябре 2004-го – убийства в школе Беслана. В 2010-м Совет Безопасности ООН опубликовал следующий доклад об Исламской международной бригаде аль-Хаттаба и Басаева:

Исламская Международная Бригада была внесена в список 4 марта 2003-го… как связанная с аль-Каидой, Усамой бин Ладеном или Талибаном для «участия в финансировании, планировании, обеспечении, подготовке  или осуществлении действий или деятельности вместе, от лица или в поддержку аль-Каиды… Исламская международная бригада была основана и возглавлена Шамилем Салмановичем Басаевым (скончавшимся), она связана с Риядовской разведкой Салихин и Батальоном сопротивления чеченских мучеников… и Исламским подразделением сил особого назначения…

Вечером 23 октября 2002-го члены этих трех организаций действовали совместно, осуществляя захват более 800 заложников в Московском Театре на Дубровке.

В октябре 1999 эмиссары Басаев и аль-Хаттаб ездили к Усаме бин Ладену на базу в афганской провинции Кандагар, где бин Ладен согласился обеспечить существенную военную помощь, равно как и финансовую, включая заключение соглашения об отправке в Чечню нескольких сотен боевиков для сражений против российских войск и проведения актов террора. Позже в том же году бин Ладен отправил значительные суммы денег Басаеву, Мовсару, Бараеву и аль-Хаттабу, которые должны были быть использованы исключительно на подготовку боевиков, привлечение наёмников и покупку амуниции.

Афганско-кавказский «террористический путь» аль-Каиды, финансируемый саудовской разведкой, имел две цели. Одной целью саудовцев было распространение фанатичного ваххабитского джихада на центрально-азиатский регион бывшего Советского Союза. Второй – программа ЦРУ по дестабилизации на тот момент дестабилизированной пост-советской Российской Федерации.

Беслан

1 сентября 2004 года вооруженные террористы Басаева и аль-Хаттаба захватили более 1100 человек заложников, среди которых было 777 детей и удерживали их силой в школе номер 1 в Беслане, в Северной Осетии, автономной республике Российской Федерации на Северном Кавказе вблизи границы с Грузией.

На третий день кризиса с заложниками, когда внутри школы послышались взрывы, ФСБ и другие элитные российские войска штурмовали здание. В итоге как минимум 334 человека из заложников были убиты, в том числе 186 детей, значительное число получили ранения и были пропавшие. Впоследствии стало ясно, что российские подразделения провели силовую операцию с изъянами.

Вашингтонская машина пропаганды от «Радио Свободная Европа» до «Нью-Йорк Таймс» и CNN, не теряя времени, начали демонизировать Путина и Россию из-за плохих действий во время кризиса в Беслане, вместо того, чтобы обратить внимание на связи Басаева с аль-Каидой и саудовской разведкой. А это могло бы обратить внимание всего мира на близкие отношения между семьей тогдашнего президента Джорджа Буша и семьей саудовского миллиардера бин Ладена.

1 сентября 2001, всего за десять дней до атаки на Всемирный Торговый центр и Пентагон, глава саудовской разведки, получивший образование в США принц Турки бин Файзал Аль Сауд, который был директоров саудовской разведки с 1977-го, в том числе во время всей операции Усамы бин Ладена с моджахедами в Афганистане и на Кавказе, неожиданно ушёл в отставку всего через несколько дней после вступления в должность на новый срок в качестве главы разведки своего Короля. Объяснения он не дал. Его быстро перевели в Лондон, подальше от Вашингтона.

Сообщения о близких связях семей бин Ладена и Буша были похоронены, на самом деле – полностью удалены на основании «национальной безопасности» (sic!) из Доклада Комиссии США по 9/11. Саудовское происхождение 14 из 19 предполагаемых террористов в Нью-Йорке и Вашингтоне также было удалено из окончательного Доклада правительственной комиссии о событиях 9/11, опубликованного администрацией Буша только в июле 2004-го, через три года после событий.

Басаев взял на себя ответственность за отправку террористов в Беслан. Его требования включали полную независимость Чечни от России, что давало Вашингтону и Пентагону огромное стратегическое преимущество в южном подбрюшье Российской Федерации.

К концу 2004-го после бесланской трагедии президент Владимир Путин, как сообщалось, приказал начать тайную миссию российской разведки по поиску и уничтожению ключевых лидеров кавказских моджахедов Басаева. Аль-Хаттаб был убит в 2002-м. Российские силы безопасности вскоре выяснили, что большая часть чеченских афганских арабских террористов бежали. Они наши безопасное убежище в Турции, члене НАТО, в Азербайджане, тогда – почти члене НАТО, или в Германии, члене НАТО, или в Дубае – одном из самых близких союзников США среди арабских государств, и в Катаре – ещё одном близком союзнике США. Иными словами, чеченские террористы получили безопасное убежище в НАТО.

 
Уильям Энгдаль
27 мая 2015 г.

 


Лебедев Сергей 15 июн 15, 16:46
+10 3

Как защищать себя?

России непрерывно угрожают санкциями и изоляцией. В ответ звучат призывы к самоизоляции, говорят о нашей самодостаточности. Насколько реалистичны такие сценарии?

Этой теме посвящена беседа с известным пуб­лицистом, автором нашумевшей книги «Почему Россия не Америка» Андреем Паршевым.



– Андрей Петрович, пятнадцать лет назад вы писали: «Из пяти составляющих общего объёма затрат на любое производство в условиях нашей страны две (сырьё и нерыночные изъятия) – не ниже среднемировых, а три (капитальные вложения, накладные расходы и минимально необходимая зарплата) – существенно, в несколько раз, выше...»

Из этого следовал вывод, что в условиях свободного перемещения капиталов ни один инвестор «не будет вкладывать в развитие практически ни одного производства на территории России». Поэтому «в рамках «мировой экономики» российская экономика нежизнеспособна, а вот ограниченная внутренним рынком – вполне». Вы и сейчас так считаете?

– Чтобы понять, верно ли какое-­то утверждение, лучше всего не чьё-либо мнение, хотя бы даже и автора... Значение имеет практика. На этом со времён Бэкона строилась вся наука – а значит, и современная цивилизация. Гипотезы проверяются практикой, только тогда они становятся теориями, не вырождаясь в схоластику и шарлатанство.

Что показала практика создания в нашей стране современной экономики по либеральным рецептам? В реальности никаких производств на нашей территории, позволяющих нам зарабатывать валюту, так и не появилось. Хотя именно это нам обещали образованные и влиятельные специалисты и политики, пропагандировавшие либеральные реформы. Некоторые из них и мою книгу критиковали. Понятно, как я к ним отношусь. Ведь меня опровергнуть просто, достаточно сказать: «Видишь, как, благодаря нам, либеральным экономистам, весь мир ездит на российских авто, летает на российских самолётах, говорит по российским мобильникам? Поэтому пшёл вон!» Да что-то пока так мне не сказали, а ведь сколько лет уже реформам?

Мы – географическая зона с высокими издержками. Это известно было и двести лет назад. Поэтому в условиях либеральной модели инвестиции в производство к нам, естественно, не идут. Дешевле всё производить в зонах с низкими издержками. За все эти годы удалось привлечь некоторые производства для удовлетворения внутреннего рынка, типа автосборочных производств. То есть отчасти отдать внутренний рынок внешним капиталистам – это всё же лучше, чем просто завозить импорт. Сделано это как раз благодаря применению протекционистских механизмов, которые я и отстаивал в 90-е (на готовые изделия пошлина выше, чем на компоненты). То есть те, кто пропагандировал либеральную модель для нашей страны, – были и остаются жуликами или невеждами, и практика это подтвердила.

Либеральная модель ударила, кстати, и по развитым странам, но больше по другой причине – в США, Западной Европе, Японии слишком высокая цена рабочей силы, есть и ещё некоторые издержки, которые не так значимы в новоиндустриальных регионах.

– Но что-то изменилось к настоящему времени?

– Некоторые изменения в экономических условиях произошли. В Китае резко, в несколько раз, выросли зарплаты, и по этому параметру там утрачено подавляющее преимущество по сравнению с российской экономикой. Это касается и минимальных зарплат в особых экономических зонах – там они сейчас выше, чем в России.

Но и мы утратили кое-что – а именно качество рабочей силы.

Довольно важный момент – в 1998–1999 годах были очень низкие цены на нефть. Потом они повысились, и это дало возможность нам немного перевести дух. Но это не повлияло на общую картину экономики – производство не растёт. Так что всё, о чём я писал тогда, – действует и сейчас. В рамках либеральной модели мы экспортируем сырьё и импортируем всё остальное.

– Запад угрожает России санкциями и изоляцией на международной арене. Насколько серьёзны такие угрозы? И можно ли в принципе изолировать столь крупную страну?

– Европа не на сто процентов зависит от поставок из России. Причём наиболее зависимы только небольшие и маловлиятельные страны Восточной и Южной Европы. Поэтому при желании отказаться от российского сырья Запад может, но зачем? Германия может перейти на другие виды топлива и сырья, отказавшись от нефти и газа из России, но это приведёт к удорожанию германских товаров и потере ими конкурентоспособности. Зачем это немцам? И Запад сейчас не единственный потребитель нашего сырья, а в ближайшей перспективе – не главный...

И ещё одна деталь, существенная: основная масса потребительских товаров в наших магазинах – китайская. То есть завязаны мы на европейские и азиатские экономики, а не на североамериканскую. А ведь именно США – инициатор новой холодной войны. Сами американцы чётко отделяют сектора, в которых им невыгодны санкции, и не трогают их – почему европейцам надо жертвовать своими интересами? Ведь экономическая ситуация в ЕС не блестящая.

Хвалить при этом нашу экономическую модель не стоит. Мы действительно сползли к крайне незавидной роли «сырьевого придатка» развитых стран Европы и Азии, и в случае всеобъемлющих санкций снижение жизненного уровня у нас неизбежно – но чего-то жизненно важного Европа и США нас не лишат, даже если захотят. Но европейцы не хотят! Ещё неизвестно, кому нынешний кризис обойдётся политически дороже.

– К тому же многие важные товары можно сегодня возместить?

– Можно. Потерю, например, немецких авто можно отчасти возместить китайскими. Чуть сложнее ситуация с продовольствием, но не намного. Зерна хватает своего, сахара тоже. Мясо в значительной степени импортное, австралийцы и новозеландцы могут нас прижать из англосаксонской солидарности... Но будут ли делать то же Аргентина и Бразилия?

Франция может нас лишить своих сыров, Испания – чёрной ветчины... Но опять-таки – зачем это им? Соответственно США будет очень трудно заставить даже своих союзников устроить себе экономическое харакири. А тем более тех, кто с США не союзник. Наше руководство это понимает, иначе оно не пошло бы на такие решительные шаги.

И это только в ситуации, когда Россия не занялась серьёзно проблемой импортозамещения. Если ЕС действительно откажется от нашего сырья – такая проблема встанет во весь рост, но, подчеркну, – это не проблема самодостаточности, задача более ограниченная.

ЕС может нанести удар по нашей платёжеспособности, но дорогой ценой (кстати, среди акционеров Газпрома – и немцы в том числе). И удар – не смертельный.

– В свою очередь, в России звучат голоса, что мы способны прожить и в самоизоляции. Но реален ли курс на построение капитализма «в одной, отдельно взятой стране» и нужна ли нам самоизоляция? А если да, то где проходит граница самоизоляции – между разумным самоограничением и разухабистым «нам никто не нужен»?

– Никто не отменял мирового разделения труда. Для полного самообеспечения современными продуктами, чтобы производить всё, – рынок должен обладать некоторым масштабом... По некоторым оценкам, необходимо 300 – 400 миллионов населения. У нас такого рынка пока нет. А даже если бы и был, то в нормальных условиях полное самообеспечение просто не нужно. Зачем в каждой стране производить свой собственный айфон?

А так как о полной изоляции речь не идёт, то и нет смысла обсуждать вариант «нам никто не нужен». А некоторая степень экономической изоляции в мире существует для крупных экономических блоков – северо-американского, ЕС. Это необходимая вещь.

Я приведу один пример. Вообще экономика – не совсем наука в отличие от физики или химии. В том смысле что трудно проводить эксперименты в масштабах страны и почти невозможно их потом в другом месте проверять в тех же условиях. Но даже у нас такой эксперимент был поставлен. В 2007 году в нашей стране была применена протекционистская мера – введены экспортные пошлины на лес-кругляк. Буквально на следующий год произошло экономическое чудо – в нашу страну пошли инвестиции, в промышленность по переработке древесины – в целлюлозно-бумажную, деревообрабатывающую. Но вскоре по просьбе наших «партнёров» эти меры были ослаблены... Вообще в протекционистской модели рыночной экономики вывоз сырья должен быть максимально затруднён. Это и приводит к необходимости инвестиций в обрабатывающую промышленность.

– Как будет реагировать наша элита на возможную самоизоляцию – ворчать, сопротивляться или же, наоборот, поддержит?

Ну, всё-таки не самоизоляцию, а изоляцию. Хотя большую часть товаров мы получаем из Китая, а не из США или Западной Европы. Для элиты возможны проблемы из-за того, что в финансовой сфере мы не являемся независимой страной. Весь наш бизнес сидит на западных кредитах (даже Газпром). Наши банки являются, по сути, розничными подразделениями западных банков. Эта зависимость есть и на персональном уровне – последний пример история с Фирташом, арестованным в Швейцарии. То, что он украинский олигарх – ничего не значит. Деньги-то элиты хранятся на Западе, а не на Востоке. Правда, простая конфискация денег «обычной элиты», не «друзей Путина» – трудно представима. «Элита» в либеральной модели рынка естественным образом является прозападной. Хотя, естественно, зависимость никому не нравится.

Вот в этом и состоит большая проблема: производственный капитал заинтересован в протекционизме, отечественный банковский и страховой – тоже. А посреднический, торговый, сырьевой – не заинтересованы, им выгоднее либеральная модель «свободной торговли». И большая часть нашего бизнеса – сырьевая и торговая. Производственного мало. И государственная власть для проведения независимой внешней политики вынуждена самым суровым образом лишать бизнес политической власти – иначе какие-то антизападные шаги невозможны. От этого и надо отталкиваться.

– Некоторые говорят, что членство в ВТО для России смертельно опасно и надо скорее из ВТО выходить. Но надо ли, учитывая, что почти все государства состоят в этой международной организации?

– Все государства состоят, но не все в одинаковой позиции. Там есть те, кто получает бонусы, а есть те, кто эти бонусы оплачивает. Мы вступили по второй категории. Главное – мы утратили экономический суверенитет, мы не сможем, если наконец захотим, применять методы протекционизма. Это главное, что запрещает ВТО. Соответственно не можем и развивать современную обрабатывающую промышленность и занимать население. Если же не собираемся развивать, а собираемся говорить о том, что надо развивать, то выходить и не надо.

Но надо понимать, что отказ от ВТО, то есть от либеральной экономической модели, – это серьёзный шаг, это своего рода объявление войны. Делать это надо, только когда меры в хозяйственной области будут таковы, что пойдут вразрез с правилами ВТО. Надо сначала сформировать хозяйственную политику, выгодную России, и только потом выходить. Можно даже не выходить сразу, а просто проводить протекционистскую политику – постепенно претензии к нам достигнут критической точки, и тогда мы со скандалом выйдем.

– После введённого Visa и MasterCard бойкота ряда банков в России руководством страны поставлена задача создания национальной платёжной системы, а первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов заявил, что РФ больше не намерена зависеть от оценок зарубежных рейтинговых агентств. На что направлены эти шаги? Одобряете ли вы их?

– Это надо было сделать давно, но не было сделано из-за саботажа руководителей экономического блока. А смысл зависимости от оценок зарубежных рейтинговых агентств мне просто непонятен – и если эта зависимость может быть разрушена волевым решением, то ещё более непонятно, почему этого тоже не было сделано раньше? Если не хватало для этого собственного рассудка, то можно было по итогам кризисного 2008 года понять, что рейтинговые агентства не дают адекватных оценок, да к тому же ещё иногда занимаются манипулированием.

– Всё чаще звучат призывы переориентировать экономику РФ с сырьевой направленности на инновационную. Вы видите здесь какие-то подвижки?

– Нет, и никто не видит. Вся эта «инновационная» деятельность – шарлатанство и воровство бюджетных денег. Кроме того, такие призывы (в других формулировках) о переориентации экономики с сырья на наукоёмкую продукцию раздавались всегда, и в ранний период реформ, и в позднем СССР. Трудность в том, что для этого надо отказываться от либеральной модели экономики, в частности от свободы перемещения капитала через границу. Кто ж на это согласится?

– Какие вызовы для России сегодня – главные? И чего нам следует опасаться в первую очередь?

– Вызовов много, нельзя выделить что-то одно. Преодоление экономического и культурного отставания, распространение русского языка – всё важно. Просто как пример... Первое, что делалось в оторванных от Советского Союза частях, – там сокращалась сфера использования русского языка. Это была и есть целенаправленная деятельность, неплохо финансируемая. Ну неслучайно же это делалось и делается? Значит, языковая сфера – важна. Но разве не важна военная сфера? А хорошая армия немыслима без экономики. А солдат хорошо воюет, если знает за что – то есть нужна идеология...

Есть старое изречение, что нужно выявить главное звено и потянуть за него. Но сейчас не так: всё важно.

– Насколько преодолим американский сценарий глобализации? У вас есть рецепт, как нам отстаивать свои национальные интересы в хаотизированном глобализованном мире?

– Случилась парадоксальная вещь, которую американский сценарий не учитывал... От глобализации США сильно пострадали, утратив свою экономическую мощь и соответственно влияние в мире. Сейчас глобализация идёт на пользу больше развивающимся азиатским экономикам. Что касается рецепта... Есть масса гуру с большими головами и большими зарплатами, которые вели и ведут наш экономический корабль к светлому будущему в последние десятки лет. Вот их бы и надо спрашивать — как наша производящая экономика дошла до жизни такой, когда ежегодно из производства исчезают десятки и сотни рабочих мест?

Вообще же говоря, без использования протекционистских механизмов никто и никогда не развивал собственное производство – ни Англия в ХVII–ХVIII веках, ни США в ХIХ–ХХ веках, ни Китай в ХХ–ХХI... Это элементарное правило. Судя по обсуждениям в американском интернете, там даже на уровне простых людей понимают, что единственный путь возрождения американской экономики – это защита от китайских товаров с помощью тарифа. Но им мешает то, что тариф – это крах либеральной доктрины. А её нельзя ставить под сомнение даже в Америке.

У нас же проблема в том, что даже экономисты не всегда понимают значение тарифа для нашей, российской экономики. И уж совсем мало кто имеет представление о методах защиты экономики нетарифными методами. Например, как защищаться от утечки капитала? Или что вообще даёт нам свобода перемещения капиталов? А чтобы применять защитные механизмы – о них надо что-то знать. Боюсь, мы много упустили.

– Оборотной стороной любой общенациональной стратегии является представление об исторической миссии России. Какова она, по-вашему?

– Бороться за своё существование – это основное занятие каждого народа в этом мире.

– В чём состоит главный смысл военно-политического приближения Североатлантического альянса к границам нашей Родины?

– В мире есть единственная сила, способная уничтожить США как великую державу, – это ракетно-ядерные силы России. Больше ничего опасного для Америки в мире нет. Пока... Поэтому каждый американский политик и военный руководитель, если он патриот своей родины, денно и нощно думает о том, как эту угрозу ликвидировать, как получить если не «окно возможностей», то «форточку» для этого. Естественным шагом для них было бы сделать так, чтобы Россия не могла задействовать свои ракеты.

Пойдут ли американцы на какие-то рискованные шаги? Например, на неядерное нападение на наши ядерные силы – ведь у нас не будет формального повода для начала ядерной войны...

– А что – такой сценарий существует?

– Он нередко рассматривается и обсуждается и в США, и у нас. То есть получится, что ракетно-ядерного оружия мы лишимся. Мы же в ответ не можем ответить симметрично, не можем составить угрозу их ядерным силам. Риск такого шага велик, но если это удастся – США станут единственным гегемоном и смогут провести ядерное разоружение остального мира, а после этого без опаски и помех решить все остальные свои проблемы – экономические, политические, любые... Это окупит любые затраты. Естественно, расположение их вооружений как можно ближе к нашим стратегическим силам вероятность такого исхода повышает – может быть, не сейчас, так через 10–20 лет...

Беседовал
Олег Назаров
9 июля 2014 г.
http://www.lgz.ru



Лебедев Сергей 9 июл 14, 11:24
+12 7

Киргизия и американское присутствие в ней

В Киргизии в начале июня состоялась официальная церемония закрытия военно-воздушной базы США, являвшийся основным транспортным узлом, через который снабжались войска коалиционных сил в Афганистане. Последний американский солдат, согласно договору, должен покинуть военный объект до 10 июля. Так, тихо, без лишней помпы было свернуто американское военное присутствие в Центральной Азии. Однако эксперты убеждены, что по «закону жанра» полностью американцы из Киргизии не уйдут. Как написал на своей страничке в Facebook эксперт по Центральной Азии и Среднему Востоку Александр Князев, в Бишкеке «неофициально и без церемоний включился в работу в полноценном режиме Центр радиоэлектронной разведки, являющийся сегментом известной системы «Эшелон» по адресу: Бишкек, пересечение проспекта Манаса и Южной магистрали. С чем мы Киргизию и поздравляем, соседям Киргизии – соболезнуем…»



США в ответ на террористические акты 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне начали в Афганистане операцию «Несокрушимая свобода». Для тыловой поддержки они разместили свои военные базы в граничащих с Афганистаном странах – Пакистане, Киргизии и в Узбекистане, а также заручились поддержкой и остальных стран Центральной Азии.

В Киргизии военно-воздушная база США разместилась в международном аэропорту Бишкека и была названа в честь Питера Ганси – пожарного, погибшего во время тушения сгоревших башен-близнецов Всемирного торгового центра Нью-Йорка. Позднее, в 2005 году была переименована в базу «Манас». Первоначально на базе находились военнослужащие и техника из нескольких стран НАТО, однако в последние годы там остались только военные США.

Американскому присутствию в Киргизии придавалось большое значение. Власти Киргизии рассчитывали, что смогут обеспечить баланс интересов между США и Россией, а из их соперничества извлекать экономическую выгоду. Москва настаивала на закрытии базы, США всеми правдами и неправдами старались остаться в республике. Ведь «Манас» — последняя зацепка. До того, за поддержку оппозиции в 2005 году (андижанские события) они потеряли в Узбекистане базу «Ханабад».

В Киргизии первым схему игры на противоположных интересах США и России опробовал президент Курманбек Бакиев, но потерпел фиаско. Геополитические игроки США и Россия с каждым разом повышали ставки за закрытие базы. Бакиев, получив от Москвы двух миллиардный кредит, просто переименовал базу «Манас» в Центр транзитных перевозок. И сделал это с выгодой для себя – он повысил арендную плату с 20 млрд. долл. до 60 млрд. долл. и потребовал от Вашингтона ежегодной помощи еще на 150 млн. долларов. Его сын, Максим занимался поставками авиатоплива на базу. По различным оценкам, «семье» этот бизнес приносил примерно по 170 млн. долл. в год. Однако очередная киргизская революция смела его с президентского поста, и он бежал из страны. Ни США, ни Россия руку помощи ему не протянули.

Следующий президент Алмазбек Атамбаев ставку сделал на Москву. Правда, тоже не без выгоды для Киргизии. В обмен на закрытие базы Москва списала киргизский внешний долг в 500 млн. долларов, пообещала вооружить республику на 1,2 млрд. долларов (первые партии вооружения уже поступили в Киргизию), а также построить Камбаратинскую ГЭС-2. Киргизия же решила вступить в Таможенный Союз России, Белоруссии и Казахстана и позднее присоединиться к создаваемому Евразийскому экономическому союзу. Можно считать, что обещание данное Москве выполнено.

В начале июня состоялась церемония передачи американцами символического ключа от военной базы киргизской стороне. «Возвращая эти арендованные земли и оставляя этот красивый Центр киргизскому правительству, мы помним, что Киргизия сыграла стратегическую роль в международном сообществе, оказывая поддержку Центру транзитных перевозок. Более чем 12 лет мы стояли у воздушных ворот Афганистана, держа ключи к свободе в этом центре», – заявил командующий базой, полковник Джон Миллард. Транзитом через базу было переброшено в Афганистан 5,3 млн. военнослужащих и 98% всего персонала. Самолеты провели 33 тыс. воздушных дозаправок в небе над Афганистаном.

В ходе церемонии закрытия было объявлено, что американские военные оставят правительству Киргизии различную инфраструктуру и оборудование на 30 млн. долларов, в том числе здания, технику и медицинские приборы.

Страницу «американского военного сотрудничества» с Киргизией можно было бы считать закрытой. Тем более сами американцы говорят о том, что в связи с окончанием операции «Несокрушимая свобода» военно-воздушная база более им не нужна. Но они лукавят. Вложив в развитие военной инфраструктуры в Центральной Азии немалые средства, оказаться в тылу России и Китая, получить отличные позиции для их «прослушки» средствами радиоэлектронной разведки, добровольно все это бросить и уехать, они, естественно, не могут. Торг за базу с президентом Атамбаевым шел длительный. В республику постоянно приезжали американские эмиссары, уговаривая оставить ее. Эксперты неправительственных организаций указывали на то, что выводить базу преждевременно — ситуация в Афганистане остается сложной. 10 тысяч военных, которых президент Барак Обама планирует оставить в стране до 2017 года, вряд ли смогут удержать ситуацию под контролем. Washington Post в редакционной статье назвала решение Барака Обамы «вредительством самому себе» и «бегством из Афганистана». Сенаторы от республиканской партии Джон Маккейн и Линдси Грэм раскритиковали планы Госдепа, назвав их «монументальной ошибкой», «триумфом политики над стратегией» и «подарком движению Талибан».

Впрочем, США полностью из Киргизии не уходят. Как уже было сказано выше, в новое посольство США, а это комплекс зданий, в основном расположенных под землей на глубине 28 м, перемещена часть электронной аппаратуры военной базы. По сведениям Александра Князева, около 200 военнослужащих США получили дипломатический статус и зачислены в штат посольства.

О том, что ЦТП «Манас» лишь «переместился», говорит и генеральный директор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад» Дмитрий Орлов. «При этом также надо иметь в виду, что его разведывательная компонента по законам жанра просто обязана остаться в стране пребывания, вместе с оборудованием и специалистами. Иначе придется думать, что США отстраивают новое здание посольства ради устройства там светских вечеринок и детских праздников», – заявил Орлов.

«Вывод американских войск из Киргизии сейчас ставит перед Россией только один вопрос: хватит ли у нее возможностей защитить республику в случае, если на нее нападут некие «радикальные исламисты»? Судя по некоторым прошлогодним действиям, Россия эту угрозу осознает, иначе не вооружала бы Киргизию. Однако все эти поставки имеют смысл только в том случае, если они будут соответствовать именно тому типу войн, который сейчас распространен: то есть, всех со всеми. Но если подобное тому, что творится сейчас на Украине, в Киргизии когда-нибудь и произойдет, то не раньше, чем прекратят сопротивление ополченцы Донецка и Луганска. А они, судя по всему, прекратят его только будучи уничтоженными полностью – им терять нечего», – сказал Орлов в интервью киргизским СМИ.

При всем этом активно обсуждается версия о том, что основной центр военного присутствия США и НАТО переносится на юг Киргизии. «Главным местом интереса США и НАТО является Баткенский регион. На средства USAID в Баткене построены две комфортабельные гостиницы («Алтын-Бешик» и «Алтын-Ордо»), оснащенные всеми средствами связи, тренажерными залами специального назначения и т.д. Официально гостиницы предназначены для развития туризма и будут переданы в управление киргизской компании, но в эксплуатацию они не запускаются, находятся в законсервированном состоянии. В Баткенском регионе активно работает около 50 западных неправительственных организаций — в основном, британских и американских. Только от американского Корпуса мира в Баткене присутствуют более 70 человек – американцы, британцы, ирландцы, канадцы… «Руководитель военного отдела миссии ОБСЕ в Бишкеке Росс Браун (кадровый офицер МИ-6) в разговорах с экспертами о том, почему максимум активности ОБСЕ направлен на юг, отвечает просто: на севере Киргизии мешает влияние России», – говорит Александр Князев.

Есть и запасной вариант. США пытаются отыграть ситуацию назад и начали активно поддерживать киргизскую оппозицию. В апреле в Бишкек для встречи с лидерами оппозиции и гражданским обществом приезжала помощник госсекретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии Ниша Десаи Бисвал. Она, как отмечают киргизские эксперты, в беседах с местными активистами едва ли не проводила прямые параллели Киргизии с Украиной, обещая Бишкеку всяческую поддержку «по укреплению демократии». Вашингтон хочет видеть в Киргизии президента, более лояльного к США. Визит Бисвал совпал с проведением оппозиционного митинга в центре Бишкека, в ходе которого, по слухам, участникам раздавали «американские печеньки» в размере 1,5 тысячи сомов (около 30 долл). Всего же оппозиции этот митинг обошелся в полмиллиона сомов.

Тем временем в Бишкеке думают, как использовать освободившееся место, на обустройство и содержание которого у Бишкека денег нет. Атамбаев предложил создать на месте американской базы хаб гражданской авиации. Предложением заинтересовалась Россия, в частности, компания «Роснефть». Но после того, как киргизская оппозиция потребовала остановить продажу киргизских предприятий иностранным государствам, в частности, России, «Роснефть» остыла к этому проекту.

О своем желании участвовать в реконструкции аэропорта «Манас» объявила Турция. «У нас есть планы по участию в создании хаба в аэропорту «Манас», и мы будем вести соответствующие переговоры», – сказал 4 июня премьер-министр Туркции Реджеп Тайип Эрдоган журналистам в Анкаре после переговоров с президентом Киргизии Алмазбеком Атамбаевым. По его словам, «наиболее приемлемым вариантом является участие инвесторов в проекте» и у Турции есть большой опыт работы в этой сфере. «Совсем скоро мы начнем строить третий аэропорт в Стамбуле, и мы могли бы заняться и «Манасом», – сказал турецкий премьер.

В свою очередь президент Киргизии заявил: «Американские военнослужащие уже на этой неделе покинут «Манас», и после этого он станет по-настоящему гражданским аэропортом. Какая страна придет в аэропорт, мы пока не знаем, но будем приветствовать участие инвесторов от наших партнеров и прорабатывать совместные проекты». Он выразил надежду, что в ближайшее время будет решен вопрос о привлечении инвестора в развитие аэропорта «Манас».

Все это выглядит несколько наигранным, а вопрос, кто придет на смену США решенным — еще в прошлом году мелькали сообщения о том, что турецкие компании «Сетур» и «Серко» начали работы на территории аэропорта. В частности, началось строительство нового аэронавигационного комплекса, который, помимо выполнения задач обеспечения полетов, станет центром единого радиолокационного пространства. Кроме комплекса в «Манасе», система включает 26 радарных станций, разбросанных по территории республики (из известных – Сары-Таш в Алайской долине, район Каджи-Сая в Иссык-Кульской области, Токмак). С запуском этого комплекса в эксплуатацию станет возможным осуществлять не только мониторинг воздушного пространства, но и прилегающих территорий Китая, Казахстана, Узбекистана и Таджикистана. Завершить строительство аэронавигационного комплекса планируется, согласно контракту, до 2020 года.

Виктория Панфилова
23 июня 2014 г.
http://ru.journal-neo.org/



Лебедев Сергей 29 июн 14, 18:45
+14 3

Эксперт об Афганистане: Сеть "джихадистов" смыкается с американскими НКО

"Афганистан, точнее, медиа-кампания вокруг него в 2000-2001 годах стали лишь предлогом для реализации стратегии усиления присутствия США в регионе, стратегии, которая на законодательном уровне была оформлена за несколько лет до вторжения в Афганистан". Об этом, комментируя некоторые нюансы политики США в Средней Азии заявил в ходе виртуального круглого стола на базе проекта "Центральная Евразия" советник директора Института внешнеполитических исследований и инициатив Игорь Панкратенко.



Он вспомнил, что "вопрос о политической стабильности в Афганистане был сначала поднят в 1997-1998 годах на презентациях контрактов и переговорах вокруг газопровода "Давлатабад (Туркменистан) - Мултан (Пакистан)" по территории Афганистана и нефтепровода из Чарджоу (Туркменистан) до пакистанского побережья в Оманском заливе, опять же - через афганскую территорию. А в 1999 году палата представителей США приняла "Закон о стратегии Шелкового пути", и сенат включил его в бюджетный "Закон по зарубежным операциям, экспортному финансированию и связанными с этим программами" на 2000 налоговый год ("FY 2000 Foreign Operations, Export Financing, and Related Programs Appropriations Act")". "Я приношу извинение за напоминание этих деталей, - говорит специалист, - но из них со всей очевидностью следует две вещи. Во-первых, Афганистан был обречен на "принуждение к политической стабильности". Во-вторых, установление контроля США над регионом является долгосрочной стратегией, в которой события в той или иной стране являются лишь фоном, поводом для тех или иных внешнеполитических акций", - уверен Панкратенко.

По его мнению, на сегодняшний день итогом реализации этой стратегии является военно-политическое присутствие США в регионе, которое будет только расширяться, вовлекая в свою орбиту все новые государства. США пришли в регион всерьез и надолго, а потому количество пунктов присутствия будет только увеличиваться.

"Не закрыт вопрос с Киргизией. Думаю, что положительно решится вопрос о "логистическом центре" в Казахстане. То есть, регион становится территорией, на которой Соединенные Штаты будут решать собственные задачи установления контроля над транзитом энергоресурсов, сдерживания Китая и России и так далее. Решать в типичной для США манере - жестко, напористо, "переформатируя по-живому", обеспечивая приход к власти лояльных Вашингтону политических элит". "В 2001 году, когда все страны региона, и Россия в числе первых, поддержали расширение присутствия США в регионе, то элиты этих стран рассчитывали на определенную "благодарность" Вашингтона за оказанное содействие. А получилось ровно наоборот. Это Вашингтон считает, что страны региона обязаны ему за поддержание "безопасности" в Афганистане. Порой это приобретает форму откровенного шантажа: дескать, "мы уйдем, а афганская нестабильность захлестнет и всех вас, поэтому давайте мы окружим Афганистан по периметру базами, расположенными уже на вашей территории", - уверен эксперт.

При этом, отмечает Панкратенко, нужно четко понимать и то, какие в реальности угрозы исходят сегодня из Афганистана. "Экспансия талибов"? Да не смешите, "классический Талибан", тот, который не пожелал договариваться с Вашингтоном в начале 2000-х, сейчас расстреливается дронами в Вазиристане. Реальны только две угрозы: нарастающий поток героина, и смычка "джихадистов" из разных движений в единую сеть, которая окутывает регион, - подчеркивает эксперт.

"Но вот в чем проблема: производство и транзит героина невозможен без благосклонности США. А сеть "джихадистов" выпестована на афганской территории и в своей деятельности начинает смыкаться с неправительственными и некоммерческими организациями, которые так или иначе связаны с США. Да и цели у этой "среднеазиатской Аль-Каиды" вполне совпадают со стратегическими целями США в регионе: с одной стороны, служить средством устрашения для нынешних правящих элит, а с другой - раскачивать мусульманскую часть Китая. Следовательно, главная угроза и вызов безопасности региона - это присутствие США, их работа по "переформатированию", исключение из процесса афганского урегулирования других государств - Китая, России, Узбекистана, Индии и Ирана", - отмечает специалист.

"Говоря о переговорах с талибами, еще раз повторю свое утверждение о том, что "классический Талибан" 90-х попросту выбивается физически. А "новый Талибан" - это очень интересное образование, которое в той или иной мере существует в симбиозе с США, а точнее - в вопросах "освоения" международного бюджета, выделяемого на "реконструкцию Афганистана", выделяемого на "заполнение вакуума безопасности". Это и нашумевшая история с Watan Risk Management и Host Nation Trucking, в которой администрация Карзая работала с полевыми командирами талибов без каких-то особых разногласий. Это и формирование "местной полиции безопасности" (ALP), что, по сути, представляет собой включение талибов в некую общеафганскую систему сдержек и противовесов". "По большому счету, сегодня и Карзай, и талибы кормятся из одного источника. Поэтому предметом переговоров может быть только разграничение сфер влияния и финансовых потоков", - рассуждает специалист.

Другое дело, - говорит Панкратенко, - что внешне эта ситуация выглядит для Запада, мягко говоря, не очень красиво: нет в ней "победы демократии", "политического урегулирования" и "национального примирения". А это очень важно, потому как за израсходованные на "процесс национального примирения" деньги надо отчитаться. Поэтому из пакистанской тюрьмы выпущен мулла Абдул Гани Барадар, который, видимо, и будет назначен "главным талибом" на предстоящих "мирных переговорах". Перед нами сыграют картинку "сложного процесса политического диалога и примирения", которая всех вполне устроит.

"Касаясь перспективы превращения Афганистана в транспортный перекресток Евразии и вероятности пересмотра схемы мировой торговли, скажу откровенно: я абсолютно убежден, что стратегия "Нового Шелкового пути" имеет мало общего с той красивой картиной экономической интеграции региона, который нам рисуют". "Вот смотрите: товарооборот между Киргизией и Узбекистаном в прошлом году составил 259 миллионов долларов. Товарооборот между Таджикистаном и Казахстаном за 7 месяцев составил около 384 млн. долларов. По информации ФИККИ (Федерация торгово-промышленных палат Индии) формальная (или официальная) торговля между Пакистаном и Индией составила в 2011 году 2,7 млрд. долларов. Чтобы было понятно: доля Пакистана в индийском импорте - 1%, доля Пакистана в индийском экспорте - 0,1%, (по данным на 2011 год). Это же какие Западу надо вложить средства для полноценной экономической интеграции региона?" - задается риторическим вопросом Панкратенко.

Эксперт напоминает, что "в мае 2006 года, с учетом "афганских реалий" "Закон о стратегии Шелкового пути" был основательно обновлен и дополнен. В частности, США взяли на себя обязательство по "развитию внутреннего оборонного потенциала и обеспечению безопасности границ" государств "Шелкового пути". Вот в это вполне верится и эта задача вполне выполнима. Следовательно, речь идет не о пересмотре схемы мировой торговле, а о том, чтобы под разговоры о таком пересмотре решить следующие задачи:

- получить доступ к рынкам, насчитывающим более двух миллиардов человек - почти четверть населения планеты;

- получить предлог для расширения военного присутствия и размещения военных баз в регионе - "для защиты трубопроводов";

- перенаправить извлекаемые природные ресурсы региона от Китая в Индию и Пакистан и далее;

- создать ориентированную на Запад региональную организацию "государств Шелкового пути" в противовес ШОС и ОДКБ.

В достижении вот этих целей США заинтересованы. А вопросы экономического развития постсоветских государств, Афганистана и Пакистана им по большому счету неинтересны".

В отношении обеспокоенности ряда российских экспертов характером сотрудничества США с Узбекистаном, возможности того, что Соединенные Штаты будут ослаблять влияние других стран Центральной Азии, в том числе Казахстана как "ключевого союзника" Российской Федерации, эксперт заметил следующее. "Ну, Казахстан, как "ключевой союзник Российской Федерации" пусть останется на совести этих экспертов. Я искренне восхищаюсь той виртуозностью, с которой Нурсултан Абишевич ведет свою, именно свою игру на внешнеполитическом поле. Массовое заблуждение о некоей "пророссийской" позиции Казахстана, думаю, вскоре обернется разочарованием и для российского экспертного сообщества, и для российской политической элиты". "Нурсултан Назарбаев ведет проказахскую политику, честь и хвала ему за это. Но при чем здесь российские стратегические интересы? Где-то наши интересы совпадают, где-то скоро разойдутся, это нормально, к этому надо быть готовыми, а не тешить себя иллюзиями...", - убежден эксперт.

"Что же касается алармизма в отношении американо-узбекского сотрудничества, то это не от большого ума, уж простите меня за откровенность. Надо понимать, что в Москве, как и в Ташкенте, наверное, есть силы, которые хотят развести наши страны. Отсюда и страшилки о "сближении Узбекистана с США", об "особом американо-узбекском партнерстве" в сфере военно-технического сотрудничества", - уверен Панкратенко. Он приводит свои аргументы.

"Во-первых, Узбекистан - единственный торговый партнер России на постсоветским пространстве, внешнеторговый оборот с которым практически все двадцать лет демонстрировал положительную динамику. Во-вторых, в списках военной техники, которую Узбекистан готов получить от США и НАТО - бронежилеты, приборы ночного видения, системы электронной безопасности, используемые для охраны объектов, миноискатели, стрелковое оружие, армейские системы GPS, бронемашины, машины разминирования MRAP и беспилотники. Это как раз то снаряжение, потребность в котором своих союзников и партнеров Москва сегодня удовлетворить не может, поскольку в производстве данных образцов техники и снаряжения Россия значительно отстает", - подчеркивает в комментарии Панкратенко.

"В том же, что касается систем тяжелого вооружения, авиации и вертолетов - приверженность Узбекистана российской военной технике сомнений в Москве не вызывает. Сегодня в России разрабатывается новая военная стратегия, под реализацию этой стратегии идет разработка перспективных видов вооружений. Узбекистан рассчитывает, что будет обладать этими образцами в первую очередь, и его уверенность в этом подтвердил Владимир Путин на переговорах с Исламом Каримовым", - рассуждает специалист.

"Военно-техническое сотрудничество с Узбекистаном мои собеседники в тех же российских военных кругах расценивают как более успешное, чем с Казахстаном. В анализе российско-узбекского сотрудничества есть много нюансов, которые некоторые эксперты, в силу разных причин, в том числе и политической ангажированности, зачастую упускают из виду. Поэтому и получается искаженная картина. Она не отвечает реальному положению дел, не раскрывает всю глубину российско-узбекских отношений, да уж давайте открыто - отношений Владимира Путина и Ислама Каримова, не отражает достигнутых между ними договоренностей".

"Безусловно, появление оружия и снаряжения в значительных количествах представляет угрозу стабильности в любом регионе, где бы это не происходило. Но начнем с того, что тему есть смысл обсуждать после того, как будет просмотрена номенклатура оставляемого имущества и вооружений, проекты договоров с руководством республик, где все это будет оставлено, произведен анализ всего массива информации по данной теме. Я пока этой номенклатуры не видел, о наличии полноценных проектов соглашений мне тоже пока ничего не известно. Есть ряд неконкретных деклараций, есть ряд весьма эмоциональных выступлений журналистов и экспертов на эту тему. Конкретики - нет. А столь масштабная операция обязательно должна оставить след в документах. Видимо, аналитическому сообществу есть смысл сосредоточить свои усилия на более глубокую разработку данного вопроса и договориться об обмене информацией по данной теме, поскольку она действительно имеет серьезное значение для региональной безопасности и состояния баланса сил", - подчеркивает специалист.

"Но сегодня меня больше беспокоит другой вопрос. События в Сирии показали, что в случае возникновения конфликта внешние акторы способны очень оперативно организовать каналы доставки оружия оппозиции. В частности, Катар поставлял оружие и из Афганистана, совместно с США организовав его скупку у "местных", а затем - перебрасывая самолетами из Кандагара. Представляется, что уроки Сирии в той части, которая касается того, как Запад работает с оппозицией, как осуществляется комплекс информационных, специальных и иных мер ее поддержки, какие внутренние ресурсы страны, ставшей объектом вмешательства, задействуются против нее же (а это целый пласт, от исламистов до неправительственных организаций) - требует внимательного экспертно-аналитического рассмотрения именно применительно к нашему региону. Тем более, что взрывоопасного материала социального, экономического и иного характера здесь ну уж никак не меньше, чем в Сирии", - заключил Игорь Панкратенко.

ИА REGNUM
7 ноября 2013 г.
http://www.regnum.ru



Лебедев Сергей 9 ноя 13, 00:06
+6 1

Военно-политическая обстановка в Кавказском регионе

Военно-политическая обстановка в Кавказском регионе все более усложняется, что связано, прежде всего, со стремлением Соединённых Штатов встроить Закавказье в свой «Большой Ближний Восток», вывести Россию из числа значимых геополитических игроков в регионе и сформировать геостратегический коридор для прямого выхода в Центральную Азию. Осуществляются меры по втягиванию стран региона в НАТО и созданию в Прикаспийском регионе военного плацдарма для нападения на Иран.



На Кавказе милитаризация развивается более ускоренными темпами, чем экономика. Плотность войск и вооружений здесь становится одной из самых высоких в мире, и сохраняется постоянный риск возобновления вооруженной фазы конфликтов.

Поскольку маршрут транспортировки энергоносителей из Центральной Азии в Европу в силу ряда причин, в том числе и геополитических, может проходить, по мнению западных специалистов, только через Южный Кавказ, то Закавказье приобретает особое значение. Обострение военно-политической ситуации в Закавказье может привести к вовлечению в конфликты также НАТО, США, Турции и Ирана.

Проблема международного военного присутствия в Каспийском регионе в последнее время актуализировалась в контексте борьбы за его углеводородные ресурсы.

Во-первых, возникла проблема раздела углеводородных ресурсов Каспия.

Во-вторых, развитие энергетических мощностей на Каспии зависит не только от освоения месторождений нефти и газа и раздела моря. Особое значение приобрели также связанные с этим проблемы поставок и обеспечения безопасности транспортировки углеводородных ресурсов, к решению которых активно подключились основные «мировые игроки».

В-третьих, Каспий включён в перечень зон «жизненных интересов» США, что при возникновении определенных внешнеполитических условий может способствовать появлению в регионе военных сил НАТО.

Соединённые Штаты рассматривают Закавказье как «геостратегический стержень», связывающий Европу и Ближний Восток с Центральной Азией и Афганистаном. Этот регион играет также важнейшую роль в логистике для поддержания военной операции НАТО в Афганистане. Значимость Закавказья для США определяется еще и его географической близостью к Ирану. После планируемого ухода войск НАТО из Афганистана на Ближнем Востоке может образоваться политический вакуум, который Иран и Пакистан постараются быстро заполнить. Именно поэтому для США очень важно продолжить активное присутствие в Закавказье для достижения различных геостратегических целей.

Реализация проекта «Большой Кавказ» может позволить США перекрыть в случае необходимости каналы экспорта иранских энергоносителей в северном направлении, предоставляет возможности для крупномасштабного строительства трубопроводов и транспортных коридоров между Азербайджаном, Грузией и Турцией в обход России. В Вашингтоне существуют планы привлечения к исполнению проекта не только Грузии и Азербайджана, но и Казахстана, которому вашингтонские стратеги отводят важное место в данном проекте.

Проект предусматривает достижение важной для Вашингтона военно-стратегической цели – создание мощной военной инфраструктуры США в Закавказье.

Реализация проекта «Большой Кавказ» позволяет США сразу решить несколько задач: создать зону «политического карантина» против действий России; поставить под свой контроль нефтепотоки Каспия; обеспечить себе плацдарм на территориях, сопредельных со сферами влияния Китая. Особое внимание Соединенных Штатов к указанному региону связывается и с возможным силовым сценарием решения «иранской проблемы».

Предполагаемое вовлечение Азербайджана и Грузии в процесс расширения Североатлантического союза на Восток должно и далее обеспечивать формирование геостратегического коридора для прямого выхода стран Запада в район Каспийского моря и в Центральную Азию. При этом военно-политическое руководство Грузии и Азербайджана ожидает помощи от Брюсселя в решении своих территориальных проблем.

Сближение и, возможно, принятие в перспективе в НАТО Грузии и Азербайджана означает расширение присутствия США и НАТО в регионе. Расширение военного присутствия означает, что сюда придет и американский бизнес, американские компании и фирмы, а это не в интересах стран региона.

По мере подготовки к вступлению в НАТО Азербайджана и Грузии может начать обостряться конфликт в Нагорном Карабахе, что может подтолкнуть Североатлантический союз к попытке ввести туда своих миротворцев.

Вовлечение Азербайджана и Грузии в процесс расширения альянса поможет создать стратегический коридор для прямого выхода США и их западных союзников в район Каспийского моря и далее – в Центральную Азию. Грузия и Азербайджан нужны Соединённым Штатам и НАТО не столько в качестве членов блока, сколько как транзитные государства для транспортировки энергоносителей. По признанию грузинских и азербайджанских экспертов, их страны осознают, что будут играть в Североатлантическом союзе роль «пушечного мяса», но это расценивается как неизбежная цена, которую придётся заплатить для достижения конечной цели – вступления в ЕС.

В связи с выходом войск НАТО из Афганистана, в том числе и через Азербайджан, в последнем появятся, по-видимому, и натовские военные базы.

Европейский союз также проявляет всё больший интерес к проблемам Кавказа, так как кавказский коридор является самым коротким путем из Европы в Центральную Азию и далее. Хотя конфликт августа 2008 г. показал ненадежность закавказских инфраструктурных коридоров, и большинство экспортеров прогнозируют переориентацию транзита углеводородного сырья на другие направления, это вряд ли повлечет за собой кардинальные изменения в европейской энергетической стратегии, поскольку к ней подключены военные ведомства стран НАТО, а на создание кавказско-каспийского энергетического комплекса затрачены значительные средства.

Сохраняется внутриполитическая нестабильность в Грузии, ухудшается социально-экономическая ситуация. Растут националистические настроения, Существуют сепаратистские настроения в Самцхе–Джавахетии (с перспективой вхождения в состав Армении), в Квемо–Картли (с перспективой вхождения в состав Азербайджана), в Аджарии (с перспективой вхождения в состав Турции).

Соединенные Штаты продолжают укреплять свои позиции в Грузии для обеспечения контроля не только за транспортировкой углеводородного сырья из Каспийского региона в Европу, но и над бассейном Черного моря. Кроме того, в случае проведения военной операции против Ирана Грузия может быть использована в качестве дополнительного плацдарма.

По-видимому, нельзя исключать возможности приема Грузии в НАТО без Абхазии и Южной Осетии. Вероятно, на ближайшем саммите НАТО в Лондоне будет сделан еще один шаг на пути сближения Грузии и Азербайджана с НАТО. Налицо укрепление сотрудничества между НАТО, Грузией и Азербайджаном.

Грузинское руководство не намерено мириться с потерей Абхазии и Южной Осетии и продолжит, по-видимому, предпринимать шаги по созданию условий для их возврата.

Вашингтон намерен помогать Тбилиси в разработке средств слежения ПВО и модернизации парка вертолетов. В ближайшее время будут рассмотрены и реализованы просьбы Грузии о дополнительной поставке вооружения и военной техники.

Военно-политическая нестабильность в Закавказье может привести к обострению проблемы азербайджанского сепаратизма в Иране, имеющего более чем столетнюю историю. Существуют политические силы, выступающие за отделение так называемого Южного Азербайджана от Ирана и создание на его базе независимого государства с включением в него части Грузии и Армении (с перспективой вхождения в состав Азербайджана).

Что касается Турции, то она проводит политику, ведущую к расколу Южного Кавказа и созданию в регионе оси Турция – Азербайджан – Грузия. Цель такой политики заключается в трансформации наметившегося экономического блока трёх государств в военно-политический союз. Следует однако заметить, что Россия, США и ЕС, рассматривая Кавказ как единый регион, не поддерживают подобную политику Турции.

Лидеры Турции проводят активную многовекторую политику в лучших традициях «кемализма». Первоначальные амбиции в отношении Кавказа сменились более трезвым осознанием пределов собственных возможностей. Турция позиционируется в качестве ключевого игрока и самостоятельного силового полюса. Турция проводит активную работу с Грузией в плане подготовки военных кадров, охраны государственной границы, в том числе морской, совершенствования грузинских военно-воздушных сил и деятельности Генерального штаба ВС Грузии. Между Турцией и Грузией имеются договоренности о создании совместных воинских частей по защите стратегических коммуникаций, морских портов, нефтепроводов, железных дорог, аэропортов.

Турция курирует Вооруженные силы Азербайджана (военно-образовательные программы, оперативная работа, проведение учений до уровня полка, реформирование ВС с целью создания небольшой профессиональной армии, воссоздание ВВС и ВМС, военной разведки).

США возражают против фактического подчинения ВС Азербайджана Турции и военно-политической интеграции этих стран на исключительно двухсторонней основе.

Турция, претендующая на роль региональной державы, неоднократно заявляла о своей поддержке мусульманского движения в мусульманских кавказских регионах, в частности, готовности принять активное участие в урегулировании нагорно-карабахского конфликта, в том числе и военными средствами. Подобная инициатива не встречала до сих пор поддержки НАТО, но не исключена возможность в дальнейшем корректировки позиции Североатлантического Союза.



Влияние Ирана на военно-политическую ситуацию на Кавказе обычно рассматривается через призму возможности начала военных действий Израилем и США против Ирана. Рассматривается главным образом вариант нанесения по иранским объектам авиационных ударов. Однако в реализации данного варианта существует ряд проблем. Поэтому не исключается возможность использования американцами территории государств Закавказья как плацдарма для нанесения удара по Ирану.

Что касается Ирана, то, скорее всего, администрация США заинтересована в длительном сохранении фактора «иранской угрозы» как предлога для стимулирования отвечающей экономическим и военно-политическим интересам Вашингтона региональной гонки вооружений на Ближнем Востоке, формального обоснования необходимости развертывания европейского сегмента системы ПРО США и наращивания американского военного присутствия в регионе, в первую очередь в зоне Персидского залива. Вследствие этого, а также ряда причин экономического характера, эскалация военной конфронтации с Ираном пока не отвечает интересам Соединенных Штатов.

Совершенно ясно, в Иране понимают, что после Сирии будет Иран. Поэтому Иран сейчас пытается всячески помогать Сирии.

Допустим, что Сирия будет разгромлена. Наверняка курды Сирии захотят объединиться с курдами Ирака, а там и встанет вопрос объединения с курдами Турции. Так что разгром Сирии – это, по-видимому, начало в перспективе серьезного вооруженного конфликта на территории самой Турции и потоки беженцев в Закавказье. Как известно, США поддерживают курдов давно. Курды – это нефть.

По-видимому, в ближайшее время не следует ожидать военного удара США по Ирану, если только Израиль не нанесет его. Широкомасштабной наземной военной операции, скорее всего, пока не будет, американский бюджет не вынесет этого. Как известно, сейчас достаточно сложная ситуация в экономике США, видим значительный секвестр американского бюджета, в том числе военного.

Однако следует помнить, что ни один президент США не уходил без крупной региональной войны. Следует отдавать отчет, что в случае начала военных действий против Ирана, очень возможно начало войны в Нагорном Карабахе. Азербайджан не упустит возможности попытаться захватить его.

Поскольку Иран, как утверждается в материалах администрации США, угрожает жизненно важным интересам страны, для защиты которых, согласно действующим документам, должна использоваться вся мощь государства, то в Вашингтоне считают возможным использовать против него все имеющиеся средства вплоть до военных, не исключая применения ядерного оружия.

Сейчас в Женеве идут контакты между США и Ираном. Окно возможностей продлится, по-видимому, не более полугода, затем следует ждать обострения ситуации в регионе.

Добиться устранения Ирана как мощного и влиятельного государства, проводящего политику, угрожающую жизненно важным интересам Соединённых Штатов, как полагают в Вашингтоне, можно только путём смены режима и/или дестабилизации и расчленения страны. Без этого невозможно реализовать концепцию демократизации Большого Ближнего Востока, разорванной оказывается «дуга нестабильности» вдоль южных границ России, значительно затрудняется контроль над добычей и транспортировкой нефти с Ближнего Востока и из Центральной Азии, становятся почти бессмысленными операции в Ираке и Афганистане.

Следует прогнозировать, что в случае развязывания масштабных военных действий Тегеран использует все свои возможности для нанесения ответных ударов, в том числе по территориям, с которых будут действовать США. А это могут быть территории Азербайджана и Грузии.

В этот конфликт может оказаться вовлеченным и соседний с Ираном Азербайджан. Учитывая, что в Иране проживает порядка 35 млн. человек этнических азербайджанцев, такое развитие событий приведёт к появлению десятков, если не сотен тысяч беженцев, что чревато гуманитарной катастрофой для всего Закавказья.

Надо признать, что после событий августа 2008 г. сложилось четкое понимание того факта, что решение проблем безопасности в регионе исключительно военными средствами чревато непредсказуемыми издержками политического и экономического характера. Поэтому представляется, что наиболее перспективно рассматривать возможности поэтапного достижения стратегической стабильности на Кавказе посредством экономических, дипломатических и гуманитарных методов. Как представляется, на начальном этапе именно экономические инструменты могут внести решающий вклад в развитие сотрудничества и повышение уровня стабильности в регионе.

Вместе с тем без прогресса в области обороны и безопасности невозможно надеяться на повышение стабильности в регионе.

В этом контексте следует рассматривать российско-армянское сотрудничество в оборонной сфере, которое вносит значимый вклад в укрепление безопасности не только двух стран, но и всего Южного Кавказа в целом.

Однако здесь важно отметить тот факт, что сегодня вопросы строительства или размещения за рубежом военных баз понимаются намного шире по сравнению с периодом «холодной войны». Сейчас все более популярным становится реализуемый теми же Соединенными Штатами подход, предусматривающий переход от «передового базирования» к «военному присутствию». То есть перед военными контингентами за рубежом в мирное время ставятся задачи не только военного плана, но и более широкие – по формированию благоприятной среды безопасности. Это подразумевает укрепление отношений по линии военного и военно-гражданского сотрудничества, активизацию военной дипломатии и соответствующей информационно-пропагандистской работы. На эту тенденцию следует обратить внимание и российским военным в плане повышения уровня их сотрудничества с армянскими коллегами.

Очевидно, что создание действительно эффективной системы безопасности на Южном Кавказе находится в руках, прежде всего, самих стран региона. И в этом плане расширение сотрудничества между Россией и Арменией должно играть ключевую роль. Поэтому следует работать не только над выполнением ранее принятых решений по линии двусторонних отношений или сотрудничества в рамках ОДКБ, но и искать новые идеи, как обогатить наше партнерство в сфере обороны и безопасности. Как кажется, наше сотрудничество в сфере обороны и безопасности должно быть направлено, прежде всего, на недопущение военных действий в регионе, сохранение баланса сил, паритета и противодействие новым угрозам безопасности.

Тищенко Григорий Григорьевич, руководитель Центра оборонных исследований РИСИ, доктор экономических наук. Доклад на международной конференции «ОДКБ и безопасность Евразии».

Григорий Тищенко
1 ноября 2013 г.
http://www.riss.ru



Лебедев Сергей 6 ноя 13, 10:35
+9 20

Грядущее возрождение Азии

Грядущее возрождение Азии невозможно представить без образования дружественных объединений азиатских народов. И уже сейчас мы наблюдаем ускорение интеграционных процессов на просторах Азии. И конечно же, историки не могут не обращаться к опыту уже состоявшихся государственных объединений. К сожалению, пока акцент делается на фрагментарные исследования и отрицательные моменты. Недостаточно осмысливается общий позитивный исторический опыт интеграции, а также мысль о культурно-исторической преемственности великих держав Азии. Не осознается также и тот факт, что история России является неотъемлемой частью истории всей Азии, начиная с глубокой древности.



Примером такого узкого видения всей проблемы азиатской интеграции может служить отношение к слову "империя", которым называли великие цивилизации как Востока, так и Запада, включая Российскую державу. Многие российские политики и историки стесняются или даже боятся употреблять слово "империя", вкладывая в него лишь негативный смысл, связанный с диктатурой централизованной власти, угнетением и эксплуатацией народов. Во всех значениях под понятием империи они подразумевают жесткое применение власти на местах из центра и дают определение империи как политической системы, объединяющей этнонациональные и административно-территориальные образования под началом именно жесткой централизованной власти на основе таких отношений, как метрополия-колонии, центр-провинции, центр-национальные республики и окраины. При этом забывается, что в мире может быть не только политическое и экономическое господство, но и верховенство более важных вещей — справедливости, добра, красоты, духовных ценностей, всего того, что входит в понятие Культуры.

Более глубокое осмысление термина "империя" приводит к необходимости его реабилитации. Ведь империя — это одна из древнейших форм государственной организации общества, не утратившая актуальности и в современном мире.

Русское слово "империя" происходит от латинского imperium — имеющий власть, могущество. Понятно, что власть и могущество могут пониматься как в позитивном, так и негативном ключе. Власть и могущество культурных ценностей — это и есть империя Духа, к которой эволюционно стремится человечество.

Термин "империя", как и многие другие понятия, имеет свое развитие и многозначное толкование. Так, слово "империя" имеет историческое, культурологическое, политологическое, социологическое, а также и переносное значение. На слуху такие словосочетания, как нефтяная империя, торговая империя, газетная империя и т.д. Но если вдуматься, то справедливо употребление слова "империя" и в таких значениях, как империя красоты, империя труда на общее благо, империя знаний и т.д.

В историческом плане под империей вначале понимали высшую политическую власть в Древнем Риме, а также государство, возглавляемое монархом, имеющим титул императора. Со временем понятие "империя" расширилось и стало трактоваться как крупное государственное образование, объединяющее несколько стран и народов вокруг единого политического центра. Очень важно, что такое объединение всегда скреплялось какой-нибудь универсальной идеей культурно-цивилизационного, религиозного, идеологического, иногда экономического характера.

То, насколько понятие империи укоренено в общественном сознании, свидетельствует история культуры. В свое время возник так называемый имперский стиль, отличающийся торжественной монументальностью, особой пышностью, а также образцами высокой классики в различных видах искусства.

Империями традиционно называли такие известные в истории государственные образования, как Римская империя, Византийская империя, Франкская империя Карла Великого, Британская империя. На Востоке — это империя Маурьев, империя Чингисхана, империя Тамерлана, империя Моголов. Российское государство со времен Петра Великого и до 1917 года также именовалось империей. Отметим, что Российская империя исторически заслуженно находилась в ряду великих империй Востока и Запада.

Историки выделяют так называемые традиционные и "нетрадиционные", или колониальные империи. Именно традиционные империи в первую очередь строились на определенной генеральной идее и представляли собой многоуровневые государственные комплексы, скрепленные единым культурным императивом. И только во вторую очередь выстраивалось единое политико-экономическое пространство и единые вооруженные силы. Таковыми были великие империи древнего мира, а также, с определенной натяжкой, Германская, Австро-Венгерская, Японская, Османская империи. К таким империям относилась и Российская империя, в идейном плане скрепленная универсальными ценностями, проявленными в православной культуре, а также в духовной культуре других народов, входящих в империю.

С XVII века империи поменяли свой характер, они стали создаваться в первую очередь путем военно-экономической экспансии стран Европы. Культурно-цивилизационная идея стала уходить на второй план, а стремление к обогащению и несправедливому распределению средств стало превалировать.

Как правило, именно колониальные империи имели жестко централизованное управление и строились вокруг метрополии — государственного центра. Колониальными были Британская, Испанская, Португальская, Голландская, Французская империи.

Но, несмотря на эксплуатацию и высокомерие по отношению к подчиненным народам, даже в таких империях все же можно увидеть позитивное зерно. Это, прежде всего, вскрытие старых проблем, которые уже не могут быть решены собственными силами внутри колониальной страны, а также предоставление новых возможностей для роста национального самосознания и прогресса в общем потоке эволюции человечества. В качестве примера можно рассмотреть взаимоотношения Англии и Индии в колониальное время. Если непредубежденно исследовать вопрос, то окажется, что Англия выступила не только как колониальный захватчик Индии, но дала и определенный импульс для развития и продвижения этой страны.

Надо отметить, что почти все империи, и в первую очередь "традиционные", отличались культурным многообразием. "Государство-нация", имеющее монокультурный и моноэтнический характер, скрепленное только административно-юридическим единством, редко приобретает статус империи. В нашем исследовании важно понимать, что империя в культурном и этническом плане — это всегда коалиция и сообщество, то есть нечто объединенное, представляющее собой живое разнообразие в едином контексте.

История знает большое количество империй, которые на пике своего развития демонстрировали высокие образцы культуры, и затем, угасая, передавали наследие более молодым преемникам, чтобы те проделали свой путь возвышения человеческого сознания. Хорошо известно могущество таких древних империй как Египетская, Персидская, Китайская, Индийская империя Маурьев, империя Александра Македонского, и наконец, Римская империя. Все они оставили после себя высокие образцы культуры.

К концу ХХ века, с началом эпохи всеобщей глобализации, все империи либо исчезли, либо принципиально изменили свой характер. Соответственно, и термин "империя" претерпел изменение. Все большее значение стала приобретать именно идеологическая доминанта, когда великая держава формируется по принципу развития так называемой сферы влияния культурного, идеологического, политического, экономического и военного характера. Военное давление хотя и не исчезло, но стало уступать место идеологическому влиянию (преобладанию) в различных сферах общественной жизни. Именно на это сейчас делают акцент в своей политике США и Китай, являющиеся типичными империями "постиндустриальной эпохи".

В будущем идеологическая доминанта в развитии различных государственных объединений будет все больше и больше нарастать. Идеи Новой Эпохи, эры одухотворенного знания, добра и всеобщей справедливости, Эпохи Общины, побудят выстраивать совершенно другие отношения между народами, основанные прежде всего на принципах взаимного культурного и духовного обогащения.

Создающийся ныне новый Евразийский Союз может стать в будущем империей нового типа, державой, в которой будут доминировать ценности Культуры и Духа, а отнюдь не политическое и экономическое господство. Россия, в духе народов которой неизменно присутствует понимание всеобщего братства, необходимости труда на общее благо, стремление к знанию и красоте, справедливо может стать в авангарде такого развития.

Но это должна быть пробужденная Россия, осознавшая свою миссию и ответственность за себя и вверенные ей народы. Грядущее возрождение Азии невозможно без новой России, которая, опираясь на исторический опыт предыдущего строительства, укажет путь сотрудничества народов во всем мире.

Алла Михайловна Шустова — кандидат философских наук, старший научный сотрудник Центра индийских исследований Института востоковедения РАН, Москва. Фрагмент из статьи "Грядущее возрождение Азии", опубликована в издании Института Мысли им. Юрия Рериха "Скрижали мысли" №3 (2013).

Алла Шустова
3 ноября 2013 г.
http://rossiyanavsegda.ru



Лебедев Сергей 5 ноя 13, 09:59
+5 14

О создании системы коллективной безопасности в АТР

Накануне 8-го Восточноазиатского саммита (ВАС), который пройдет в начале октября 2013 с.г. в столице государства Бруней-Даруссалам, городе Бандар-Сери-Бегаване, вновь актуализируется идея создания системы коллективной безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) в формате США-КНР-РФ.



Созданный в 2005 г. по инициативе Малайзии ВАС объединяет десять стран Юго-Восточной Азии, входящих в АСЕАН, а также ведущие державы АТР: Китай, Японию, Южную Корею, Новую Зеландию, Австралию и Индию. В 2011 г. Россия и Соединенные Штаты также стали полноправными членами ВАС. В качестве цели данная организация провозглашает региональную интеграцию, поэтому основными вопросами, обсуждаемыми на саммите, являются стратегические проблемы развития АТР. Таким образом, данная площадка является закономерной для выдвижения инициативы по созданию региональной системы коллективной безопасности.

В предстоящем ВАС уже подтвердил свое участие президент США Б. Обама. Китайскую делегацию в Бандар-Сери-Бегаване, по-видимому, возглавит премьер Госсовета КНР Ли Кэцян. Скорее всего, именно американо-китайские отношения будут в центре происходящих на полях Восточноазиатского саммита событий. Б. Обама уже заявил, что основными вопросами, поднятыми американской делегацией в рамках восточного турне (помимо ВАС президент США планирует посетить саммит АТЭС, а также саммит США-АСЕАН), станут сотрудничество Соединенных Штатов с государствами Азиатско-Тихоокеанского региона, проблемы морской безопасности, а также «другие темы, вызывающие обеспокоенность в региональном и глобальном масштабе».

Таким образом, накануне ВАС и, возможно, на самом саммите Соединенные Штаты намереваются вновь поднять вопрос о спорных территориях в Южно-Китайском море, тем самым подогрев противостояние ряда стран Юго-Восточной Азии с КНР. Данный тактический ход не является оригинальным. Наиболее полное выражение он получил в 2010 г., когда государственный секретарь США Х. Клинтон на Региональном форуме АСЕАН по вопросам безопасности (АРФ) заявила о наличии национального интереса Вашингтона в решении территориальных споров в Южно-Китайском море (ЮКМ). Данные действия имеют перед собой очевидную цель: укрепление действующих двусторонних стратегических альянсов США со странами ЮВА и создание новых тактических союзов.

Именно вопрос о морской безопасности (то есть проблема Южно-Китайского моря) стал камнем преткновения на прошлогодней встрече лидеров стран АСЕАН (встрече, которая традиционно проходит за день до Восточноазиатского саммита) при принятии совместного коммюнике. Отказ от принятия коммюнике явился беспрецедентным за более чем сорокалетнюю историю организации. Камбоджа – главный союзник КНР в субрегионе Юго-Восточная Азия и принимающая сторона саммитов «асеановской десятки» в 2012 г. – сорвала подписание совместного документа.

До прошлого года Китай крайне болезненно реагировал на данные «уколы» американской дипломатии и позволял втягивать себя в конфронтацию как с Соединенными Штатами, так и с их союзниками в субрегионе, однако теперь ситуация изменилась. Пекин намерен оживить идею создания системы коллективной безопасности в АТР, на этом фоне стремится к сглаживанию противостояния с США.

Основные принципы системы безопасности для тихоокеанского бассейна были изложены в совместной российско-китайской инициативе, выдвинутой в октябре 2010 г. во время визита президента Российской Федерации Д.А. Медведева в КНР. Эти принципы включают в себя осуществление двустороннего и многостороннего сотрудничества стран АТР в области безопасности при условии уважения суверенитета, независимости и территориальной целостности стран региона, а также невмешательства во внутренние дела друг друга; сохранение приверженности принципам равной и неделимой безопасности и оборонительного характера военной политики; неприятие использования военной силы и угрозы ее применения, запрет на поддержку любых действий, направленных на свержение правительств или подрыв стабильности в других государствах; урегулирование взаимных разногласий мирным политико-дипломатическим путем, укрепление сотрудничества в области противодействия нетрадиционным угрозам безопасности; развитие двустороннего и многостороннего сотрудничества в военной области, не направленного против третьих стран, обеспечение безопасности на началах объединения усилий, а не на блоковой основе.

Напомним, что Азиатско-Тихоокеанский регион в тот период не был готов к такой инициативе. Всего за пару недель до этого у спорных островов Сенкаку (Дяоюйдао) в Восточно-Китайском море силами безопасности Японии был задержан китайский траулер, что усилило напряженность в Северо-Восточной Азии и не способствовало обсуждению подобных инициатив в региональном масштабе. К тому же основой предложенной архитектуры должно было быть российско-китайское сотрудничество, что несколько сужало базу для выстраивания системы коллективной безопасности.

К тому же противостояние в АТР между Пекином и Вашингтоном и неготовность КНР пойти на смягчение противоборства с Соединенными Штатами, похоронило эту идею. Хотя уже в том же 2010 г. на неправительственных площадках, в частности, в рамках конференции международного дискуссионного клуба «Валдай» в Шанхае, рассматривался вариант создания трехсторонней схемы сотрудничества США-КНР-РФ, которая бы решала возникающие в Азиатско-Тихоокеанском регионе проблемы безопасности. В 2013 г., после смены руководства в Пекине, риторика Китая начала меняться. Прошли две встречи Б. Обамы и председателя КНР Си Цзиньпина: в июне – в Калифорнии, а в сентябре – в Санкт-Петербурге. В ходе встреч две державы «договорились создать новую модель двусторонних отношений, основанную на практической реализации сотрудничества и конструктивной работе над разногласиями». На саммите G-20 в Санкт-Петербурге Си Цзиньпин также отметил, что в АТР у США и Китая больше областей для двустороннего сотрудничества, нежели разногласий.

В это же время в китайской прессе зазвучали голоса о возможности трехстороннего (даже четырехстороннего – с возможным подключением Южной Кореи или Австралии) китайско-российско-американского сотрудничества в сфере безопасности в тихоокеанском бассейне. В качестве организационной базы такой кооперации видится ВАС, с вероятным ослаблением роли стран ЮВА в этой области. В Китае организуются встречи с зарубежными исследователями с целью узнать отношение к возможному выдвижению данной инициативы. Не исключено, что на 8-м Восточноазиатском саммите идея создания системы безопасности в АТР в очерченных рамках может быть вновь поднята.

Тем не менее, логика развития событий ставит реализацию данной инициативы, в той форме как видят ее инициаторы, под сомнение. Согласие Вашингтона на это подорвало бы саму систему отношений США в АТР, опирающуюся на двусторонние стратегические и тактические союзы, а также существенно дезавуировало бы разворот внешней политики США в сторону Восточной Азии. На это дипломатия Белого дома пойти не может, поскольку тогда позиции Вашингтона в регионе крайне ослабнут и под угрозой окажется большинство экономических и политических инициатив Соединенных Штатов, выдвинутых в течение последнего пятилетия (в частности, идея создания Транстихоокеанского партнерства, деятельность группы «Меконг-Миссисипи» и т.п.). К тому же попытка реализации указанной идеи создания системы коллективной безопасности также столкнется с противостоянием ряда стран Восточной и Юго-Восточной Азии, большинство из которых зависит от политической и военной поддержки США.

Однако это не единственная причина, по которой малые страны Юго-Восточной Азии могут негативно отнестись к идее о трех- или четырехстороннем сотрудничестве в сфере безопасности. Данная инициатива не только не учитывает ведущую роль АСЕАН и входящих в нее стран в Восточноазиатском саммите, но и намеренно отстраняет их от решения проблем в сфере безопасности Азиатско-Тихоокеанского региона.

Учитывая остроту интересов и нестабильность в регионе, идея формирования системы коллективной безопасности в АТР является важной задачей в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Тем не менее на нынешнем этапе поддержка данной инициативы со стороны Российской Федерации натолкнется на противостояние большинства стран региона (странами, которые могут поддержать данную инициативу, пока видятся только Камбоджа и, возможно, Австралия), что может привести к временному ухудшению отношений с большинством стран как Восточной, так и Юго-Восточной Азии. К тому же рассматриваемое политическое действие может ослабить доверие со стороны стратегических партнеров России в регионе.

Сейчас более рациональным выглядит дальнейшее упрочение связей Российской Федерации со странами Юго-Восточной Азии, прежде всего Восточного Индокитая (Вьетнам, Лаос и Камбоджа), а также с Индонезией. При этом политические меры (например, участие высших лиц государства во встречах на площадках региональных организаций) должны сочетаться с экономическими (увеличением объема двусторонней торговли, активизацией инвестиционного сотрудничества).

Усов Илья Викторович, старший научный сотрудник Центра Азии и Ближнего Востока РИСИ

Усов Илья
3 октября 2013 г.
http://www.riss.ru



Лебедев Сергей 3 окт 13, 23:45
+9 0

Постсоветские союзники талибов

Страны Центральной Азии уже сейчас являются объектом угроз, связанных с высокой террористической активностью на территории Пакистана и Афганистана. Кроме того, существуют риски дестабилизации ситуации в период после вывода Международных сил содействия безопасности из Афганистана в 2014 году, что может привести, как минимум, к временному повышению активности экстремистских группировок, ориентированных на экспансию на постсоветском пространстве.



В частности, речь идет о союзных афганскому движению «Талибан» Исламском Движении Туркестана (ИДТ), Союзе «Исламский Джихад» (СИД), «Джамаат Ансаруллах», партии «Хизб-ут Тахрир аль-Ислами», группировке «Джунд аль-Халифат» и др. По оценкам автора, в регионе существует не менее 10 различных террористических организаций, пытающихся проникнуть на территорию постсоветской Центральной Азии. Эта статья исследует угрозу, представляемую афганско-пакистанскими террористическими группами для Средней Азии.

Террористическая эмиграция


Исторически «террористическая эмиграция» из Центральной Азии в Афганистан возникла во второй половине 1990-х гг. в результате исхода из Центральной Азии активистов, ассоциируемых с ИДТ.

Основу Исламского движения Туркестана (изначально — Узбекистана) составили такие группы, как «Товба», «Адолат» и «Ислом лашкарлари». Их первоначальное формирование произошло в городах Ферганской долины в 1991-1992 гг. Позже в результате конфликта с властями многие члены группировки перебрались в Таджикистан, где принимали участие в войне на стороне оппозиции. Однако после заключения мира они отказались признать мирное соглашение и были вынуждены перебраться в Афганистан.

Группировка пользовалась покровительством афганских талибов. Иностранные джихадисты на территории Афганистана получили небольшую материальную поддержку, а сама организация – практически автономный статус: она имела вооруженные формирования, разведку, контрразведку и даже собственную тюрьму. Кроме ИДТ, на территории, контролируемой талибами, действовали Аль-Каида и уйгурская Исламская Партия Восточного Туркестана.

В 2001 году лидер талибов мулла Омар попытался упорядочить функционирование иностранных организаций на территории страны и создал совет «Ливо» с участием их представителей для координации совместных действий. Судя по всему, создание постоянного совета лидеров радикалов было связано с ожидавшимся разгромом «северного альянса» осенью 2001 года и последующим переносом деятельности на территорию стран Средней Азии, в первую очередь – Узбекистана.

Однако ситуация резко осложнилась после сентября 2001 года и вторжения США в Афганистан. Разгром основных сил Талибана и опасная для боевиков ситуация привела к череде расколов. В 2001-м после гибели одного из лидеров организации Намангани и организационного кризиса от ИДТ откололся «Исламский Джихад» (первый лидер Наджмиддин Жалолов), позже часть боевиков «Джихада» стала действовать в центрально-азиатских республиках «Джамаата моджахедов Центральной Азии».

Наконец, в 2000-2010-х годах в Пакистане и Афганистане возникает серия новых организаций, что обусловлено, видимо, стремлением выходцев из отдельных государств и регионов к обособлению в рамках «террористического интернационала». Так, организация «Джунд аль-Халифат», известная также как «Казахский исламский джихад» (первый лидер Ринат Хабидолла), была создана в конце 2000-х девятью выходцами из города Атырау (Казахстан), группировка «Джамаат Булгар» — экстремистами из России. Необходимо упомянуть также «Джамаат Ансаруллох» – таджикоязычную организацию, получившую широкую известность в ходе Раштских событий 2010 года.

Несмотря на арабские названия, эти группы имеют не арабское, а среднеазиатское происхождение, и именно этот регион находится в центре их интересов. (В названии «Джунд аль-Халифат» даже содержится грамматическая ошибка). По косвенным признакам, влияние арабской культуры на иностранных джихадистов не так уже велико. Оно присутствует в официальной документации (арабские названия, использования летоисчисления хиджры), однако в бытовом плане прослеживается большее влияние не арабской, а пуштунской национальной культуры.

Состав этих организаций довольно разнообразен. Среди них представлены такие «старожилы» исламского фундаменталистского сообщества, как «Хизб-ут Тахрир» или «Джамаат Таблиг», исторически возникшие на территории дальнего зарубежья, а также недавно созданные центральноазиатские объединения, упомянутые выше. В ряде случаев классификация экстремистских организаций Афганистана и Пакистана осложняется из-за слияния группировок, расколов, смены названий, направленных на то, чтобы обойти запреты своей деятельность в различных государствах. Наконец, существует проблема организаций-однодневок, когда отряд боевиков принимает громкое название для информационного обеспечения или сокрытия истинного авторства какого-то теракта или заявления, а затем исчезает, как это было в случае «Фронта муллы Дадуллы».

В связи с этим буду анализировать всю эту группу объединений как единое политические явление, поскольку, несмотря на структурное разнообразие, джихадистам в Афганистане и Пакистане удается сохранять единство.

Пример современного афганского Талибана показывает, что даже фактический распад движения на множество фракций позволяет ему функционировать в качестве единой среды, для всех элементов которой характерна политика «добрососедства». В частности, нормальными явлениями, как очевидно, считаются кадровый обмен между организациями и взаимная информационная и военная поддержка.

Причина тому - единство источников финансирования, значительного по объему и проходящего через пакистанские разведывательные круги. Факт состоит в том, что объем средств, получаемых экстремистами в результате преступной деятельности в Афганистане, республиках Средней Азии и России, недостаточен для покрытия текущих расходов. Имеет значение и карательная роль упомянутых разведывательных кругов, которые могут изымать из террористической среды конфликтных активистов и лидеров.

Процедура формирования новых организаций под самостоятельными «брэндами» в рамках пакистанского подполья неясна. Видимо, она определяется наличием у инициаторов связей на родине, «патрона» в террористической среде, располагающего финансовыми ресурсами, пропагандистской необходимостью. Обычно в таком качестве выступают крупные объединения пакистанских талибов или Аль-Каида и одна из «фронтовых шур» афганского Талибана.

Иностранные боевики в АфПаке


Точное число боевиков центрально-азиатских союзников Талибана в Афганистане неизвестно. В 2009 году местные официальные лица оценивали численность иностранцев, сражающихся на стороне талибов, в 1,5 тысячи человек. Сейчас местные наблюдатели говорят о 3-5 тысячах боевиков, включая выходцев из стран бывшего СССР.

Основной канал проникновения в регион - въезд в Пакистан с формальной целью «религиозного образования». После прибытия в стране боевики-добровольцы направляются в одно из неофициальных пакистанских медресе (таких, по разным оценкам, насчитывается от 10 до 40 тысяч). Для обучения преимущественно используются арабский и английский языки. Изначально подобные заведения, подконтрольные пакистанским талибам, создавались для работы с добровольцами из числа афганских граждан, которые до сих пор составляют до 50% студентов. Однако со временем в них возросло число выходцев из других государств.

Конечно, оценки числа иностранных боевиков на основе статистики религиозных школ не являются точными. Не все приезжающие в Пакистан с целью религиозного обучения – добровольцы-боевики. Кроме того, в последние годы террористическое подполье все шире использует другие каналы для проникновения иностранных добровольцев в зону конфликта.

Разумеется, далеко не все они выходцы из стран СНГ, среди джихадистов-добровольцев есть граждане Судана, КНР, Западной Европы и др. Большинство «постсоветских» экстремистских организаций выполняет функции места адаптации боевиков-иностранцев, которым необходимо преодолеть культурно-языковой барьер в зоне конфликта. Кроме того, радикалы пытались использовать эти кадры для организации терактов вне региона. В частности, «Исламский Джихад» вел при участии германских добровольцев подготовку терактов во Франкфурте в 2007 году, однако заговор был раскрыт спецслужбами. В 2013 году с аналогичными целями ИДТ направила в Россию группу боевиков-выходцев из стран СНГ.

Большинство боевиков-иностранцев, видимо, действует на территории Пакистана, меньшинство – направляется в северные провинции Афганистана. В 2009-2010 годы численность боевиков ИДТ в этом районе оценивалась в несколько сотен человек, но сейчас она больше. Например, присутствие отрядов ИДТ зафиксировано в Сари-Пуле, Кундузе, Панджшере, Тахаре и других северных провинциях Афганистана. В Пактике активно действуют отряды боевиков СИД.

Следует подчеркнуть, что в большинстве случаев отряды ИДТ действуют как структурные подразделения Талибана, что во многом определяется большой долей боевиков-афганцев в отрядах. В 2011 году Движение сообщило о гибели 87 своих активистов, 64 из которых были афганцами, 10 – выходцами из Таджикистана, 4 – из Киргизии и ещё 4 – из Узбекистана.

Представленная статистика, видимо, адекватно характеризует этнический состав отрядов ИДТ в Афганистане. Во всяком случае, большая доля боевиков-афганцев характерна и для более поздних сообщений о потерях. В некоторых случаях отряды, номинально принадлежащие к движению, состоят исключительно из урожденных афганцев.

Точный этнический состав афганских членов ИДТ неизвестен, однако, по свидетельствам чиновников северных провинций Афганистана, в последнее время имело место множество случаев вступления местной молодежи в эту организацию. «По иронии судьбы, дети, чьи отцы и старшие братья храбро сражались, чтобы не допустить Талибан в Тахар, теперь вступают в Талибан и ИДУ, др.», - рассказал один из афганских чиновников в интервью иностранным журналистам.

Этнические узбеки и таджики, выходцы из стран СНГ, в отрядах ИДТ выполняют не только функции, связанные с коммуникацией между боевиками и местным непуштунским населением. Они еще и бойцы с хорошей выучкой, что обусловлено более высоким уровнем образования, в сравнении с выходцами из сельских районов южного Афганистана, составляющими большинство в отрядах талибов.

По всей видимости, каких-либо принципиальных отличий в тактике и вооружении отрядов ИДТ, СИД и др. подобных организаций от прочих соединений талибов нет. Они вооружены, в основном, старым советским стрелковым оружием, передвигаются мобильными группами по 10-15 человек. В ряде случаев бовики используют мобильные «мотострелковые» подразделения: группы мотоциклов, перевозящих двух бойцов – водителя и гранатометчиков. Некоторые подразделения имеют старые минометы БМ-37 или подобные им, которые используют при обстреле военных баз.

Веб-страницы этих групп во многом вторичны относительно пропаганды Талибана, так как занимаются преимущественно переводом и ретрансляцией его пропагандистских материалов. Исключением является ИДТ, имеющее собственную студию «Джундоллах», снимающую пропагандистские ролики на нескольких языках. (Предположительно, ее помощью пользовалась «Джунд аль-Халифат» при записи своего первого видео-обращения).

Собственным производством агитационных фильмов располагает также СИД (студия «Бард ат-Таухид»), однако популярность и качество ее продукции несколько ниже.

Угрозы для Центральной Азии


Активность экстремистов в Центральная Азии достаточно высока. В одном только Таджикистане за 2012 год были арестованы 144 человека, причастных к экстремистской деятельности. Из них 101был членами радикальной организаций ИДТ и «Джамаат Ансаруллох», которые местные спецслужбы классифицируют как «ваххабитские». Статистика говорит о достаточно активном проникновении экстремистских сетей из Афганистана и Пакистана в страны СНГ.

В Центральной Азии существуют ячейки ИДТ, «Джамаат Ансаруллох», «Джунд аль-Халифат». Фактически в интересах террористического подполья действуют «Хизб ут-Тахрир» и «Джамаат Таблиг», хотя в прошлом они имели конфронтацию с той же ИДТ. Террористическая инфраструктура возникла даже в Туркмении, несмотря на закрытость страны и попытки властей избежать жесткой конфронтации с афганскими экстремистами.

На текущий момент страны региона выработали две модели противодействия религиозному экстремизму. Туркмения и Узбекистан практикуют полный запрет литературы радикальных организаций, причем санкции предусматриваются не только за распространение, но даже за знакомство с такой продукцией. Кроме того, осуществляется полицейский контроль над подозреваемыми в связях с экстремистами, радикалами, отсидевшими в тюрьмах, велется работа по предотвращению терактов на транспорте.

Для других государств характерен более либеральный подход к потребителям экстремистских агитматериалов, но это не исключает репрессий против ячеек, ведущих террористическую агитацию.

Но в любом случае проблемы проникновения террористических групп на территорию СНГ решить не удается.

Из всего следует вывод: террористические группы с участием из числа иностранных добровольцев продолжают представлять угрозу для СНГ и Китая, даже без учета хода военных действий в Афганистане и Пакистане. Политическая нестабильность, слабость государственного аппарата в афганских селах позволяют радикалам действовать в зоне АфПак значительно свободнее, чем на постсоветском пространстве или в западных районах КНР. Регион будет оставаться магнитом для криминальной и террористической эмиграции из соседних государств, а, следовательно, и зоной повышенного внимания специальных служб государств из числа региональных игроков.

Никита Мендкович, эксперт Центра изучения современного Афганистана.

Никита Мендкович
18 сентября 2013 г.
http://infoshos.ru



Лебедев Сергей 27 сен 13, 23:50
+16 7
Темы с 1 по 10 | всего: 63
Запомнить

Последние комментарии

Леонид Губанов
Сергей Дмитриев
Гарий Щерба
Пора давно уж надо братьса ПУТИНУ за Татарстан......!!!!!!!!
Гарий Щерба Раис Сулейманов: влияние Турции в Татарстане
Андрей Борсаков
andre
виталий полиэктов
Виктор ! Куда уж циничнее ! Все может изменится !
виталий полиэктов Иран: стратегия «экономики сопротивления»
Виктор Онегин
виталий полиэктов
Эдуард Филиппов
Игорь Костоглод