Лебедев Сергей предлагает Вам запомнить сайт «Российские тенденции»
Вы хотите запомнить сайт «Российские тенденции»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Поиск по блогу

Основная статья: Геополитика

Танки НАТО все ближе

Станет ли Прибалтика «фитилем» мирового конфликта?

За два минувших года Россия более или менее привыкла к присутствию военных контингентов США в странах Прибалтики. Многие «диванные эксперты» даже посмеиваются: «Да чем опасны нам три роты пехотинцев и несколько танков? Дойдет до серьезного конфликта – янки в Прибалтике штаны придется отстирывать!». Подобным «экспертам» неведомо, что ситуация куда более опасна, чем это может показаться на взгляд с дивана.



И дело даже не в том, что на поверку уже сейчас войск НАТО у рубежей РФ может оказаться куда больше, чем это официально декларируется. Основная беда заключается в том, что США вкупе с преданными им прибалтами сейчас усердно «продавливают» присылку в страны Балтии регулярных подразделений из других стран альянса.

Сначала несколько слов о вещах, трудно доказуемых. Дело в том, что периодически из Прибалтики поступают сигналы о том, что, возможно, НАТО отправляет туда сил куда больше, чем об этом сообщается в официальных коммюнике. Вот, например, опубликованное в декабре прошлого года свидетельство русскоязычного блогера, постоянно проживающего в Риге: «Составы с танками и бронемашинами все идут и идут в сторону России. Я уже и снимать на видео не стал. Длинные составы. Раньше по ночам перегоняли, а теперь уже днем, не стесняясь. Прямо через Центральный вокзал».

Есть предположения, что прибывающая техника тайно размещается на территории Латвии, Литвы и Эстонии. В частности, в Латгалии среди населения распространяются слухи о том, что якобы секретная база для танков «Абрамс» оборудована около Силене (латвийский населенный пункт близ границы с Белоруссией). Впрочем, сейчас США совершенно официально строят в Эстонии, Латвии, Литве, Польше, Болгарии и Румынии гигантские ангары для хранения танков, БМП и самоходных артустановок. Кстати, литовский, румынский и болгарский объекты вполне уже готовы к использованию – и без дела они простаивать не будут. Как известно, министр обороны США Эштон Картер заявил полгода назад в Таллине, что Вашингтон намерен «временно» разместить в Эстонии, Латвии, Литве, Польше, Румынии и Болгарии 250 единиц тяжелой военной техники: танки, боевые машины пехоты и самоходную артиллерию.

В любом случае, там, где сейчас расквартированы несколько рот, легко могут появиться целые армии. Беспрерывно ротируя свои части в Прибалтике, альянс оттачивает механизм логистики. В последнее время американские военные эксперты внимательно изучают особенности региона на случай ведения в нем возможных боевых действий.



Как отмечает официальное издание Минобороны США Stars and Stripes, ведется работа над преодолением целого ряда препятствий на пути скорейшей доставки солдат в Восточную Европу, таких как «устаревшие нормы международных договоров, замедляющие перемещение войск», «бутылочные горлышки» на транзитных магистралях и фундаментальный дефицит ресурсов».

Также армии США и стран Прибалтики отрабатывают доставку тяжелой бронетехники по морю и по воздуху. Тут нельзя не вспомнить, что предполагаемая тактика (хранить готовую к бою технику на базах и при необходимости перебрасывать только персонал для управления ею) применялась НАТО, в частности, в Западной Германии в годы холодной войны. Сценарий с конца 60-х и до начала 90-х отрабатывался на ежегодных учениях Reforger (сокр. от Return of Forces to Germany – «Возвращение сил в Германию»). Рекорд был поставлен в ходе Reforger-88, когда в Западной Германии за 11 дней была развернута 125-тысячная американская группировка. То есть «диванные аналитики», толкующие о «трех ротах и нескольких ржавых танках в Прибалтике» закрывают глаза на реальность.

Тут следует упомянуть, что Вашингтон стремится разделить соучастие в потенциальном конфликте с другими странами НАТО. В январе 2016 года заместитель госсекретаря США Виктория Нуланд (печально памятная своими киевскими «печеньками), перед тем, как ехать в Калининград на переговоры с помощником президента России Владиславом Сурковым, провела несколько дней в Литве. Там, в городе Тракай состоялась «Снежная встреча», в рамках которой европейские и американские дипломаты, эксперты в области международной политики и безопасности обсудили вопросы региональной ситуации, а также подготовку к летнему саммиту НАТО в Варшаве. По итогам этого мероприятия Нуланд заявила литовской прессе о планах по созданию так называемой «Балтийской бригады». «Мысль такая, что в настоящее время в каждой из стран Балтии готовы совместно действовать рота принимающего государства и находящаяся там рота США. И мы спрашиваем: может ли к этому присоединиться еще один союзник, который стал бы проводить в регионе регулярные ротации своих сил? Как мы могли бы соединить эти роты, чтобы общим результатом оказался военный батальон, находящийся в постоянной боевой готовности? США, без сомнения, поддерживают мысль, чтобы сюда прибывали и другие союзники по НАТО – и подключились бы к нашим сухопутным силам здесь, на востоке», – сказала Нуланд.

Нет нужды и говорить, что прибалтийские сателлиты Вашингтона восприняли данную идею с восторгом. В частности, горячо откликнулся министр обороны Эстонии Ханнес Ханно: «США очень хорошо понимает вызовы безопасности нашего региона. Слова заместителя госсекретаря США Виктории Нуланд отражают именно то, что желает Эстония – чтобы здесь разместился международный батальон, который проводил бы постоянно учения совместно с эстонскими военнослужащими. Чтобы постоянное присутствие союзников по НАТО здесь оказалось бы закреплено договором». Тут же «прорезался» и министр иностранных дел Латвии Эдгар Ринкевич. Он пожаловался Нуланд, что глава Минобороны России Сергей Шойгу недавно заявил о предстоящем размещении трех новых крупных дивизий вблизи границ Прибалтики. Поэтому, как считает Ринкевич, в ответ надо обеспечить в регионе постоянное присутствие военных контингентов стран-участниц НАТО.

Другими словами, Штаты хотят, чтобы здесь на долгосрочной основе присутствовали силы других государств, входящих в альянс. И в случае – не дай Бог! – какого-либо инцидента, эти страны тоже могут быть вовлечены в конфликт.



Сейчас идут бесконечные дискуссии о действенности пресловутого «пятого пункта» коллективного договора альянса, предусматривающего автоматическую взаимопомощь. Многие эксперты высказывают обоснованные сомнения в том, что на практике этот пункт способен сработать. Таким образом, США заранее «страхуются»: размещая войска других стран блока в проблемной точке, они облегчают себе задачу их вовлечения в боевые действия.

Ожидается, что окончательное решение на сей счет может быть принято на саммите в Варшаве. А уже сейчас ведется работа по оборудованию мест размещения этих дополнительных войск. Например, не далее как в январе две латвийские строительные компании получили подряды на возведение новых объектов на базах Национальных вооруженных сил в Адажи и Лиелварде. Конкретно, им поручили провести работы, которые обойдутся в сумму не менее восьми миллионов евро. Эти деньги поступят в рамках специальной программы США через структуры НАТО. Впрочем, не исключаются и поступления дополнительных средств, после чего общая суммарная стоимость двух контрактов может вырасти почти вдвое, до 14 миллионов евро.

Основная часть уже выделенного финансирования будет направлена на улучшение стрельбищ и тренировочных полигонов, строительство складов и мастерских, обновление жилых помещений и ремонт дорожной сети вокруг аэродрома. Инициатива проведения этих работ исходила от Европейского командования вооруженных сил США (EUCOM), отвечающего за реализацию «программы приободрения» европейских союзников по НАТО (ERI, European Reassurance Initiative). О распределении контрактов и выборе аналогичных объектов для развития в соседней Литве EUCOM обещает сообщить в ближайшее время. Напомним, что пока альянс не располагает в Прибалтике отдельными базами для постоянного размещения войск из других стран НАТО, хотя руководство Литвы, Латвии и Эстонии неоднократно просило их создать. Пока что небольшие воинские контингенты альянса, прибывающие в регион с начала 2014 года в порядке ротации, размещаются на объектах, используемых местными армиями. Но это только пока…

Для того чтобы взорвать бочку с порохом, необходимо поднести к ней зажженный фитиль. И вот здесь, как представляется, и может быть разыграна этническая карта. Стоит напомнить, что в начале года в Литве и Латвии зачем-то начали усиленно распространять слухи о наличии якобы многочисленных «русских сепаратистов», готовых восстать против Риги и Вильнюса.

Не так давно под тем же Вильнюсом состоялись вызвавшие серьезный резонанс учения польских, литовских и украинских военнослужащих — отрабатывалось подавление восстания населения некоей области «Латгала» (явный намек на русскоязычную Латгалию, находящуюся на востоке Латвии).



Здесь же, в Латвии, в конце октября прошли учения американского спецназа. В Адажи, в присутствии посла США в Латвии Нэнси Петит, состоялась операция по задержанию неких условных «повстанцев». Поддержку спецназовцам в этом оказали вертолеты Black Hawk.

Нечто подобное происходит и в Эстонии. Там, в северо-восточном регионе Ида-Вирумаа, состоялись недавно совместные учения местной префектуры полиции и погранохраны и добровольческого военизированного формирования «Кайтселийт». Силовики «подавляли» бунт: на учениях отрабатывалась защита государственных и муниципальных объектов города во время условных массовых беспорядков. Отметим, что в Ида-Вирумаа (крупнейший город Нарва) около 80% населения составляют русскоязычные жители. В Нарве более 90% населения – русские.

Но как подтолкнуть местных русских на выступление? Для этого могут использоваться самые разные поводы – и вот один из них. В январе президент Латвии Раймонд Вейонис выдвинул кандидатуру Мариса Кучинскиса на пост премьер-министра страны. Перед этим Кучинскис провел неформальную встречу с представителями входящего в коалицию радикального Национального блока Visu Latvijai!–ТБ/ДННЛ. По итогам этой встречи сопредседатель Нацблока Райвис Дзинтарс пояснил, что в обмен на поддержку Кучинскис пообещал, в случае своего утверждения, приступить к полному переводу всех школ нацменьшинств Латвии на латышский язык. Правда, позже Кучинскис заявил, что не считает, что этот процесс необходимо проводить молниеносно. «В планах VL-ТБ/ДННЛ прописано, что школы должны быть только латышскими к 2018 году. Мы вычеркиваем эту цифру и будем постепенно двигаться к тому, чтобы все говорили на латышском», – пояснил потенциальный премьер.

Таким образом, официально задекларированная цель ликвидации русских школ (о необходимости этого заявляла и предыдущий премьер Лаймдота Страуюма в 2014 году) остается – и в любой момент этот процесс может быть активизирован. В ответ авторитетные деятели русской общины заявили о своей решимости, «если власть перейдет красную черту в отношении школ», начать выводить народ на улицы, организовывать массовые протесты. «Это плевок в лица сотням тысяч граждан Латвии и законопослушных налогоплательщиков страны. Нужно объединиться всем, не только этническим русским Латвии, но и всем жителям страны, которые дорожат наличием школьного образования на русском языке в Латвии. Нужно участвовать во всех законных и демократических акциях протеста, чтобы защитить русскую школу! Уверен, что таких людей наберется немало. Еще не созданное правительство Латвии начинает играть с огнем, который, казалось бы, уже погас двенадцать лет назад, когда правительство уже пыталось ликвидировать русское образование в 2004 году», – заявил, в частности, евродепутат от Латвии Андрей Мамыкин.

Стоит ли детально разъяснять остальное? Там, где осуществляется массовый протест, всегда есть простор для провокаций. Достаточно малейшей искры – и может начаться силовой конфликт. Тем более что «противоположная сторона» уже более чем «наэлектризована». Еще в 2012 году общественный деятель радикально-националистического толка Янис Силс (являвшийся одновременно членом гражданского ополчения «Земессардзе», с правом ношения оружия) пугал этническими столкновениями и призывал латышей готовиться к самообороне. Силс привел и возможный сценарий «русского бунта». Как он считает, после празднования очередного дня 9 Мая у памятника Освободителям возбужденные «18–40-летние представители бородатого рода» могут решить прогуляться по Старой Риге, «чтобы показать, кто здесь хозяин» – что и послужит причиной столкновений.

Радикальный публицист призывает латышей приобретать оружие, учиться рукопашному бою, создавать боевые группы. И это не призыв одиночки-маргинала – так думают и многие другие его соплеменники.



Расчет может оказаться прост: «замутить» крупные межэтнические столкновения в надежде, что Россия решит заступиться за местных русских. Дальнейшее может иметь непредсказуемые последствия…



Вячеслав Самойлов
Специально для «Столетия»
21 января 2016 г.
http://www.stoletie.ru



Лебедев Сергей 16 фев 16, 20:45
-1 4

Наталия Нарочницкая: «Время работает на нас»

Размышления историка и политика о взаимоотношениях России и Запада по итогам 2015-го



– Наталия Алексеевна, в сентябре Россия начала небывалую в своей новейшей истории военную операцию в Сирии. Мощный, для многих неожиданный ход. Некоторые эксперты задаются вопросом – есть ли у Москвы четкая стратегия действий на Ближнем Востоке?

– Ударами по запрещенному в России так называемому «Исламскому государству», этой страшной раковой опухоли, мы, скажем так, смели со стола те крапленые карты, которыми с нами играл Запад на Ближнем Востоке. Повестка дня у нас четкая, совершенно очевидная и, что самое важное, внутренняя повестка соответствовала той, которую мы декларировали.

Мы хотим сохранения Сирии как государства, об этом была достигнута договоренность даже с американцами, мы хотим и этого не скрываем, стабилизации на Ближнем Востоке, который был разрушен и повергнут в хаос – Египет, Ливия, Ирак, сейчас Сирия... Этот хаос посеяли Соединенные Штаты, пытаясь заменить оставшиеся конфигурации биполярного мира на нечто новое под своим контролем. Хаос оказался неуправляемым, и Европа окончательно в этом убедилась после страшных терактов. Отсюда мгновенный, хотя бы тактический, внешний поворот президента Ф. Олланда к России. Этим он спас себя во внутриполитическом мнении. Отсюда и очевидный сдвиг в позиции США, в их риторике. И это сейчас максимум того, что можно ждать от них, все-таки они слишком долго истерически осуждали Россию, вешали на нее все ярлыки.

Как мы видели, поначалу было просто смятение в западных кругах. Они в течение долгого времени уклонялись от суждений и даже высказываний. В первый момент растерялись, не осудили, не нашли в себе сил! А потом уже не было пути к отступлению, они стали искать мелкие поводы для придирок, но в целом-то было видно, что они в растерянности, не имеют никакой повестки, чтобы противопоставить нашей ясной позиции и повестке дня.

Что касается отношений с Турцией – она выступила как провокатор. Конечно, ее очень тревожило, что Европа стала склоняться от осуждения русской политики в Сирии к признанию, наоборот, что может быть, единственная борьба с ИГИЛ – это та, что ведет Россия. Для специалистов было очевидно и раньше: Турция, Кувейт и Саудовская Аравия – это и есть главные спонсоры терроризма. Их мечта - контролировать Ближний Восток после слома той конфигурации, которая была, при этом уничтожить шансы для шиитской оси, разрезающей суннитские монархии Аравийского полуострова. А миф о «преступном режиме» Асада, который якобы убил больше, чем ИГИЛ, создан пропагандистской машиной Катара, очень мощной и очень современной. Нанятые западные специалисты делают все на Аль-Джазира в той терминологии и в тех категориях, которые понятны именно западному читателю.

Турция уже не могла скрывать своей двурушнической позиции и пошла на рискованную провокацию, чтобы дать толчок обострению, поставить всех игроков в сложное положение. Да, она, конечно, рассчитывала на безнаказанность, потому что является членом НАТО, очень важным для США стратегическим плацдармом, на котором, кстати, после Второй мировой войны в первую очередь были ускоренно выстроены американские базы против России. Анкара играет с огнем, но у нее рычаг против ЕС – миллионы беженцев на границе, которых Турция может в любой момент выпустить в Европу. И Европа юлит, платит миллиарды Турции, чтобы та этого не делала. Куда уж тут осудить грубое попрание международного права – сбить самолет, убить пилота другой стороны…

Я не думаю, что нынешние отношения с Турцией это какая-то роковая для нас потеря, будь то в экономике, будь то в других сферах. Это проблема, это издержки, безусловно, но они вполне восполнимы, причем, в области овощей и фруктов на том же Ближнем Востоке. А Турция слишком много, наверное, мнит о себе, если полагает, что испорченные отношения с Россией смогут парализовать волю Москвы. И не такие окрики Россию не могли остановить и не остановят!
– Одним словом, у России есть четкая стратегия на Ближнем Востоке.

– Стратегия абсолютно четкая и открытая – через сохранение и восстановление Сирийского государства мы хотим восстановить равновесие на Ближнем Востоке, где было и должно быть и наше присутствие. Мы никогда не были против, что было бы абсурдно, присутствия сильного влияния других великих игроков. Но мы не скрываем, что вытеснить нас мы не позволим, тем более в момент, когда ползучая и лавинообразно нарастающая хаотическая ситуация в многомиллионном арабском мире с его бедностью, уязвимостью перед радикальными и диссидентскими учениями в исламе превратилась уже в угрозу всему миру и нам.

– Вполне реальную угрозу…

– Именно. Мы это видим, декларируем. Поэтому проявили решимость, которая произвела впечатление не только самим содержанием действий, но еще и проявлением национально-государственной воли. Это тоже факт и немаловажный фактор мировой политики. Еще с мюнхенской речи президента В. Путина 2007 года все поняли, что Россия поднимается из той пучины, в которую ее хотели опустить. Сегодня налицо суверенная уверенная политика, для которой интересы собственной страны и интересы мировой безопасности в аспекте собственной безопасности важнее, чем любое недовольство пусть самых влиятельных партнеров…

Напомним также, что это уже не первый решительный акт. Мюнхенская речь была очень важной знаковой риторикой, пробой. Но когда последовал грузино-осетинский конфликт, то признание Южной Осетии и Абхазии стало ярким, невиданным со времен СССР проявлением акта национальной воли, абсолютно парализованной у России 90-х годов. Тогда любые попытки и, так сказать, вздрагивания той нашей власти немедленно гасились со стороны.

Потом был Крым…

– Звенья выстраиваются…

– Это уже цепь, закрывающая вторжение в зону наших стратегических исторических интересов уже за пределами собственной территории и прилегающего к ней пояса. Это значит, что Россия – мировая держава со своими интересами, ощущающая свою ответственность за международный мир и стабильность.

– Наталия Алексеевна, вы упомянули о повороте во внешней политике Ф. Олланда. Возглавляя Институт демократии и сотрудничества (Париж), что вы можете сказать о реакции французов на страшные теракты 2015-го?

– Первый теракт потряс Францию в январе, когда были убиты журналисты журнала Charlie Hebdo. Журнал, вернее, это был листок (теракт поднял его тираж в 20 раз), надо сказать, омерзительно циничный и вызывающий, отнюдь не всеми одобрявшийся. Его журналисты насмехаются еще хуже над христианской церковью и вообще над любой религией и четкой системой взглядов. Их кредо – отсутствие понятия «святотатство», поскольку они не признают никаких святынь.

Надо сказать, что тот, первый теракт и этот, ужаснейший, который произошел совсем недавно – французами были восприняты по-разному. После первого они вышли на улицу, и их основной лозунг по-прежнему был «Свобода! Свобода!» – то есть они восприняли это как удар по их свободе и вседозволенности, хотя далеко не все готовы были вести себя так, как этот журнал. Например, многие консерваторы, хотя были и больше всех возмущены до глубины души варварским убийством, все-таки не пошли на демонстрацию и четко заявили, что при их неприятии теракта «они - вовсе не Шарли»…

Но вот после последнего теракта в социально-активном, думающем сообществе, по-моему, наметилось осознание сути происходящего и цели содеянного: европейскую, некогда христианскую, цивилизацию испытывают на прочность! Пробуют, готова ли она сопротивляться на уровне ценностей, готова ли защитить свои святыни! Элита не готова это признать. Элита пронизана левым духом нравственного эгалитаризма (в отличие от советского равенства в материальном). И твердит, что для Франции главная ценность это «свобода, равенство, братство», трактуя эту обаятельную триаду Французской революции в сугубо постмодернистском ключе и без Бога - как свободу, не ограниченную ни моралью, ни каким-либо порядком вещей. Что касается брюссельской идеологической верхушки – та вообще лепечет в духе неотроцкистской догматики, напоминающей мне хрущевские времена: вместо «вперед к победе коммунизма» – «вперед к победе вселенской одинаковой свободы и демократии»...

Однако в обществе, как мы видим и по настроениям посетителей нашего парижского института, все больше тех, кто понимает ситуацию и признает: для того, чтобы противостоять терактам, нужно не просто усилить полицию (это практически невозможно), а нужно, сохранить и возродить свою европейскую идентичность. Это - ценности, а не демократические механизмы функционирования общества, которые не спасают, ибо ими пользоваться может кто угодно. Что же касается ценностей, то очень многие французы говорят: мы забыли о том, что у нас христианская страна. Если бы террористы знали, что каждый француз готов защищать даже ценой своей жизни свои святыни, которые и сделали Францию явлением истории и культуры, великой цивилизацией, то они не посмели бы бросать вызов.

Главный вопрос в том, способна ли Европа в целом осознать, что она утрачивает свою идентичность. Наплыв мигрантов, претендующих на ни много ни мало создание в Европе анклава своей чуждой цивилизации, вызов со стороны радикального ислама есть итог упадка Европы как носителя христианских ценностей, ее атомизации на индивидов, не желающих над собой никакого морального Судии. И адекватный ответ на вызов – это подтверждение собственных ценностей, консолидация на их основе.

Великие державы созданы ведь не «гражданами мира», а гражданами, беззаветно любящими свое Отечество, готовыми и умереть за него, за веру, долг, честь, любовь... А когда проповедуют, что высшая ценность – это право не иметь никаких ценностей, то цивилизация эта, рано или поздно, умрет и повторит судьбу Римской империи, завоеванной варварами, несмотря на то, что у нее были гораздо более совершенные технологии и организация, водопровод и даже демократия... На развалинах римского форума сейчас толпы туристов… Пришли варвары и смели это все. Вот вопрос вопросов для Европы!

Что отрадно отметить, события последних лет стимулировали все же какую-то консолидацию консервативных сил – после принятия, например, закона об однополых браках два миллиона французов вышли в Париже на демонстрацию (это, как если бы у нас миллионов шесть вышло). Стали расти организации, в том числе молодежные, с христианской направленностью. Надо сказать, что отъявленные либералы, вернее крайние либертаристы тут же объявляют их чуть ли не расистскими или фашистскими – ну, мы знаем, как обличают партию Марин Ле Пен… Причем критерии «правизны» и радикализма сейчас на Западе сузились: достаточно обронить, что ты против однополого усыновления, как тебя записывают чуть ли не в фашисты.

Чья возьмет – это, конечно, большой вопрос. К сожалению, очень много скептиков считает, что Европа уже не в состоянии отказаться от постмодернистской идеологии, главное в которой – тотальный ценностный нигилизм, история без нравственной цели... Но я все-таки верю, что в старушке-Европе все еще сохранились в нужном количестве здоровые силы, пусть фрагментированные… А кризисы и катастрофы, как история показывает, приводят к тому, что по-гречески именуется катарсис, то есть очищение…

Кстати, последний парижский теракт произошел на фоне весьма неоднозначного отношения к решительной позиции России, когда она спутала все карты своих оппонентов, начав бомбардировки объектов ИГИЛ. Раньше западная пресса скорее осуждала наши действия, хотя уже звучали голоса, осторожно допускавшие, что Россия, может, не так уж и не права (причем блоги, например, в газете Figaro говорили о том, что 80% читателей этой же либеральной прессы одобряют нашу позицию). А вот после теракта в СМИ заговорили, что Россия – единственная, кто по- настоящему борется, и она раньше других поняла, что без решительных действий обойтись невозможно. Безусловно, сам Олланд очень выиграл в глазах французов, когда он после терактов почувствовал, видимо, и осознал, что именно взаимодействие с Россией может исправить его имидж имитатора борьбы. Это лишний раз показывает: на самом деле западноевропейские лидеры, среди них и проамериканские, прекрасно понимают, что шанс на независимую политику их стран сегодня невозможен без конструктивных отношений с Россией, которые уравновешивают их зависимость от Америки.

Кстати, история всего послевоенного времени как раз об этом убедительно свидетельствует. ФРГ была абсолютно несамостоятельным государством (впрочем, и сейчас она по всем законодательным актам практически протекторат США), и только «новая восточная политика» Вилли Брандта в начале 70-х годов привела к политической эмансипации ФРГ, которая и стала признанным европейским лидером. Раньше все говорили только об экономическом чуде, а с 80-х годов уже и о политическом весе. Поэтому и во Франции многие консерваторы, прежде всего голлисты, последовательно выступают за сбалансированную политику. Никто, конечно, не требует радикального слома евроатлантического механизма, выхода из НАТО, из Евросоюза, но здравомыслящие политики понимают, что взаимодействие с Россией усиливает каждую из европейских стран в рамках их же западных отношений и дает шанс выстоять перед США, когда те пытаются Европу полностью превратить в свой придаток вопреки европейским интересам.

И сейчас, я чувствую, самое время поработать над этой тенденцией, тоже, естественно, не питая иллюзий в отношении горизонтов этого процесса. Но нейтрализовать негативные факторы, снизить их, можно. Здесь мы научены горьким опытом 1990-х и 2000-х, чтобы понимать: мир сохраняется благодаря балансу интересов. И очень важно в каждый конкретный исторический момент определить, куда стоит направить усилия, а где можно просто сдерживать ситуацию. Сейчас, мне кажется, с Европой очень важно поработать.

– Наталия Алексеевна, если вы заговорили о Германии, вот недавно американцы оштрафовали Volkswagen, Deutsche Bank. Это действительно давление Штатов? Связано ли оно с намеченным «трансатлантическим торгово-инвестиционным» соглашением?

– Ну, задача держать Германию в узде и предупреждать любые ее самостоятельные действия в отношениях с Россией была поставлена сразу же после 1945 года, и о том, что делали в этом направлении англосаксы – Соединенные Штаты и Великобритания – написано немало, в том числе мной. Все это делалось не только для того, чтобы ослабить влияние или давление на них Советского Союза, но и для того, чтобы растворить Германию навсегда в панъевропейских структурах, многосторонних договорах, связывающих ее по рукам и ногам. Первое экономическое объединение в ходе так называемой «европейской интеграции» - это «Объединение угля и стали» (сырье войны), а НАТО создали за пять лет до Варшавского договора…

Страшно боятся возникновения того, что называлось «Mittelеuropа», то есть геополитической величины Центральная Европа под естественной эгидой Германии. До сих пор говоришь, скажем, немцам: ну, вы же Западная Европа… А такие, как мой друг немец-австриец, замечают на это: «Нет, мы Центральная Европа». Они полагают, что идеалом для Германии была бы равнонацеленная политика на Восток и на Запад, но именно этого безумно боятся англосаксы. Когда распался Советский Союз (его, конечно, расчленили совершенно беззаконным образом, с точки зрения юридической науки), то возник ярус мелких, «бесхозных», несамостоятельных государств от Балтики до Средиземного моря. Сделано было все, чтобы весь этот ярус не соблазнил Германию на самостоятельную политику. Их срочно инкорпорировали в трансатлантические и европейские структуры, торопливо, без учета экономических особенностей, до сих пор эти страны - страшное бремя для Евросоюза.

В Германии я наблюдаю следующее: все больше немцев относится к России более чем лояльно, причем не какие-то маргиналы, а депутаты, профессора, студенты, которые откровенно говорят, что только хорошие взаимоотношения с Россией могут вернуть Германии какой-то элемент самостоятельности в международных отношениях, иначе – это просто придаток Соединенных Штатов. Я участвовала и в организации конференции в октябре этого года, которая собрала около 1000 человек. Выступал принадлежащий к семейству фон Бюловых – один из них был канцлером Германии перед Первой мировой войной – Андреас фон Бюлов. Был и принц, праправнук кайзера Вильгельма, выступил правда, накануне конференции в аудитории, где было всего 40 человек, побоялся… Все они в один голос говорили, что Германия стоит или на пороге полного поглощения или все-таки сохранения своей исторической сущности как серьезного явления мировой истории и культуры, что надо действовать осторожно, потому что немедленно будет накинут ярлык – вина за нацизм. Безусловно, только взаимодействие с Россией, сильная восточная политика может уравновесить то давление, которое оказывается со стороны Соединенных Штатов.

Что касается экономики – то, что Соединенные Штаты сделали с Volkswagen, было разыграно, как по нотам. Назовите мне какие-нибудь марки автомобилей, которые в жизни дают те же самые показатели, что и в тестовом режиме! Volkswagen завоевал американский рынок, этого потерпеть США не могли и должны были показать, кто в мире хозяин. Это все из той же оперы, что и ситуация в ФИФА с Йозефом Блаттером. Американцы достаточно циничны в своей политике, они не гнушаются никакими средствами. Если им нужно уничтожить какого-нибудь политика, они пороются в архивах, найдут какие-нибудь «грехи молодости», и пошло-поехало, могут и долларовую вещицу в карман подсунуть в супермаркете для скандала…

Германская экономика – локомотив Евросоюза. И именно с Россией у Германии огромные возможности для совместной деятельности, особенно – в области энергетики. А Соединенным Штатам очень важно навязать Европе таинственный «трансатлантический пакт», который должен окончательно привязать западный мир, уже экономически и энергетически, к США. Это долгосрочная стратегия, причем она держится в тайне. Вы не найдете ни одного серьезного эксперта в Европе, которому можно было бы заказать статью, где бы разбиралось это по полочкам, спокойно, в академическом тоне, все «за» и «против». Мы проводили 20 мая в Париже конференцию, пригласили ведущих экономистов, представителей бизнеса, просили всех высказываться и даже в подназвании, среди прочего, указали: «Перспективы и формат трансатлантического соглашения», – но все уклонялись от обсуждения. У меня сложилось впечатление, что они боятся, да и просто не знают всех деталей. Однако большинство сходится во мнении, что это будет полная потеря независимости.

То, что мы сейчас наблюдаем, это попытка геополитического передела мира, перекройка карты, создание хаоса именно в тех регионах, где залегают самые большие запасы энергоресурсов. Вообще, все цветные революции в странах, опоясывающих этот углеводородный эллипс – это приведение режимов к покорности Соединенным Штатам. По масштабам происходит такой передел, который в предыдущие века достигался только мировой войной. Правы те, кто говорит, что сейчас, только отдельными очагами в горячей фазе, идет третья мировая война...

Однако, судя по всему, элита Германии боится самостоятельной политики. Нынешний канцлер, которая во многом – очень умелый политик, в области внешней политики даже порой кажется еще безвольнее недавней Франции, хотя Германия экономически сильнее… Видимо, есть какие-то рычаги воздействия. За немецкой прессой тоже следят очень пристально какие-то закулисные дирижеры. И против Германии всегда наготове пропагандистский рычаг – малейшие всплески консервативных взглядов немедленно подверстываются под рецидив нацизма. Германия как будто «обязана» из-за своего прошлого демонстрировать постмодернизм, исповедовать догматику «граждан мира», все наднациональные ценности должны быть выше национальных. Любая апелляция к национальному аспекту, даже самая рациональная, самая здоровая дает возможность определенным кругам немедленно вытаскивать жупел нацизма, германского фашизма. Поэтому здесь меньше, чем во Франции, респектабельных политиков, осмеливающихся что-то существенное о национальных интересах произносить. Вошло в обычай замалчивание важнейших вопросов для нации, для государства, для будущего. На них наложено табу в респектабельном обсуждении, это теперь удел маргиналов.

Вообще, оппонентом всего национального и консервативного в Европе быть очень выгодно – чем резче и примитивней выражаешь такие взгляды, тем быстрее набираешь политический вес. На самом деле, я не завидую тем западноевропейским интеллектуалам, которые хотели бы спокойно, с привлечением философской основы рассуждать на эти темы. В этом отношении у нас, в России, гораздо больше свободы слова. У нас можно либералу полемизировать в теледебатах с каким-нибудь христианским богословом, можно рассуждать о разном наполнении ценностей и о разной трактовке одних и тех же понятий. Там на это наложено табу.

– Вспоминаются недавние события в Греции. Референдум дал нужные результаты Ципрасу, однако он говорил одно, а сделал другое. Такое ощущение, что его «поправили» высокопоставленные «евротоварищи». Что же произошло?

– Есть достаточное количество экспертов, которые считают, что победа левой партии СИРИЗА и Ципраса на выборах – это, с одной стороны, искренний порыв общества, а, с другой – тщательно и хитро продуманный проект тех, кто хотел получить то, что получил. Не случайно ведь именно эта партия, это правительство получили такой мандат доверия, что его не свергли даже после того, как они, по сути, сдали все свои обещания, предали своих избирателей. Любому другому правительству такое бы не сошло с рук: народ вышел бы на улицу и т.д. А тут у ошеломленных людей сохранилось доверие. Избиратели, наверное, подумали, наверняка что-то там Ципрас все же выбил из ЕС, не мог же он, Ципрас, на которого они так надеялись, который так пламенно обещал стоять насмерть, уступить полностью…

Такой вот своеобразный феномен мы наблюдали. Некоторые считают, что это вообще конец той «греческой левой», которая сформировалась как структурный элемент греческой внутриполитической жизни в течение последних двух десятилетий. А что происходит после таких провалов и разочарований? Происходит фрагментация политического поля и электората, и на этом поле умелые дирижеры создадут совершенно новые структуры. Пока разберутся, где подмена, где – нет, столько можно провести решений, навязанных извне…

– Как, на ваш взгляд, будет меняться тактика Вашингтона, который объявил об изоляции России?

– На самом деле, экспертам сразу было ясно, что никакой изоляции нет, а есть некая пропагандистская схема и какие-то внешние отрепетированные элементы, вроде, «не сесть за кофейный столик» с нашими лидерами на каком-то форуме. Но одновременно велись бесчисленные телефонные переговоры между госсекретарем США и министром Лавровым, да, похоже, Керри чаще говорит с ним, чем со своими западноевропейскими союзниками.

Казалось бы, в 2015 году обострение отношений между Западом в целом и, прежде всего, Соединенными Штатами, и Россией, достигло апогея. Но мне видится, что нарыв окончательно вскрылся, гной истекает и почти уже истек, началась работа по заживлению. Безусловно, рубцы останутся, но те трудности, которые мы испытываем в результате давления Запада по всем направлениям – это ведь и плата за наши обретения и за отстаивание собственных ценностей. И это отличает нынешний момент от периода 90-х годов. Тогда трудности были еще больше – встала промышленность, города вымирали без работы, ВВП падал каждый год, мы теряли по миллиону в год населения! При этом – мы не обретали территории и влияние на мировые процессы, а теряли территории и рычаги воздействия на ситуацию по периметру наших границ, нас вытесняли отовсюду… Тогда это была расплата за слабость и сдачу позиций.

Сегодня же никакой изоляции нет. Россия – вообще такая величина, которую изолировать невозможно. Она не может долго существовать в полусне, потому что великая держава не может жить без большой политики. Иначе она распадется или сократится до размеров московского царства, о чем, кстати, мечтают некоторые, но вряд ли дождутся. Так вот, Россия, даже находясь в анабиозе, самим фактом своего существования не позволяет управлять миром из одной точки. То, что мы наблюдаем – это обострение, всплеск истерии. Со стороны США по отношению к России – это, прежде всего, истерия по поводу явного обвала их проекта однополярного мира. Они все свои долгосрочные геополитические проекты и стратегии запустили в середине 90-х годов. Хотели предупредить возрождение на месте Советского Союза сопоставимой с ним геополитической силы. Но не учли, что невозможно остановить Китай и Индию, что меняется соотношение сил между цивилизациями не только в демографическом, но и в экономическом смысле. Если еще 10 лет назад предполагалось, что ВВП Китая обгонит США в 2030-м, то сейчас говорят, что обгонит уже в 2020-м! И Россия не только не умерла, а воспряла из пепла, вновь возгордилась своей историей, подняла голову, бессмертным полком единым дыханием действует и смеет с Западом говорить гордо. Ну, прямо по К. Марксу: «Изумленная Европа в начале правления Ивана едва знавшая о существовании Московии, стиснутой между татарами и литовцами, была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи, и сам султан Баязид, перед которым Европа трепетала, впервые услышал высокомерную речь Московита...» (К. Маркс. Разоблачение дипломатической истории XVIII века. “Вопросы истории”. 1989. N 4).

Подставьте нынешние имена вместо «Ивана», «Европы» и в точку!

Так что мы находимся на болезненном переходе к новому, более конструктивному уровню отношений с США, который уже никогда не будет, я надеюсь, связан с идеологическими объятиями, нас чуть не задушившими, как в ежовых рукавицах, в 90-е годы. В свое время патриарх американской внешней политики, автор доктрины сдерживания после Второй мировой войны и специалист по Советскому Союзу Джордж Кеннан подметил, что отношения между Россией и США должны быть разумно хорошими, но и разумно отдаленными (reasonably good, but reasonably distant). На мой взгляд, весьма мудрая формула. Сегодня под «отдаленными» надо полагать отношения, свободные от навязанных догм и пут, и связанные общей ответственностью и признаваемыми взаимно интересами в тех глобальных делах, которые невозможно решить друг без друга. Но прийти к этому Соединенным Штатам придется через мучительную переоценку, через смену, возможно, политической элиты, которая там не за горами, это процесс, как мы видим, трудный, но он начался…

Так что – какая изоляция?! В Европе немедленно отметили яркое изменение тональности речи Джона Керри на последних переговорах! Я не склонна чересчур эйфорически относиться к этому, но Керри даже поблагодарил Россию за усилия по борьбе с терроризмом, провозгласил некие общие цели, такого еще несколько месяцев назад даже и представить было нельзя.

Во время идеологической борьбы между «свободным миром» и коммунизмом для обеих сторон была характерна идеологизация. Соперник даже в преемственных геополитических вопросах объявлялся врагом великих универсальных идеологических целей, вселенского добра. Мы отказались от такой мотивации, а Америка, наоборот, усилила ее. Они же всюду действуют под флагом продвижения демократии, ценностей мира и т.д. То, что там, где они побывали, уже нет даже признаков какой-либо демократии, даже остатков политических механизмов западного типа, что все же допускали авторитарные режимы незападных цивилизаций, они как будто не замечают. Но Россия ломает схемы. Когда Путин, как Верховный главнокомандующий, приказал бомбить объекты ИГИЛ, на Западе был шок. Мне даже один очень известный дипломат, не буду его называть, полушутя сказал, что когда он говорил с партнерами на Западе, то, как в Маугли у Киплинга, «видел страх в их глазах»...

Кстати, в консервативных кругах Европы Путин – это символ борьбы с открытым забралом за идентичность Европы. Я это читала не раз, даже в Figaro. О нем пишут, что это человек, который знает историю, понимает ее, для него не пустой звук – национальные ценности, и поэтому он единственный из европейских лидеров, а Россия – единственная европейская страна, принадлежащая к общехристианской цивилизации, осмеливаются поднять флаг борьбы за традиционные ценности.

Как говорил Молотов на переговорах со своим британским визави Э. Бевиным: «Не читайте советских газет, это внутреннее дело». Сейчас, если хотите знать полноту и многогранность общественного мнения, не полагайтесь только на статьи в прессе, читайте, если знаете язык, блоги и комментарии читателей-европейцев, и вы увидите иной расклад в отношении к России. К сожалению, нынешняя стадия европейской демократии – явно не расцвет ее, который Европа уже прошла. Мнение большинства людей здесь с огромным трудом лишь весьма опосредованно может влиять на принятие решений. Здесь давно сформировались механизмы, с помощью которых можно этим мнением пренебрегать достаточно долго.

Вот и последний пример – недавние выборы во Франции. Меня изумляет, как в демократической стране, где принято уважать чужое мнение, можно так разнузданно оскорблять людей, партию, которая является парламентской, имеет своих депутатов, которую поддерживают около 40% населения. Это просто неприлично для демократической страны – такой гнев и истерика всегда говорят об отсутствии аргументов: «Юпитер ты сердишься, значит, ты не прав». Немногие эксперты рассчитывали на победу «Национального фронта», тем более что речь шла об избрании глав региональных советов. Официальная пропаганда очень постаралась: пугала всех, что партия Марин Ле Пен – это нечто, выпадающее из политической организации и что их победа – чуть ли не революция и т.д. Пока «Национальный фронт» – это партия первого тура. Многие французы голосуют, порой не признаваясь, что они голосуют за этих, но потом, когда на втором туре их пугают, они все-таки не решаются.

Так было и в Па-де-Кале, где социалист снял свою кандидатуру – это ведь чистой воды манипуляция, избирательные технологии. Нас обвиняют, что у нас они есть, но они везде есть, будем откровенны. Социалисты (партия Олланда) и так называемые республиканцы – партия Саркози – это враги непримиримые. Но настолько для этих двух групп элит (я не говорю про избирателей) страшно появление третьей партии, которая узаконит свое положение на политическом поле, что они объединились, чтобы не пропустить во втором туре новую силу, объяснив это борьбой с «общим злом». Да, в рамках демократии это возможно, но это, безусловно, очень циничное манипулирование избирателями. Пока же «Национальный фронт», повторю, – партия первого тура. И даже в регионе Прованс – Альпы – Лазурный Берег, где яркой звездой блеснула в первом туре Марион Марешаль Ле Пен – молодая, красивая, не скрывающая приверженности христианским ценностям племянница главы «Национального фронта», даже там у них не получилось. Именно об этой восходящей звезде было в истерике сказано противниками, что именно она, респектабельная и консервативная, является чуть ли не главной опасностью Франции... Вот вам и характеристика понимания элитами ситуации в сегодняшней Франции: постмодернистская элита видит главной опасностью для себя возрождение христианских консервативных ценностей. Ну, как можно тогда говорить о борьбе с вызовами радикального ислама?

Об этом, кстати, как раз и говорили выступающие французские политики и эксперты на круглом столе, который я недавно проводила в Париже, было 100 человек!

Так что будущее Европы как мирового явления истории и культуры, на мой взгляд, под вопросом. Но брожение идет очень сильное, и какой в результате этого брожения получится продукт – сказать пока очень сложно…

– Что значил год ушедший для возглавляемых вами Фонда исторической перспективы и Института демократии и сотрудничества?

– Эти наши два детища, которых мы с соратниками вырастили... Этот год меня убедил, насколько своевременно мы потрудились, создавая их и насколько востребовано сейчас и нужно именно то направление, которое мы для себя определили: обсуждать нестандартно самые актуальные вопросы общественного сознания, изучать историю для того, чтобы формировать сегодняшнюю повестку дня… В Европе, как я уже говорила, явно начался процесс осознания своей идентичности. То, что делает Институт демократии и сотрудничества, я считаю, очень важным, особенно во время санкций, когда инициативы государственных структур, посольств бойкотируются, несмотря на огромный труд наших дипломатов. Мы собирали, как я уже говорила, 1000 человек в Германии, говорили о необходимости осторожно, но твердо идти по пути хороших отношений с Россией, которые только и являются залогом известной самостоятельности Германии.

Или, к примеру, для меня оказалось очень приятным удивлением, что далеко не все поляки нас ненавидят, как можно подумать, читая сводки новостей. Центр славянских исследований государственного Ягеллонского университета в Кракове пригласил нас на конференцию. Доклады ради нас читались на русском языке! Причем мы видели не только пожилых профессоров, но преподавателей разного возраста и с ними их аспирантов и студентов. Молодые люди рассуждали о Достоевском и Толстом, о философии русской общественной мысли. И общим мотивом были проблемы христианской Европы и ее великих ценностей! Мы говорили о том, что – разве время сейчас делить первенство в истине? Не пора ли объединиться, чтобы спасти то, что осталось от христианского мира…

– Они на это откликались?

– Я закончила свое выступление словами: «Нас разделяют символы прошлого, но должны объединить задачи будущего» под бурные аплодисменты. Судьба христианского мира, христианской культуры, христианской Европы вообще стоит остро, и я говорила об этом – дилемма России и Европы обрела сейчас иное измерение: «Европа консервативная, христианская против – Европы постмодернистской, упаднической. И Россия здесь вместе с Европой консервативной!».

А что касается Фонда исторической перспективы, то наша десятилетняя программа исторического просвещения и актуализации исторического знания ради будущего блестяще доказала свою верность в 2014-2015 годах. Помню, как во время церемонии возвращения Крыма и Севастополя у людей была просто эйфория, все почувствовали себя одним целым. Как будто Пушкин вновь вопросил: «Сильна ли Русь?» И единым порывом нация выдохнула:

…Война, и мор,

И бунт, и внешних бурь напор

Ее, беснуясь, потрясали —

Смотрите ж: все стоит она!

Это дорогого стоит. Мы работали на это, работали не примитивно, не фальшиво, а честно и с документами в руках разъясняя прошлые сложные моменты и их прямую, хотя и не всегда видимую связь с будущим. И таким образом естественно пробуждая гордость за историю и желание продолжать нашу русскую историю. Как непросто было побудить спокойно и без ходульных клише о тоталитаризме и демократии размышлять о недавнем прошлом. Но только так открывались глаза и становились видны истинные противоречия и противники… Мне кажется, сегодня уже наш народ понял, что Запад-то боролся с Советским Союзом не как с носителем коммунизма, а как с равновеликой Западу геополитической величиной, не дававшей ему посылать свою демократию самым быстрым способом – бомбами. Для Запада наш коммунизм был к концу ХХ столетия в отличие от его начала настолько уже неопасным, ибо непривлекательным. Нет, борьба шла с Россией, с историческим государством российским в любых формах. Надоевший и многим из нас коммунизм был очень удобным предлогом, но когда эта коммунистическая фантасмагория исчезла, давление на нас увеличилось многократно! И чем больше мы отходим от левого космополитизма на позиции консерватизма, возрождаем Церковь, тем только больше нас ненавидят и боятся.

– Ну, вы-то говорили об этом еще в 1990-е годы…

– Я должна с благодарностью сказать, что в годы, когда широкой публике было очень сложно развенчать объятия с Западом, мои беспощадные статьи о внешней политике печатал журнал «Международная жизнь», его главный редактор Борис Дмитриевич Пядышев, и это был подвиг, ведь это журнал МИД. Значит, среди наших дипломатов, которые были тоже под определенным давлением идеологической группы, которая правила бал в 90-е, было понимание, что розовые очки падут, надо вытерпеть и хотя бы удержать, что можно. Сейчас мы видим, каким уважением пользуется наш министр иностранных дел не только внутри страны, но в Европе, в мире, в ООН. Лучшие силы в МИДе сохранились, а от пены, которая туда плеснула в начале 90-х и пузырей не осталось.

Уже начиная с бомбардировок Югославии эйфория у нашего народа испарилась, и впервые тогда большинство как-то осознало – вот для чего нас пьянили этим новым мышлением, вот для чего нас одурманивали новой эрой, в которой якобы нет места архаичному понятию «национальный интерес», вот, оказывается, для того, чтобы занять все, давить на нас, всех наших друзей и братьев превратить в врагов и т.д. Это требовало тоже осмысления. Наш народ очень доверчив. Действительно, после железного занавеса очень хотелось совсем иного, прежняя пропаганда набила оскомину, я вполне понимаю это. Но стабильные равноправные международные отношения основаны всегда на паритете, а слабость, пораженчество вызывают только агрессивное давление…

Запад не оставляет попыток сжимать нас, торопится, как кайзер Вильгельм поторопился в 1914 году, ибо понимал, что через 2-3 года с Россией, начавшей модернизацию, уже будет невозможно справиться. Так и сейчас – НАТО и Соединенные Штаты чувствуют, что опоздали, пытаются ковать железо, а оно-то уже остыло, Россия поднимается, крепнет, выдерживает такие кризисы и санкции и в ус не дует! А преодолеет, так превратится в такую значимую и привлекательную альтернативу! Как же они этого боятся!

Политика – искусство возможного, у меня нет ни розовых очков, ни упаднических настроений. На моем веку уже было столько перемен... Закончу словами из Экклезиаста: «Время разбрасывать камни и время обниматься, и время собирать камни и время уклоняться от объятий».

Сейчас у нас немалые трудности, но сколько таковых уже было! Всегда они заканчивались, порой куда раньше, чем ожидали. А сейчас, я в этом убеждена, в долгосрочной перспективе время работает на нас…

Валерий Панов
Специально для «Столетия»
26 ноября 2015 г.
http://www.stoletie.ru



Лебедев Сергей 6 янв 16, 21:56
+13 4

ИГИЛ. Глубинные корни проблемы

На протяжении последних нескольких десятилетий мир усилиями англо-американских сценаристов разыгрывал спектакль под названием «Исламская угроза». Мусульманская культура планеты земля постепенно стала позиционироваться как основной агрессор в пресловутом «конфликте цивилизаций». Миллиардам граждан в различных странах мира исподволь внушали образ потенциального врага. Инициировались столкновения различной интенсивности: от бытовых до военных, от экстремистских до террористических. И везде фигурировали радикальные мусульмане. По сути, такие столкновения не прекращаются тысячелетиями: такова, к сожалению, сущность человеческой расы. Однако в проекте геополитического переустройства мира ислам был избран в качестве стороны зла.

Кем и по какой причине в качестве потенциального врага был выбран ислам?

Посмотрите на карту мира: расположение основных мусульманских ареалов является идеальным плацдармом для экспансии в любую точку мира, кроме, пожалуй, американского континента. По мере возникновения геополитических интересов агрессивного характера возможность дестабилизировать политическую, экономическую, территориальную составляющую основных мировых ареалов получают те силы, которые могут регулировать процессы в исламском мире. Эта возможность и есть главный краеугольный камень в основе глобальных стратегических интересов Лондона и Вашингтона. Исламский фактор был идеально разыгран на Балканах. Именно он стал детонатором агрессии НАТО против суверенной страны в центре Европы.

Инициированные и проплаченные Великобританией и США показательные выступления в Ираке, Афганистане, Сирии, создание Аль-Каиды и других радикальных исламских движений, серия кровавых переворотов в Северной Африке, и, наконец, ИГИЛ ― это результаты великолепно срежиссированной и безупречно исполненной программы подталкивания мира к «конфликту цивилизаций».

Потенциал проекта ИГИЛ поражает своими масштабами и возможными последствиями.

ИГИЛ ― это не радикальная группировка, а консолидирующая всеобъемлющая идея общемирового радикального движения. С помощью ИГИЛ намереваются взять под управляемый контроль глобальный кластер радикального экстремизма, не имеющего территориальной принадлежности. Африка, Ближний Восток, Центральная Азия, северо-запад Китая, Южная Азия, Европа, Россия ― вот мобилизационный ресурс ИГИЛа. И никто в этих регионах не может надеяться на то, что уже завтра ИГИЛ не станет реальной действительностью у их порога.

Всего триста километров отделяют ареал функционирования ИГИЛа от Европы. Аль-Каида и Талибан признали его лидерство и готовы к консолидации.

ИГИЛ навис над Центральной Азией

Китай со стомиллионной диаспорой уйгуров тоже не может чувствовать себя спокойно.   И вопрос уже выходит за рамки проекта Лондона и Вашингтона. К сожалению, его идеологическая составляющая оказалась гораздо мощнее, чем планировалось. Более чем полувековое строительство современного кровожадного имиджа ислама сформировало в среде мусульман принцип глобального гонения и всеобщей ненависти к ним. Сегодня идея борьбы за попираемые святые принципы мусульманской культуры и религии стала естественной реакцией для более чем полутора миллиарда мусульман. По сути, война цивилизаций уже началась. Еще ни разу в современной истории радикализм не принимал столь структурированной, научно и технически оснащенной, с глобальным информационным сопровождением формы. Причем «прогресс» налицо.

Попытки создания сдерживающих факторов в лице Саудовской Аравии, Ирана, Турции ― это не более чем иллюзия. Процесс очень скоро может выйти из-под контроля США и Англии. ИГИЛ уже успешно формирует свою экономическую базу ― экономический поводок, по мнению англосаксов, позволяет им управлять процессом. И их первоначальный план управляемого конфликта в угоду своих геополитических интересов, может оказаться роковой ошибкой. Совершенно напрасно экономисты, управляющие миром, считают, что для воплощения любой идеи необходимо финансирование, соответствующее ее масштабам. В данном случае, если ИГИЛ всё-таки примет форму всеобъемлющей исламской идеи, деньги найдутся и внутри сообщества мусульман.   А вкус крови и победы вовлечет в лагерь сторонников уже не тысячи, а миллионы закалённых в трудностях бойцов, каковыми являются большинство исповедующих сегодня ислам в отличие от изнеженных христиан. Расовая консолидирующая идея, замешанная на уровне выживания вида, ― подобного явления в таких масштабах мир еще не видел.

Примитивное стремление править миром, ставшее принципом англосаксонской финансовой группы, с догматом рыночных отношений, несовместимых с принципами порядочности и человеколюбия, на очередном своем витке привело мир к краю пропасти. Иллюзия того, что англосаксы в последний момент спасут мир и сумеют уничтожить зло ― всего лишь иллюзия. Сценарий может быть разным. И, в любом случае, путь к мировому господству будет устлан уже не миллионами, а миллиардами разрушенных жизней.

Религия ― это трансформация воистину святого понятия вера. А вера не может служить инструментом для манипулирования сознанием миллиардов. Многие тысячелетия людей заставляют убивать и умирать за религию, цинично провозглашая это жертвой за веру. Разделение миллиардов людей на конфессии, культивирование взаимного неприятия с помощью маркировки истинной и ложной веры ― это инструмент управления геополитическими процессами.

Многие верующие люди искренны в своих духовных воззрениях, и иная точка зрения на святое, естественно, вызывает неприятие. Но это до тех пор, пока кто-то не объявит, что истинная вера в опасности, и не призовет к священному походу ― войне за веру. Пока кто-то не скажет, что иноверцы покушаются на самое святое. Это уже было в истории человечества. И это повторяется вновь. Ислам ― угроза, мусульмане ― радикалы, они не вписываются в современный облик мира.

Процент и ссуда ― вот два божества западного мира, они же считаются тяжким грехом в исламе. Не в этом ли корень зла?

Полная зависимость граждан планеты земля от финансовых инструментов, банк как храм и судья, принцип зависимости от капитала, жизнь в кредит как форма управляемого существования, монетизация всего и вся без исключения, а значит ― прямая зависимость от кредитора. Это путь, на котором основывается политика англосаксов. Но эта политика может стать успешной только в случае, если будут устранены все значимые препоны: если будет выстроена идеальная модель мира, где в основе будет заложено необузданное потребление: товары, услуги, развлечения, роскошь. Попрание человеческой сущности, выраженное в легализации различных извращений и проституции, уход от действительности под воздействием наркотиков, и прочее. Товар―деньги―товар, никаких чувств и эмоций, никакого культа семьи. Но каноны ислама резко противоречат такой модели построения мира. Это значит, что на пути великой англосаксонской идеи стоит препятствие, которое должно быть уничтожено. И вот уже миллиарды людей в страхе наблюдают ужасы, которые творят исламские радикалы, и с содроганием ждут, когда дикие бородачи придут отрезать им головы. И, конечно же, надеются на мощь всемогущей англо-американской коалиции, которая не позволит злым мусульманам обидеть «цивилизованное человечество».

ИГИЛ ― это инструмент, созданный на деньги Лондона и Вашингтона, который может в любой момент выйти из-под контроля, если этого еще не произошло. Играть с верой в грязные игры очень небезопасно. Делать веру инструментом чего-либо ― это крайне опасно.

Чтобы предотвратить катастрофу, необходимо начать осознавать, что в современном мире уже нет места, где можно будет пересидеть глобальную катастрофу. Любое оружие массового поражения доступно и христианам, и иудеям, и мусульманам. Можно победить страну, в крайнем случае, ― умиротворить континент, но победить четверть населения земли, проживающего во всех его уголках, ― невозможно. Люди, вернее, те круги, которые пытаются в угоду своим интересам инициировать «конфликт цивилизаций», по сути, совершают самое большое преступление против человечества.

На вопрос о том, каким образом можно объяснить те зверства, которые совершают исламские радикалы, есть вполне определенный ответ.

Кто профинансировал всплеск исламского радикализма, а впоследствии и экстремизма в Югославии? Вашингтон и Лондон. Кто разбомбил и фактически уничтожил Ирак и его руководство? Вашингтон и Лондон. Кто погрузил Сирию в хаос и войну? Вашингтон и Лондон. Кто погрузил Северную Африку в болота междоусобной войны? Вашингтон и Лондон. Кто уничтожил самое процветающее государство Африки ― Ливию и устроил на его территории хаос? Вашингтон и Лондон. Кто создал на территории Афганистана Аль-Каиду и Талибан? Вашингтон и Лондон. Кто породил ИГИЛ? Вашингтон и Лондон. Кто всячески поддерживал войну на Северном Кавказе? Вашингтон и Лондон. Кто всеми правдами и неправдами внедрил понятие исламский терроризм в умы человечества? Вашингтон и Лондон. Это небольшая и общедоступная часть сценария передела мира путем межконфессиональной розни, а сколько еще скрыто…

Ислам, как и любая другая религия в канонической ее трактовке, ― это путь веры, сосуществования и процветания. Разве есть пример в обозримом прошлом, когда мусульмане пришли бы на территорию стран, население которых не исповедует ислам, и стали убивать и терроризировать местных жителей? Обратных же примеров в современной истории не счесть. Стравливая между собой секты или течения ислама, играя на самых низменных чертах характера ряда исламских лидеров, англо-американские спецслужбы вносили разлад в среде мусульманства. Любые проявления консолидации в среде мусульман, рождение политических режимов, способных показать миру пример позитивного развития, наталкивались на резкое противодействие. Ирак, Иран, Ливия, Египет, Тунис, Сирия не вписывались в образ средневековой дикости, мракобесия и кровожадности. Хуссейн, Каддафи и сотни их сторонников были физически уничтожены, Иран многие годы находится под эмбарго, Асад был назван врагом человечества, а процветающая Сирия ― погружена в бесконечную войну. Но самое страшное то, что за всем этим десятки и сотни миллионов разрушенных жизней, обездоленных, потерявших надежду людей. И на фоне всех этих событий ― мировые СМИ, вопящие об исламской угрозе. На минутку поставьте себя и свою религию на место мусульман.

Политика СССР и России, показавших миру принцип равноправного сосуществования, ― еще один мощнейший раздражитель для Великобритании и США. Евразийское Сообщество, которое пытается создать Россия, уже открыто было названо противоречащим интересам англосаксов. И не исключено то, что сегодняшние события на Украине ― всего лишь попытка отвлечь внимание от проекта запада в Центральной Азии. В этой игре ИГИЛ является основным компонентом грядущих событий в дружественном нам регионе.

Человечеству пора понять, что времена проходящих войн исчерпаны, и любой глобальный конфликт, который возникнет сегодня, с большой вероятностью может стать последним для всех.

Злоба, ненависть, алчность, властолюбие, не имели и не могут иметь определенной принадлежности к какой либо расе, культуре, конфессии. Эти понятия порождены ссудным процентом и доминантой капитала над всем тем, что воплощает собой вера. Когда капитал использует веру в качестве орудия и противопоставляет каноны одной религии канонам другой, когда капитал извлекает дивиденды из крови и ненависти ― тогда появляются проекты, подобные ИГИЛу. Предел сжатия ― это то, к чему приходит мир в результате насаждения мифа об исламской угрозе и последствия такой политики могут быть непредсказуемыми.

 
Рамиль Латыпов
28 мая 2015 г.

 


Лебедев Сергей 11 июн 15, 08:41
+8 15

Оценка Соединенными Штатами развития ситуации в мире к 2030 г.

Прогнозирование глобальных тенденций в мире является одним из важнейших элементов деятельности Вашингтона в последнее время, так как своевременный учет этих тенденций позволяет Белому дому не только корректировать направления внешней политики, но и заблаговременно разрабатывать комплекс мероприятий, обеспечивающих доминирование США.



Не удивительно, что Белый дом поручил именно разведывательному сообществу США прогнозирование этих тенденций, которые публичный орган ЦРУ — Национальный совет по разведке (National Intelligence Council — NIC) на регулярной основе облекает в специализированные доклады.

Для подготовки подобных докладов американское разведсообщество активно использует прогнозы развития ситуации в мире ведущих аналитиков США и ряда других государств.

Как следует из оценок NIC, на горизонте 2030 г. относительная мощь Соединенных Штатов, даже в военной сфере, уменьшится, а американские рычаги влияния станут более ограниченными. В этих условиях аналитики прогнозируют наличие к 2030 г. лишь двух супердержав: США и Китая, а, возможно, только одной — Китая. При этом Европа с охватившими ее в последний период кризисными явлениями не рассматривается как «влиятельное сообщество», что весьма болезненно воспринято европейцами.

По оценкам ЦРУ, развитие событий в мире к 2030 г. может происходить по трем возможным сценариям: «реверс назад «, «синтез» или «дезинтеграция».

Первый сценарий — «реверс назад», по мнению стратегов Белого дома, будет характеризоваться возвращением к нестабильности начала XX-ого века, прежде чем американская гегемония утвердится на планете. Согласно этому прогнозу, США не сумеют выбраться из экономических затруднений и понемногу потеряют свое главенство на международной арене. За этим, как считают в Вашингтоне, последуют многочисленные геополитические напряженности в отношениях государств в Азии и на Ближнем Востоке, с возможностью возникновения межгосударственных конфликтов. И, как считают в США, этими обстоятельствами лучше воспользоваться в собственных интересах, нежели пускать события на самотек. Именно этим обстоятельством, как мы все видим, и обусловлено активное участие Вашингтона в дополнительном нагнетании напряженности в АТР и на Ближнем Востоке, где Белый дом рассчитывает получить дивиденды для своей мировой гегемонии.

Второй сценарий, единственно рисующий будущее в оптимистическом свете, представляет «братский мир», в котором господствуют Китай и США. Сотрудничество обоих гигантов определило бы приход новой «золотой эры международных отношений», однако этот весьма идиллический сценарий, по мнению аналитиков спецслужб США, кажется мало реалистичным, несмотря на предпринимаемые в последнее время Белым домом усилия по заигрыванию с Пекином.

Среди этих трех сценариев «дезинтеграция» рассматривается как наиболее вероятный. Этот прогноз представляет мир, где влияние и роль Запада ослабятся в противоположность Азии, со значительным риском межгосударственных конфликтов, что, по мнению американских аналитиков, «может поставить население планеты на грань пропасти». С целью недопущения развития событий по этому сценарию, разведсообщество США предпринимает настойчивые усилия по отвлечению внимания мировой общественности на реализацию «в тесном сотрудничестве с США» различных глобальных программ, в частности:

- по борьбе с терроризмом, конкретными экстремистскими и террористическими формированиями (Аль-Каида, ИГИЛ и др., хотя к созданию, финансовой и иной поддержке многих из них именно Вашингтон имеет отношение),

- с распространением в мире эпидемий («птичьего гриппа» или Эбола),

Для «актуализации» действий на этом направлении именно американским спецслужбам приходится искусственно подогревать общественное мировое мнение подобными отвлекающими опасностями, непосредственно участвуя в размахе антиобщественной деятельности этих факторов. В частности, путем организации негласной поддержки ИГИЛ, «умеренной оппозиции» и других экстремистских формирований как в финансовом плане, так и в материально-техническом оснащении боевиков (думается, что примеры этому всем хорошо известны, хотя бы по последним инцидентам со «случайным» попаданием современного оружия в руки ИГИЛ в Ираке или с «ошибочным» сбросом американскими самолетами вооружения боевикам ИГИЛ, а не курдской милиции). Да и подлинная история с распространением вируса Эбола, а затем «участие» Пентагона в разработке сыворотки от нее в секретных лабораториях также отчетливо свидетельствует о причастности спецслужб США к этому.

С учетом отводимой аналитиками ЦРУ роли Китаю в будущем мире, значительное число их предварительных прогнозов касается именно развития ситуации в этой стране к 2030 г., взаимоотношений КНР с США, странами азиатского региона и Европы.

России в прогнозах экспертов ЦРУ внимания уделено значительно меньше. В частности, в подготовленном анализе «Перспективы России в будущей системе безопасности» отмечается, что в условиях разработанных Пентагоном последних военных инициатив, в том числе «быстрого глобального удара» (Prompt Global Strike — PGS), кибероружия, развития информационных технологий в армии и др., к 2030 г. Россия в военном плане должна быть готова противостоять не только США и НАТО, но и определенному количеству государств на ее границах, которые уже смогут располагать ядерным или иным ультрасовременным оружием.

Как отмечают аналитики Вашингтона, последние разработки американских ученых четвертого поколения ядерного оружия (fourth generation nuclear weapons — FGNW) с минимальным уровнем радиационного заражения и без нарушения действующего всеобщего Соглашения о запрещении испытаний ядерного оружия, могут привести к преобразованию природы будущей войны. Они способны не только сделать такое оружие пригодным к употреблению, но и запустить новую эру гонки ядерного вооружения. В частности, к таким технологиям FGNW может быть проявлен интерес в Китае, Пакистане, ряде стран Восточной Азии и Ближнего Востока.

Владимир Платов,
эксперт по Ближнему Востоку
24 ноября 2014 г.
http://ru.journal-neo.org/



Лебедев Сергей 1 дек 14, 15:36
-9 8

Ракетный эшелон «Молодец» возвращается

Последний ракетный эшелон распилили на гвозди почти десять лет назад, но, к ужасу заокеанских военных стратегов, он возвращается.

Недавно 4-й ЦНИИ головной «по тарелочкам» в Минобороны - успешно отчитался по теме «Молодец», проведенной, как сказано, «в интересах создания перспективных ракетных комплексов подвижного (железнодорожного) базирования».

Самое время вспомнить о драматичной судьбе «Молодца»…



Как его уничтожали


«Вы должны уничтожить ракетные поезда» - таким было категорическое условие американцев при подписании Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений СНВ-2. И в 1993 году Ельцин пошел на это к неописуемой радости Пентагона: янки поспешно выделили деньги на уничтожение ненавистных ракет и даже предоставили для этого новейшую разделочную линию. Попутно утешая нас: дескать, на смену железнодорожному «Молодцу» придет автомобильный «Тополь».

Вот только первый несет десять боеголовок, а второй - одну…

Ошибку осознали, но было поздно: договор запрещал разработку новых ракетных комплексов этого типа. Ограничения сняли лишь после подписания СНВ-3: советники Обамы решили, что воспрять из пепла России уже не под силу, ведь советские БЖРК (боевые железнодорожные ракетные комплексы) делались на Украине.

Можно представить состояние заокеанских стратегов, когда они узнали о возвращении «Молодца»…

Как он устроен


С виду обычный состав, который тащат три тепловоза. Обычные почтово-багажные и рефрижераторные вагоны. Но в семи из них - командная секция ракетного полка (пункт управления, узел связи, дизель-электростанция, общежития офицеров и солдат, столовая, мастерская-аппаратная). А в девяти - пусковые модули с «молодцами». Каждый модуль - из трех вагонов: командный пункт, пусковая установка с ракетой, технологическое оборудование. Ну и вагон-цистерна с горючим…

Тысячи подобных составов с почтой и мороженой рыбой бегали по одной шестой части суши. И только очень наблюдательный глаз мог заметить, что у вагонов-«рефов» с ракетами не четырехколесные, как обычно, а восьмиколесные тележки. Вес-то немаленький - почти 150 тонн, хотя на бортах надпись «для легких грузов». А три тепловоза - чтобы в случае необходимости растащить пусковые модули в разные концы необъятной державы…

Как он действовал


Днем отстаивались на специально оборудованных позициях - их до сих пор можно увидеть то здесь, то там: заброшенные, непонятные ответвления в никуда, а на столбах - датчики определения координат, похожие на бочонки. Без которых быстрый старт ракеты невозможен...

Состав останавливался, специальные устройства отводили в сторону контактный провод, крыша вагона откидывалась - и из чрева «рефрижератора» вылетал «молодец» весом 104,5 тонны. Не сразу, только на 50-метровой высоте запускался маршевый двигатель первой ракетной ступени - чтобы огненная струя не ударила по пусковому комплексу и не спалила рельсы. Этот поезд в огне…

На все про все уходило меньше двух минут.

Трехступенчатая твердотопливная ракета РТ-23УТТХ забрасывала 10 боевых блоков мощностью 430 тысяч тонн каждая на дальность 10 100 км. И со средним отклонением от цели 150 метров. Она обладала повышенной стойкостью к воздействию ядерного взрыва и была способна самостоятельно восстанавливать информацию в своем электронном «мозгу» после него…

Но больше всего американцев раздражало не это. А просторы нашей земли.

Как он побеждал


Таких поездов было двенадцать. Читай: 36 ракет и соответственно 360 боевых блоков под Костромой, Пермью и в Красноярском крае. «Молодцы» составляли основу группировки ответного удара, постоянно перемещаясь в радиусе 1500 км от точки базирования. И поскольку они не отличались от обычных составов, то, выезжая на железнодорожную магистраль, попросту исчезали для разведки противника.

А ведь за сутки такой состав мог отмахать до 1000 километров!

Это-то и бесило американцев. Моделирование показало: даже удар двух сотен ракет «Минитмен» или МХ (суммарно 2000 боевых блоков) может вывести из строя всего лишь 10% «молодцев». Чтобы держать под контролем остальные 90%, пришлось привлечь дополнительно до 18 спутников разведки. И содержание такой группировки в конце концов превысило стоимость «Молодцев»…

Как тут не расстроишься?

Американцы пытались создать нечто подобное. Но потерпели технический крах. Зато безоговорочно обыграли советскую миролюбивую политику: в июле 1991 года им неожиданно помог Горбачев, согласившись на подписание договора СНВ-1. И наши «Молодцы» прекратили боевое дежурство на магистралях страны. А вскоре покатили в последний путь к ближайшим мартенам…

По мнению экспертов, появление нового «Молодца» можно ожидать уже в 2019 году.

В Советском Союзе на боевом дежурстве стояли 12 таких «Молодцев».

По перегонам они ходили только ночью, а днем отстаивались на спецпозициях.

Михаил Тимошенко
http://tvzvezda.ru
10 октября 2014 г.



Лебедев Сергей 17 окт 14, 11:53
+20 17

Геополитика Третьей мировой

Вразрез с популярным представлением, поведение наций на международной сцене почти всегда определялось не моральными соображениями, а мутной смесью денег и геополитики. А значит, когда вы видите, что рупоры правящего класса начинают демонизировать иностранное государство, самым первым вопросом в вашей голове должно быть: "Что же здесь поставлено на карту?"



Уже не первый день в перекрестиях прицелов находятся Россия, Китай, Иран и Сирия. Стоит вам только понять, почему, и в событиях, разворачивающихся прямо сейчас в мире, для вас будет гораздо больше смысла.

Доллар США – уникальная валюта. Фактически, по своему нынешнему предназначению и отношению к геополитике она отличается от любой другой валюты в истории. Хотя она является мировой резервной валютой с 1944 года, уникальной её делает не это. Резервным статусом обладали многие валюты, но уникальность доллара вызвана тем фактом, что с начала 1970-х годов он является, за немногими заметными исключениями, единственной валютой, используемой для купли-продажи нефти на мировом рынке.

До 1971 года доллар США был привязан к золотому стандарту, по крайней мере, официально. Согласно МВФ, к 1966 году иностранные центральные банки держали 14 миллиардов долларов США, в то время как у США было только 3,2 миллиарда долларов в золоте, отведённом на покрытие запасов иностранных владельцев.

Объяснение: ФРС печатала больше денег, чем могла обеспечить.

Результатом была безудержная инфляция и повальное бегство из доллара.

В 1971 году, в ходе того, что позднее стали называть "Шоком Никсона", Никсон окончательно вывел доллар из-под золотого стандарта.

На данный момент доллар стал валютой, основанной исключительно на долге. Когда валюты основываются на долге, деньги возникают взаймы – в прямом смысле этого слова.

Приблизительно 70 процентов денежного обращения создаётся обычными банками, которым разрешено давать взаймы больше, чем у них на самом деле есть на счетах.

Оставшаяся часть создаётся Федеральным резервом, который предоставляет в кредит деньги, которых у него нет – главным образом государству.

Это что-то вроде выписки поддельных чеков, за тем исключением, что для банков это законно. Данная практика, именуемая частичным банковским резервированием, вроде как регулируется ФРС – заведением, которое случайно принадлежит и подконтрольно конгломерату банков. Но деятельность ФРС ни одной службой или ветвью власти не регулируется.

А ещё интереснее то, что к этим кредитам, выданным в рамках частичного резервирования, прилагается проценты, но денег на их выплату в системе не существует. Как следствие, совокупного долга всегда больше, чем денег в обращении, и для того, чтобы остаться на плаву, экономика должна постоянно расти.

Очевидно, что такая система неустойчива.

Здесь вы можете спросить, как доллар на протяжении свыше 40 лет удерживал такое господствующее положение на мировой сцене, если это мало чем отличается от хитроумной финансовой пирамиды?

Что ж, здесь-то доллар и пересекается с геополитикой.

В 1973 году в тени искусственного нефтяного кризиса ОПЕК, администрация Никсона начала тайные переговоры с правительством Саудовской Аравии по установлению системы, которая позднее стала известна как система утилизации нефтедолларов. Согласно договорённости, саудиты должны были продавать свою нефть только за доллары США, а бо́льшую часть своих нефтяных сверхприбылей вкладывать в американские банки и рынки капитала. Затем МВФ использовало бы эти деньги для облегчения выдачи кредитов импортёрам нефти, с трудом покрывающим расходы, вызванные ростом цен на нефть. Разумеется, платежи и проценты по этим кредитам должны были выражаться в долларах США.

Данное соглашение было оформлено в Совместной комиссии США и Саудовской Аравии по экономическому сотрудничеству, созданной в 1974 году государственным секретарём Никсона Генри Киссинджером.

Из документа научно-исследовательской службы Конгресса видно, что эти переговоры имели особую остроту, так как американские официальные лица открыто обсуждали возможность захвата месторождений в Саудовской Аравии военной силой.

Нефтяные шоки порождали в США инфляцию, обеспокоенность относительно иностранных инвестиций из нефтедобывающих стран, а также спекуляции насчёт целесообразности и практической осуществимости военного захвата месторождений нефти в Саудовской Аравии и других странах. После эмбарго саудовские и американские официальные лица работали над стабилизацией двусторонних отношений на почве их общей вражды к коммунизму, восстановления военного сотрудничества, а также посредством экономических инициатив, способствовавших утилизации саудовских нефтедолларов в США через саудовские инвестиции в инфраструктуру, промышленное развитие и американские ценные бумаги.

Система была расширена, включив в себя к 1975 году остальные страны ОПЕК.

Несмотря на то, что указанное соглашение было представлено как смягчитель рецессионных последствий роста цен на нефть, у него был один скрытый побочный эффект. Оно снимало с кредитно-денежной политики США её традиционные ограничители.

Теперь ФРС могла свободно наращивать денежную массу по своему усмотрению. Постоянный рост спроса на нефть должен был исключить бегство из доллара, распределяя при этом инфляционные последствия по всей планете.

Из валюты, обеспеченной золотой, доллар стал валютой, обеспеченной нефтью. А ещё он стал главной статьёй американского экспорта.

Вас никогда не удивляло, как американская экономика держится на плаву, десятилетиями имея многомиллиардные торговые дефициты?

Вас никогда не удивляло, как США удерживают такое непропорционально большое количество мирового богатства, когда 70 процентов американской экономики основано на долге?

В современную эпоху миром правит ископаемое топливо. Оно стало неразрывно связанным с каждым аспектом цивилизации: сельским хозяйством, транспортом, пластмассами, отоплением, обороной и медициной; и спрос на него только продолжает расти.

Пока миру нужна нефть, и пока нефть продаётся только за американские доллары, спрос на доллары будет существовать, и этот спрос придаёт доллару его ценность.

Для Соединённых Штатов это очень выгодно. Доллары, в виде бумаги или цифр в компьютерной системе, уходят, а приходят реальные осязаемые товары и услуги. Однако для остального мира это очень подлая форма эксплуатации.

Кроме того, ведение мировой торговли преимущественно в долларах даёт Вашингтону мощное финансовое оружие в виде санкций. Дело в том, что наиболее масштабные долларовые транзакции обязаны проходить через США.

Эта система нефтедоллара стояла незыблемой, пока в сентябре 2000 года Саддам Хусейн не объявил о своём решении перевести продажу иракской нефти с долларов на евро. Это было прямым посягательством на доллар, и, несомненно, самым важным геополитическим событием того года, но в западных СМИ о нём было упомянуто только в одной статье.

В тот же месяц, в котором Саддам объявил о своём отказе от доллара, организация под названием "Проект нового американского столетия", членом которой совершенно случайно оказался Дик Чейни, выпустила документ, озаглавленный "Перестройка обороны Америки: стратегия, силы и ресурсы для нового столетия". Указанный документ призывал к массовому увеличению военных расходов США и гораздо более агрессивной внешней политике с целью распространения американского господства на весь мир. В то же время документ сетовал на то, что достижение этих целей потребует многих лет, "при условии отсутствия некого катастрофического и катализирующего события – вроде нового Пёрл-Харбора".

Через год они его получили.

Оседлав эмоциональную реакцию на 9/11, администрация Буша смогла захватить Афганистан с Ираком, и провести патриотический акт, не встречая сколько-нибудь существенного сопротивления.

В Ираке оружия массового поражения не было, и это не вопрос плохой работы разведки. Это было основанной на холодном расчёте ложью, а решение о вторжении принималось в полном осознании того, какую катастрофу за собой это повлечёт.

Они точно знали, что произойдёт, но в 2003-м они всё равно это сделали. Как только иракские нефтяные месторождения попали под американский контроль, расчёты за нефть были немедленно переключены обратно на доллар. Задание выполнено.

Вскоре после вторжения в Ирак администрация Буша попыталась распространить эти войны на Иран. Считалось, что иранское правительство ведёт работы по созданию ядерного оружия. После иракского фиаско репутации Вашингтона был нанесён жестокий урон, в результате чего он не смог заручиться достаточной международной и внутренней поддержкой интервенции. Усилия администрации были саботированы представителями ЦРУ и Моссад, которые вступили с заявлением о том, что Иран даже не принял решения о разработке ядерного оружия, не говоря уже о начале попыток его создания. Однако кампания демонизации Ирана продолжилась даже при администрации Обамы.

Почему?

Возможно, это имеет какое-то отношение к тому факту, что с 2004 года Иран находится в процессе организации независимой нефтяной биржи. Иранцы строили свой собственный нефтяной рынок, и он должен был быть привязан не к доллару. Первые партии нефти были проданы через этот рынок в июле 2011 года.

Не в силах добиться войны, которую они хотели, США использовали ООН для ввода санкций в отношении Ирана. Санкции должны были привести к свержению иранского режима. Хоть это и нанесло ущерб иранской экономике, эти меры не смогли дестабилизировать страну. Во многом так произошло благодаря помощи, оказанной Россией для обхода банковских запретов США.

В феврале 2009 года председателем Африканского союза был избран Муаммар Каддафи. Он сразу же предложил образовать объединённое государство с единой валютой. Его убийство напрямую связано с природой этой предложенной им валюты.

В марте 2009 года Африканский союз выпустил документ под названием "К единой африканской валюте". На страницах 106 и 107 этого документа особо рассмотрены выгоды и технические детали деятельности Африканского центрального банка в рамках золотого стандарта. На странице 94 недвусмысленно сказано, что ключом к успеху Африканского валютного союза будет "конечная привязка единой африканской валюты к самой денежному из всех биржевых товаров – к золоту". (Имейте в виду, что в разных версиях опубликованного документа номер страницы различается.)

В 2011 году ЦРУ проникло в Ливию и начало оказывать поддержку группам боевиков, которые вели боевые действия с целью свержению Каддафи. США и НАТО продавили в ООН резолюцию о бесполётной зоне и, расширительно её истолковав, воспользовались ею для того, чтобы при помощи авиаударов решить исход дела. На присутствие среди тех боевиков-повстанцев экстремистов Аль-Каиды смотрели сквозь пальцы.

Ливия, как Иран и Ирак, совершила непростительное преступление – усомнилась в американском долларе.

Интервенция НАТО в Ливии плавно перешла в тайную войну в Сирии. Оружие из разграбленных ливийских складов через Турцию переправлялось группировкам сирийских повстанцев, действующим с целью свержения Асада. Уже было понятно, что многие из этих боевиков были связаны с террористическими организациями. Однако американский аппарат национальной безопасности смотрел на это как на неизбежное зло. В 2012 году Совет международных отношений даже опубликовал статью, в которой было сказано, что "наплыв джихадистов приносит с собой дисциплину, религиозный пыл, боевой опыт из Ирака, финансирование от сочувствующих суннитов Персидского залива и, что важнее всего, смертельные результаты. Короче говоря, ССА сейчас нужна Аль-Каида".

Будем откровенны – США привели ИГИЛ к власти.

В 2013 году те же связанные с Аль-Каидой сирийские повстанцы устроили две химические атаки с применением зарина. Это было попыткой подставить Асада и консолидировать международную поддержку военной интервенции. К счастью, она была разоблачена ООН и расследовавшими инцидент россиянами, а когда в дело с предложением о посредничестве в выработке дипломатического решения включилась Россия, кампания за нанесение авиаударов развалилась окончательно.

Как и в Ливии, требования о смене режима в Сирии подавались под видом заботы о правах человека. Понятно, что реальный мотив был иным.

В 2009 году Катар выступил с предложением о прокладке через Сирию газопровода из Турции в Европу. Однако Асад отверг его, а в 2011 году заключил договор с Ираком и Ираном о постройке трубопровода на восток, который должен был полностью оставить Катар и Саудовская Аравия не у дел. Неудивительно, что в кампании по свержению сирийского правительства Катар, Саудовская Аравия и Турция оказались самыми агрессивными региональными игроками.

Но почему этот газопроводный спор должен был поставить в перекрестье прицела Вашингтона Сирию? Есть три причины:

1. Это газопроводное соглашение значительно бы укрепило положение Ирана, позволив ему экспортировать газ на европейские рынки без необходимости транзита через территорию любого из союзников Вашингтона. А это очевидным образом уменьшает влияние правительства США.

2. Сирия – ближайший союзник Ирана. Её развал обязательно ослабит Иран.

3. У Сирии и Ирана соглашение о взаимной военной помощи, а американская интервенция в Сирию могла бы создать условия для начала конфликта с Ираном.

В феврале 2014 года в этой глобальной шахматной партии появилась новая горячая точка – Украина. Хотя настоящей её целью была Россия.

Видите ли, так уж случилось, что Россия является вторым крупнейшим экспортёром нефти в мире, и она не только стала источником постоянного раздражения Вашингтона на дипломатическом фронте, но ещё и открыла в 2008 году энергетическую биржу, на которой сделки заключаются в рублях и золоте. Работы над этим проектом начались в 2006 году. Кроме того, россияне сотрудничают с Китаем по вопросу исключения доллара из всей двусторонней торговли.

Россия также находится в процессе организации Евразийского экономического союза, в планы развития которого входит принятие общей денежной единицы и наличие собственного независимого энергетического рынка.

Ситуация на Украине перед кризисом характеризовалась выбором: или в рамках соглашения об ассоциации вступать в ЕС, или вступать в Евразийский союз. ЕС ставил вопрос ребром. Вступать и туда, и сюда, Украина не могла. Россия, с другой стороны, утверждала, что присоединение к обеим проблем не создавало. Президент Янукович решил пойти вместе с Россией.

В ответ на это американский аппарат национальной безопасности сделал то, что у него получается лучше всего – сверг Януковича и привёл к власти марионеточное правительство.

Хотя поначалу казалось, что всё идёт по плану, США быстро утратили контроль над ситуацией. Крым провёл референдум, и люди в подавляющем большинстве проголосовали за выход из состава Украины и воссоединение с Россией. Переход был организованным и мирным. Никто не погиб, хотя Запад немедленно представил всё событие как акт российской агрессии, и, начиная с этого момента, указанная интерпретация превратилась в его любимую мантру.

Крым имеет большое геостратегическое значение в силу своего местонахождения в Чёрном море, делающего возможным проекцию военно-морской силы на Средиземноморье. Кроме того, эта земля была российской на протяжении бо́льшей части недавней истории.

США уже несколько лет добиваются приёма Украины в НАТО. Подобный шаг вывел бы силы США прямо на границу с Россией и в принципе мог привести к утрате Россией своей военно-морской базы в Крыму. Вот почему Россия без промедления признала результаты крымского референдума и быстро присоединила территорию.

А тем временем два региона на Восточной Украине провозгласили независимость от Киева и провели свои собственные референдумы, результаты которых подавляющим большинством голосов были в пользу самоуправления.

Свой ответ на это Киев назвал антитеррористической операцией. На практике это было кампанией массированных и беспорядочных артиллерийских обстрелов, в результате которой погибли тысячи мирных жителей. По-видимому, убийства гражданских на Западе в качестве агрессии не квалифицируются. Более того, МВФ недвусмысленно предупредил временное правительство о том, что их кредитный пакет на 17 миллиардов долларов может оказаться под вопросом, если оно не сможет подавить восстание на Восточной Украине.

Несмотря на бушующую на Восточной Украине войну, были проведены выборы, на которых президентом был избран Пётр Порошенко. Из утечки дипломатической переписки, опубликованной "Викиликс" в 2008 году, стало явным, что с 2006 года Порошенко работал "кротом" на Государственный департамент США. Там его называли "нашим украинским инсайдером", и бо́льшая часть телеграммы ссылалась на предоставленную им информацию. (По одной телеграмме видно, что США уже на том этапе знали о коррумпированности Порошенко.)

Но для появления у Вашингтона преимущества в этом кризисе наличия марионетки в нужном месте оказалось недостаточно. Что делает Вашингтон, когда у него нет других рычагов? Он вводит санкции, демонизирует и бряцает оружием (или устраивает провокацию под чужим флагом).

Это не лучшая стратегия, когда имеешь дело с Россией. Фактически, она уже привела к обратным результатам. Санкции попросту толкнули Россию и Китай к более тесному сотрудничеству и ускорили реализацию российских планов дедолларизации. И, несмотря на риторику, к изоляции к России это не привело. США и НАТО вбили клин не между Россией и остальным миром (взгляните на БРИКС, если в этом сомневаетесь), а между собой и Россией.

Эта новая антидолларовая ось идёт дальше экономики. Эти страны понимают, что здесь поставлено на карту. Именно поэтому Китай в свете украинского кризиса предложил новый пакт о евразийской безопасности, который включит Россию и Иран.

Подумайте о возникающих в связи с этим последствиях, когда администрация начинает бомбардировки в Сирии, у которой тоже есть договор о взаимной военной помощи с Ираном.

Это не холодная война 2.0. Это мировая война 3.0. Массы могут этого ещё не осознавать, но в историю это войдёт именно так.

Уже происходит кристаллизация альянсов, а горячая война идёт уже на множестве фронтов. Если провокации и войны через посредников продолжатся, прямое столкновение больших игроков между собой будет вопросом времени, а это – верный путь к катастрофе.

Вам всё это кажется безумным? Что ж, вы правы. Люди, правящие в данный момент миром, безумны, а общество, словно лунатик, идёт навстречу трагедии. Если вы хотите изменить курс, которым мы следуем, есть только один способ сделать это. Мы должны разбудить это общество. Даже самое мощное оружие войны можно обезвредить, если вы доберётесь до сознания человека за спусковым крючком.

Как же нам разбудить массы, спросите вы? Не ждите, пока на это за вас ответит кто-то другой. Подойдите к этому творчески. Действуйте так, как будто от этого зависит будущее ваших детей и внуков. Ведь так оно и есть.

Перевод для MixedNews — josser
26 сентября 2014 г.
http://mixednews.ru/
http://scgnews.com



Лебедев Сергей 29 сен 14, 12:50
+19 3

Выступление В. Путина на Селигере 2014

http://rostend.su/images/site/putin/v_putin_seliger_272.jpg
Президент РФ Владимир Путин принимает участие в молодёжном форуме «Селигер - 2014». Президент посещает это мероприятие уже в пятый раз. В ходе встречи обсуждались «вопросы политической и экономической жизни страны, международные проблемы»...





RT на русском
29 августа 2014 г.
http://russian.rt.com

Лебедев Сергей 31 авг 14, 14:41
+6 2

Выступление С. Лаврова на Селигере 2014

http://rostend.su/images/site/mid_rf/lavrov_7_272.jpg
Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров принял участие во Всероссийском молодежном форуме «Селигер - 2014». Глава МИД ответил на вопросы участников форума, прокомментировал развитие ситуации на Украине, в том числе в контексте итогов состоявшейся накануне встречи в Минске лидеров стран Таможенного союза, Украины и представителей Евросоюза...





RT на русском
27 августа 2014 г.
http://russian.rt.com



Лебедев Сергей 30 авг 14, 12:28
+6 2

Как защищать себя?

России непрерывно угрожают санкциями и изоляцией. В ответ звучат призывы к самоизоляции, говорят о нашей самодостаточности. Насколько реалистичны такие сценарии?

Этой теме посвящена беседа с известным пуб­лицистом, автором нашумевшей книги «Почему Россия не Америка» Андреем Паршевым.



– Андрей Петрович, пятнадцать лет назад вы писали: «Из пяти составляющих общего объёма затрат на любое производство в условиях нашей страны две (сырьё и нерыночные изъятия) – не ниже среднемировых, а три (капитальные вложения, накладные расходы и минимально необходимая зарплата) – существенно, в несколько раз, выше...»

Из этого следовал вывод, что в условиях свободного перемещения капиталов ни один инвестор «не будет вкладывать в развитие практически ни одного производства на территории России». Поэтому «в рамках «мировой экономики» российская экономика нежизнеспособна, а вот ограниченная внутренним рынком – вполне». Вы и сейчас так считаете?

– Чтобы понять, верно ли какое-­то утверждение, лучше всего не чьё-либо мнение, хотя бы даже и автора... Значение имеет практика. На этом со времён Бэкона строилась вся наука – а значит, и современная цивилизация. Гипотезы проверяются практикой, только тогда они становятся теориями, не вырождаясь в схоластику и шарлатанство.

Что показала практика создания в нашей стране современной экономики по либеральным рецептам? В реальности никаких производств на нашей территории, позволяющих нам зарабатывать валюту, так и не появилось. Хотя именно это нам обещали образованные и влиятельные специалисты и политики, пропагандировавшие либеральные реформы. Некоторые из них и мою книгу критиковали. Понятно, как я к ним отношусь. Ведь меня опровергнуть просто, достаточно сказать: «Видишь, как, благодаря нам, либеральным экономистам, весь мир ездит на российских авто, летает на российских самолётах, говорит по российским мобильникам? Поэтому пшёл вон!» Да что-то пока так мне не сказали, а ведь сколько лет уже реформам?

Мы – географическая зона с высокими издержками. Это известно было и двести лет назад. Поэтому в условиях либеральной модели инвестиции в производство к нам, естественно, не идут. Дешевле всё производить в зонах с низкими издержками. За все эти годы удалось привлечь некоторые производства для удовлетворения внутреннего рынка, типа автосборочных производств. То есть отчасти отдать внутренний рынок внешним капиталистам – это всё же лучше, чем просто завозить импорт. Сделано это как раз благодаря применению протекционистских механизмов, которые я и отстаивал в 90-е (на готовые изделия пошлина выше, чем на компоненты). То есть те, кто пропагандировал либеральную модель для нашей страны, – были и остаются жуликами или невеждами, и практика это подтвердила.

Либеральная модель ударила, кстати, и по развитым странам, но больше по другой причине – в США, Западной Европе, Японии слишком высокая цена рабочей силы, есть и ещё некоторые издержки, которые не так значимы в новоиндустриальных регионах.

– Но что-то изменилось к настоящему времени?

– Некоторые изменения в экономических условиях произошли. В Китае резко, в несколько раз, выросли зарплаты, и по этому параметру там утрачено подавляющее преимущество по сравнению с российской экономикой. Это касается и минимальных зарплат в особых экономических зонах – там они сейчас выше, чем в России.

Но и мы утратили кое-что – а именно качество рабочей силы.

Довольно важный момент – в 1998–1999 годах были очень низкие цены на нефть. Потом они повысились, и это дало возможность нам немного перевести дух. Но это не повлияло на общую картину экономики – производство не растёт. Так что всё, о чём я писал тогда, – действует и сейчас. В рамках либеральной модели мы экспортируем сырьё и импортируем всё остальное.

– Запад угрожает России санкциями и изоляцией на международной арене. Насколько серьёзны такие угрозы? И можно ли в принципе изолировать столь крупную страну?

– Европа не на сто процентов зависит от поставок из России. Причём наиболее зависимы только небольшие и маловлиятельные страны Восточной и Южной Европы. Поэтому при желании отказаться от российского сырья Запад может, но зачем? Германия может перейти на другие виды топлива и сырья, отказавшись от нефти и газа из России, но это приведёт к удорожанию германских товаров и потере ими конкурентоспособности. Зачем это немцам? И Запад сейчас не единственный потребитель нашего сырья, а в ближайшей перспективе – не главный...

И ещё одна деталь, существенная: основная масса потребительских товаров в наших магазинах – китайская. То есть завязаны мы на европейские и азиатские экономики, а не на североамериканскую. А ведь именно США – инициатор новой холодной войны. Сами американцы чётко отделяют сектора, в которых им невыгодны санкции, и не трогают их – почему европейцам надо жертвовать своими интересами? Ведь экономическая ситуация в ЕС не блестящая.

Хвалить при этом нашу экономическую модель не стоит. Мы действительно сползли к крайне незавидной роли «сырьевого придатка» развитых стран Европы и Азии, и в случае всеобъемлющих санкций снижение жизненного уровня у нас неизбежно – но чего-то жизненно важного Европа и США нас не лишат, даже если захотят. Но европейцы не хотят! Ещё неизвестно, кому нынешний кризис обойдётся политически дороже.

– К тому же многие важные товары можно сегодня возместить?

– Можно. Потерю, например, немецких авто можно отчасти возместить китайскими. Чуть сложнее ситуация с продовольствием, но не намного. Зерна хватает своего, сахара тоже. Мясо в значительной степени импортное, австралийцы и новозеландцы могут нас прижать из англосаксонской солидарности... Но будут ли делать то же Аргентина и Бразилия?

Франция может нас лишить своих сыров, Испания – чёрной ветчины... Но опять-таки – зачем это им? Соответственно США будет очень трудно заставить даже своих союзников устроить себе экономическое харакири. А тем более тех, кто с США не союзник. Наше руководство это понимает, иначе оно не пошло бы на такие решительные шаги.

И это только в ситуации, когда Россия не занялась серьёзно проблемой импортозамещения. Если ЕС действительно откажется от нашего сырья – такая проблема встанет во весь рост, но, подчеркну, – это не проблема самодостаточности, задача более ограниченная.

ЕС может нанести удар по нашей платёжеспособности, но дорогой ценой (кстати, среди акционеров Газпрома – и немцы в том числе). И удар – не смертельный.

– В свою очередь, в России звучат голоса, что мы способны прожить и в самоизоляции. Но реален ли курс на построение капитализма «в одной, отдельно взятой стране» и нужна ли нам самоизоляция? А если да, то где проходит граница самоизоляции – между разумным самоограничением и разухабистым «нам никто не нужен»?

– Никто не отменял мирового разделения труда. Для полного самообеспечения современными продуктами, чтобы производить всё, – рынок должен обладать некоторым масштабом... По некоторым оценкам, необходимо 300 – 400 миллионов населения. У нас такого рынка пока нет. А даже если бы и был, то в нормальных условиях полное самообеспечение просто не нужно. Зачем в каждой стране производить свой собственный айфон?

А так как о полной изоляции речь не идёт, то и нет смысла обсуждать вариант «нам никто не нужен». А некоторая степень экономической изоляции в мире существует для крупных экономических блоков – северо-американского, ЕС. Это необходимая вещь.

Я приведу один пример. Вообще экономика – не совсем наука в отличие от физики или химии. В том смысле что трудно проводить эксперименты в масштабах страны и почти невозможно их потом в другом месте проверять в тех же условиях. Но даже у нас такой эксперимент был поставлен. В 2007 году в нашей стране была применена протекционистская мера – введены экспортные пошлины на лес-кругляк. Буквально на следующий год произошло экономическое чудо – в нашу страну пошли инвестиции, в промышленность по переработке древесины – в целлюлозно-бумажную, деревообрабатывающую. Но вскоре по просьбе наших «партнёров» эти меры были ослаблены... Вообще в протекционистской модели рыночной экономики вывоз сырья должен быть максимально затруднён. Это и приводит к необходимости инвестиций в обрабатывающую промышленность.

– Как будет реагировать наша элита на возможную самоизоляцию – ворчать, сопротивляться или же, наоборот, поддержит?

Ну, всё-таки не самоизоляцию, а изоляцию. Хотя большую часть товаров мы получаем из Китая, а не из США или Западной Европы. Для элиты возможны проблемы из-за того, что в финансовой сфере мы не являемся независимой страной. Весь наш бизнес сидит на западных кредитах (даже Газпром). Наши банки являются, по сути, розничными подразделениями западных банков. Эта зависимость есть и на персональном уровне – последний пример история с Фирташом, арестованным в Швейцарии. То, что он украинский олигарх – ничего не значит. Деньги-то элиты хранятся на Западе, а не на Востоке. Правда, простая конфискация денег «обычной элиты», не «друзей Путина» – трудно представима. «Элита» в либеральной модели рынка естественным образом является прозападной. Хотя, естественно, зависимость никому не нравится.

Вот в этом и состоит большая проблема: производственный капитал заинтересован в протекционизме, отечественный банковский и страховой – тоже. А посреднический, торговый, сырьевой – не заинтересованы, им выгоднее либеральная модель «свободной торговли». И большая часть нашего бизнеса – сырьевая и торговая. Производственного мало. И государственная власть для проведения независимой внешней политики вынуждена самым суровым образом лишать бизнес политической власти – иначе какие-то антизападные шаги невозможны. От этого и надо отталкиваться.

– Некоторые говорят, что членство в ВТО для России смертельно опасно и надо скорее из ВТО выходить. Но надо ли, учитывая, что почти все государства состоят в этой международной организации?

– Все государства состоят, но не все в одинаковой позиции. Там есть те, кто получает бонусы, а есть те, кто эти бонусы оплачивает. Мы вступили по второй категории. Главное – мы утратили экономический суверенитет, мы не сможем, если наконец захотим, применять методы протекционизма. Это главное, что запрещает ВТО. Соответственно не можем и развивать современную обрабатывающую промышленность и занимать население. Если же не собираемся развивать, а собираемся говорить о том, что надо развивать, то выходить и не надо.

Но надо понимать, что отказ от ВТО, то есть от либеральной экономической модели, – это серьёзный шаг, это своего рода объявление войны. Делать это надо, только когда меры в хозяйственной области будут таковы, что пойдут вразрез с правилами ВТО. Надо сначала сформировать хозяйственную политику, выгодную России, и только потом выходить. Можно даже не выходить сразу, а просто проводить протекционистскую политику – постепенно претензии к нам достигнут критической точки, и тогда мы со скандалом выйдем.

– После введённого Visa и MasterCard бойкота ряда банков в России руководством страны поставлена задача создания национальной платёжной системы, а первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов заявил, что РФ больше не намерена зависеть от оценок зарубежных рейтинговых агентств. На что направлены эти шаги? Одобряете ли вы их?

– Это надо было сделать давно, но не было сделано из-за саботажа руководителей экономического блока. А смысл зависимости от оценок зарубежных рейтинговых агентств мне просто непонятен – и если эта зависимость может быть разрушена волевым решением, то ещё более непонятно, почему этого тоже не было сделано раньше? Если не хватало для этого собственного рассудка, то можно было по итогам кризисного 2008 года понять, что рейтинговые агентства не дают адекватных оценок, да к тому же ещё иногда занимаются манипулированием.

– Всё чаще звучат призывы переориентировать экономику РФ с сырьевой направленности на инновационную. Вы видите здесь какие-то подвижки?

– Нет, и никто не видит. Вся эта «инновационная» деятельность – шарлатанство и воровство бюджетных денег. Кроме того, такие призывы (в других формулировках) о переориентации экономики с сырья на наукоёмкую продукцию раздавались всегда, и в ранний период реформ, и в позднем СССР. Трудность в том, что для этого надо отказываться от либеральной модели экономики, в частности от свободы перемещения капитала через границу. Кто ж на это согласится?

– Какие вызовы для России сегодня – главные? И чего нам следует опасаться в первую очередь?

– Вызовов много, нельзя выделить что-то одно. Преодоление экономического и культурного отставания, распространение русского языка – всё важно. Просто как пример... Первое, что делалось в оторванных от Советского Союза частях, – там сокращалась сфера использования русского языка. Это была и есть целенаправленная деятельность, неплохо финансируемая. Ну неслучайно же это делалось и делается? Значит, языковая сфера – важна. Но разве не важна военная сфера? А хорошая армия немыслима без экономики. А солдат хорошо воюет, если знает за что – то есть нужна идеология...

Есть старое изречение, что нужно выявить главное звено и потянуть за него. Но сейчас не так: всё важно.

– Насколько преодолим американский сценарий глобализации? У вас есть рецепт, как нам отстаивать свои национальные интересы в хаотизированном глобализованном мире?

– Случилась парадоксальная вещь, которую американский сценарий не учитывал... От глобализации США сильно пострадали, утратив свою экономическую мощь и соответственно влияние в мире. Сейчас глобализация идёт на пользу больше развивающимся азиатским экономикам. Что касается рецепта... Есть масса гуру с большими головами и большими зарплатами, которые вели и ведут наш экономический корабль к светлому будущему в последние десятки лет. Вот их бы и надо спрашивать — как наша производящая экономика дошла до жизни такой, когда ежегодно из производства исчезают десятки и сотни рабочих мест?

Вообще же говоря, без использования протекционистских механизмов никто и никогда не развивал собственное производство – ни Англия в ХVII–ХVIII веках, ни США в ХIХ–ХХ веках, ни Китай в ХХ–ХХI... Это элементарное правило. Судя по обсуждениям в американском интернете, там даже на уровне простых людей понимают, что единственный путь возрождения американской экономики – это защита от китайских товаров с помощью тарифа. Но им мешает то, что тариф – это крах либеральной доктрины. А её нельзя ставить под сомнение даже в Америке.

У нас же проблема в том, что даже экономисты не всегда понимают значение тарифа для нашей, российской экономики. И уж совсем мало кто имеет представление о методах защиты экономики нетарифными методами. Например, как защищаться от утечки капитала? Или что вообще даёт нам свобода перемещения капиталов? А чтобы применять защитные механизмы – о них надо что-то знать. Боюсь, мы много упустили.

– Оборотной стороной любой общенациональной стратегии является представление об исторической миссии России. Какова она, по-вашему?

– Бороться за своё существование – это основное занятие каждого народа в этом мире.

– В чём состоит главный смысл военно-политического приближения Североатлантического альянса к границам нашей Родины?

– В мире есть единственная сила, способная уничтожить США как великую державу, – это ракетно-ядерные силы России. Больше ничего опасного для Америки в мире нет. Пока... Поэтому каждый американский политик и военный руководитель, если он патриот своей родины, денно и нощно думает о том, как эту угрозу ликвидировать, как получить если не «окно возможностей», то «форточку» для этого. Естественным шагом для них было бы сделать так, чтобы Россия не могла задействовать свои ракеты.

Пойдут ли американцы на какие-то рискованные шаги? Например, на неядерное нападение на наши ядерные силы – ведь у нас не будет формального повода для начала ядерной войны...

– А что – такой сценарий существует?

– Он нередко рассматривается и обсуждается и в США, и у нас. То есть получится, что ракетно-ядерного оружия мы лишимся. Мы же в ответ не можем ответить симметрично, не можем составить угрозу их ядерным силам. Риск такого шага велик, но если это удастся – США станут единственным гегемоном и смогут провести ядерное разоружение остального мира, а после этого без опаски и помех решить все остальные свои проблемы – экономические, политические, любые... Это окупит любые затраты. Естественно, расположение их вооружений как можно ближе к нашим стратегическим силам вероятность такого исхода повышает – может быть, не сейчас, так через 10–20 лет...

Беседовал
Олег Назаров
9 июля 2014 г.
http://www.lgz.ru



Лебедев Сергей 9 июл 14, 11:24
+12 7

С. Глазьев об итогах выборов на Украине

Господин Порошенко сегодня сталкивается с очень серьезным выбором, судьбоносным и для него лично, и для народа Украины, а, может быть, и для всего мира. Он находится в ловушке трех нелегитимностей: нелегитимная хунта, которая привела его к власти, нелегитимные выборы, по которым он объявлен президентом, и нелегитимное применение армии против народа. Сергей Глазьев, академик, советник президента РФ.



— Как вы оцениваете прошедшие на Украине президентские выборы?

— Хочу высказать личное мнение эксперта, человека, который многократно участвовал в выборах и понимает, как они устроены и как могут использоваться те или иные специфические технологии.

Первое, понятно любому здравомыслящему человеку, что это не выборы, а очередная серия телевизионного спектакля под названием "европейский выбор Украины". Во-первых, они были нелегитимны изначально, а во-вторых, мы наблюдаем тотальную имитацию. Как человек, знакомый с математикой, могу вам сказать, что экзит-поллы не могут совпадать с окончательным результатом с такой маленькой погрешностью, как это продемонстрировала украинская избирательная кампания. Тем более в условиях реальной украинской ситуации, когда люди в разных регионах голосуют абсолютно по-разному и даже внутри региона разброс позиции людей очень велик. Поэтому вероятность того, что экзит-поллы расходятся с официальными результатами избиркома на столь малую величину, близка к нулю.

Теперь как человек, знакомый с политтехнологиями. Совершенно очевидно, что данные экзит-поллы, сфабрикованные некими коммерческими компаниями, ответственность которых равна нулю и которые за это получили соответствующее вознаграждение, — это не что иное как целевые маячки, на которые должна была быть настроена вся избирательная машина Украины. Сегодня мы видим, что в тех регионах, где эти маячки не соответствовали подсчету голосов, зависают системы электронного обмена информацией между окружными и центральной избирательными комиссиями. К примеру, избирательная система зависла в Харьковской области, висит она долгое время и в Одесской области. То есть, где идет наибольший протест в отношении действующей власти, система зависает до тех пор, пока избирательная комиссия не подделает итоги голосования таким образом, чтобы они соответствовали этим целевым ориентирам (показанным экзит-поллами).

Способы корректировки могут быть разные, начиная от вброса липовых бюллетеней и заканчивая порчей бюллетеней, которые уже находятся в урнах. Замечу, что было много снимков, которые показывали, что в момент открытия избирательных комиссий урны уже были наполовину наполнены. Это говорит о том, что минимальная явка, с точки зрения режиссеров этого спектакля, должна была быть сделана к моменту открытия участков — этот минимум составляет, по-видимому, около 40%. Все эти технологии хорошо нам известны по собственному опыту 1993 года, когда спецслужбы США консультировали организаторов госпереворота в России, закончившегося расстрелом Верховного Совета и такими же "выборами". Теперь мы видим, как эти технологии сработали на Украине. При этом надо понимать, что технологически и процедурно эти выборы тоже нельзя считать легитимными, поскольку Центризбирком в своем нынешнем составе неправомочен, там все люди повязаны круговой порукой соучастников одного большого преступления. Поэтому эти люди легко повинуются указаниям режиссера, который находится за океаном. В Вашингтоне было принято решение о том, что именно Порошенко должен легитимировать нацистскую хунту, и эти заокеанские политтехнологи подготовили соответствующий спектакль, как они это делали уже в других странах.

Второе. По объективным оценкам экспертов, явка на этих "выборах" составила около 45% в среднем по Украине. При этом в областях юго-востока она редко дотягивала до одной трети. По имеющимся оценкам, за господина Порошенко проголосовало чуть более 40% избирателей, поэтому его реальный уровень поддержки составляет не более 20% граждан Украины, живущих на территории, где проходили выборы. Это за вычетом Донецкой и Луганской областей. А если и их учесть, то его легитимность находится на уровне не более 15%.

Третье. Выборы проходили на фоне войны. Но во время боевых действий выборы не могут проводиться по конституции Украины и само применение армии нелегитимно, поскольку для применения армии по Конституции Украины необходимо введение военного положения, чего в настоящий момент нет.

Таким образом, господин Порошенко сегодня сталкивается с очень серьезным выбором, судьбоносным и для него лично, и для народа Украины, а, может быть, и для всего мира. Он находится в ловушке трех нелегитимностей: нелегитимная хунта, которая привела его к власти, нелегитимные выборы, по которым он объявлен президентом, и нелегитимное применение армии против народа. Возникает вопрос, что он может сделать и как к нему относиться. Я думаю, для того чтобы быть признанным, ему нужно разорвать этот круг беззакония, который творится сегодня на Украине. Хунту сделать легитимной он не может по определению. Он не может легитимизировать выборы, потому что они уже состоялись и пересчета голосов хунта не допустит. Единственное, что Порошенко может сделать для того, чтобы разорвать этот порочный круг беззакония на Украине, — это прекратить применение вооруженных сил и саму карательную операцию против самого урбанизированного региона Украины. Вот это он может сделать легко, и нет сомнений, что если он примет такое решение, армия вернется в казармы. Это самый важный момент, определяющий отношение и к Порошенко, и к этим выборам. Вы видите позицию российского руководства: она очень взвешена, благожелательна, конструктивна, и настроена на сотрудничество. Прежде всего, в интересах защиты жизни людей, в интересах прекращения насилия и создания максимально благоприятных условий для развития Украины.

Такая же позиция у российского духовного руководства. При этом святейший патриарх Кирилл в своем обращении к Порошенко подчеркнул необходимость возвращения мира на многострадальную украинскую землю. В случае если это будет сделано, возможен и компромисс.

К сожалению, господин Порошенко демонстрирует сейчас прямо противоположные намерения. Он призывает военных к эскалации насилия.

По данным, которые мы получаем, Порошенко приказал 29-30 мая завершить операцию любой ценой, включая применение авиации, бомбардировщиков, тяжелой артиллерии против городов и граждан Донбасса.

Если он станет прямым соучастником этого преступления, то нет сомнения, что его, как и других преступников против человечности и народа Украины, ждет трибунал.

Но если у Турчинова, Яценюка, Авакова, Наливайченко и других главарей хунты руки по локоть в крови уже, то у господина Порошенко еще есть выбор. Потому что пока он к применению армии против народа Украины имеет косвенное отношение как депутат Верховной рады, который все это поддерживал.

Если же сейчас, уже после его номинирования президентом, военная операция будет продолжаться, будут гибнуть люди, будут применяться тяжелые вооружения, то Порошенко ничем не будет отличаться от главарей хунты, которые совершают преступления против человечности сегодня, присвоив власть в Киеве.

Пока у нас есть еще время для того, чтобы немедленно прекратить агрессию и сесть за стол переговоров. Все в руках Порошенко, и хочется надеяться, что он поступит как человек, отвечающий за интересы Украины и ее народа, а не американская марионетка, которыми до сих пор являлись Турчинов, Яценюк, Наливайченко. Последний просто является агентом ЦРУ. Если Порошенко представляет интересы не американских спецслужб, которые развернули войну на Украине против России и народа Украины, то у него, как мне представляется, есть все возможности и есть очевидная необходимость в интересах народа Украины прекратить это беззаконие.

— А как вы можете прокомментировать ситуацию с возможным выходом Украины из СНГ? Киев уже прекратил председательство, можно ли прогнозировать, что Украина в итоге вообще покинет СНГ?

— Сейчас многие не учитывают тот факт, что Украина не является членом СНГ юридически. Мы все делаем вид, что Украина — член СНГ, и она участвует во всех саммитах СНГ, во всех переговорах, подписывает договоры. Но юридически Украина членом СНГ не является. И украинский МИД именно так трактует это отношение Украины к СНГ. Так что здесь ничего нового мы не видим. Украинское руководство в зависимости от того, выражает ли оно интересы Украины или интересы Вашингтона или Брюсселя все время жонглирует этим своим своеобразным членством.

— Но если все-таки они решат окончательно порвать даже с таким формальным членством, кто больше потеряет в этом случае? Украина?

— Да, безусловно. Украинское руководство идет по пути Грузии. И не случайно господин Саакашвили является сегодня главным консультантом Турчинова. И не дай бог, он будет еще и консультантом Порошенко, тогда Украина повторит путь Грузии. А именно полный развал экономики, колоссальное бедствие населения, волны беженцев, потеря целостности страны. Вот грузинский пример должен быть поучительным. Но, к сожалению, американцы толкают Украину именно на повторение грузинского сценария. И мы видим, что все, что делает Турчинов и эта хунта, это в точности повторение политики Саакашвили. Как внутри страны, так и по отношению к России.

И точно так же ведут себя и американцы, и их союзники по НАТО. То есть пример Грузии их ничему не научил. И сегодня из Украины хотят сделать большую Грузию с гигантским количеством жертв, для того, чтобы создать зону расширяющегося хаоса в центральной Европе, что, видимо, является главной целью американской геополитики, исполнителями которой являются сегодняшнее киевское марионеточное руководство.

— Продолжая тему Запада, как санкции против России отразились на объеме инвестиций? Есть ли отказы от международных контрактов?

— Первое, что я хочу сказать, Россия является донором мировой экономики. Ежегодно из нашей финансовой системы в мировую финансовую систему уходят порядка 100 миллиардов долларов. Если санкции будут применяться, то просто меньше денег из России будет уходить.

Поскольку попытки арестовывать российские деньги за рубежом будет лучшим стимулом для российских предпринимателей оставлять деньги в стране, не выводить их за рубеж.

У России есть огромный потенциал развития собственной финансовой системы. В настоящий момент уровень монетизации российской экономики в два раза ниже, чем должен быть. Это хороший стимул провести восстановление российской финансовой системы на основе внутренних источников кредита. Поэтому финансовые санкции для нас будут иметь, скорее, оздоравливающий эффект, чем эффект негативный. Если говорить о гуманитарных санкциях — запрета выезда, въезда, то это, прежде всего, ударит по интересам конкретных людей, у которых интересы профессиональные, деловые и человеческие. На экономике это никак не отразится. Возможно, конечно, применение санкций по торговле, но у России опять же позитивный торговый баланс, и попытки ограничить российскую торговлю прежде всего ударят по импортерам российской продукции, то есть по Европейскому союзу. И, вообще, по нашим оценкам, применение экономических санкций по полной программе по аналогии с Ираном для Европы обернется ущербом около одного триллиона евро и больше всего пострадают Германии и страны Прибалтики. Цель американской агрессии — это отнюдь не установление демократических прав и свобод на Украине при помощи бомбежек, а создание хаоса в центре Европы. Ослабить тем самым положение и России, и Европейского союза. Используя это ослабленное положение, вынудить Европейский союз подписать невыгодное для Европы соглашение о зоне свободной торговли с Соединенными Штатами, вытеснить некоторую часть российского газа своим. И попутно жестче привязать Европу к своей военно-политической машине. Заставить ЕС оплачивать американские военные расходы, которые в последнее время сократились, и ради повышения которых в том числе устраивается эта чудовищная агрессия.

— Как Россия готовится к возможным отраслевым санкциям? Считает ли Москва целесообразной господдержку отраслей в нынешних неблагоприятных условиях?

— Угроза применения санкций дает дополнительный стимул к импортозамещению, особенно в чувствительных для стратегических интересов страны областях, восстановлению нашей технологической базы. Активизации инженерно-технологической деятельности является сегодня одновременно и необходимым направлением работы как с точки зрения национальной безопасности, так и для модернизации и развития российской экономики. Угроза применения санкций заставляет нас подтянуться и активнее наращивать свой научно-технический потенциал, максимально его использовать для обеспечения всех нужных для безопасности страны технологических цепочек.

— Как вы оцениваете вероятность такого сценария, что Украина все-таки откажется возвращать России долг за газ?

— Это вопрос (оплаты Украиной долга за газ), который целиком сегодня зависит от позиции Европейского союза, потому что нацистская хунта платить точно не хочет. У них ведь есть деньги, они их с потребителей газа собирают, но они не платят. И дело не в том, что им дали помощь, из которой они могут заплатить — кредит МВФ, дело в том, что они просто принципиально не хотят платить. И это уже не первый месяц продолжается.

Нынешнее украинское руководство намного опередило Януковича по коррупционным схемам. Они сделали их гораздо масштабнее и одновременно проще. Национальный банк Украины сегодня просто печатает деньги в интересах отдельных главарей хунты. В частности, огромную часть денежной эмиссии Нацбанка Украины получил известный ПриватБанк, принадлежащий Коломойскому, который финансирует сегодня террор и карательную операцию против народа Донбасса. Они просто научились печатать для себя деньги. Это в высшей степени такой наглый и примитивный способ украсть деньги у народа — просто присвоить себе денежную эмиссию.

Еще один прием — они откачали из трубы техническую нефть, которая им не принадлежала. То есть эта нацистская хунта еще является воровской и криминальной, которая использует власть в целях личного обогащения за счет интересов народа Украины и камуфлирует это тотальное воровство мнимой российской угрозой, списывая на эту угрозу все катастрофические последствия своего управления украинской экономикой. Они не хотят платить, поскольку они временщики, дорвавшиеся до власти в целях личного обогащения.

С другой стороны, Европейский союз рискует при таком поведении своих марионеток оказаться без газа. Мы на этих людей не влияем, вся нынешняя нацистская хунта — целиком поставленные спецслужбами США и Евросоюзом люди. Это марионеточное правительство с Россией ведет себя исходя не из интересов Украины, а исходя из тех указаний, которые они получают из Брюсселя и Вашингтона, а также исходя из своих личных интересов. Европа как крайний участник всего этого преступления под названием "европейский выбор Украины" должна оказать воздействие на своих ставленников в Киеве для того, чтобы они не лишили Европу газа. Поэтому все зависит от того, насколько Европейский союз будет настойчив в защите своих интересов от ими же поставленной хунты.

Сергей Глазьев
для МИА «Россия сегодня»
30 мая 2014 г.
http://www.glazev.ru



Лебедев Сергей 1 июн 14, 13:36
+36 30
Темы с 1 по 10 | всего: 182
Запомнить

Последние комментарии

Леонид Губанов
Сергей Дмитриев
Гарий Щерба
Пора давно уж надо братьса ПУТИНУ за Татарстан......!!!!!!!!
Гарий Щерба Раис Сулейманов: влияние Турции в Татарстане
Андрей Борсаков
andre
виталий полиэктов
Виктор ! Куда уж циничнее ! Все может изменится !
виталий полиэктов Иран: стратегия «экономики сопротивления»
Виктор Онегин
виталий полиэктов
Эдуард Филиппов
Игорь Костоглод